Достигнув береговой полосы, бойцы «Сайерет Маткаль» сели в ожидавшие их автомобили, которыми управляли агенты «Моссада», и двинулись по трассе, идущей вдоль моря в направлении виллы Абу Джихада. Она находилась в 5 километрах от места высадки. На протяжении всего пути группа ликвидаторов поддерживала прямую связь с агентами «Моссада», контролировавшими не только виллу, но и весь район Сиди Бо-Саид, сообщая спецназу обо всех самых незначительных передвижениях. Несмотря на позднее время, на улицах Сиди Бо-Саид время от времени появлялись сотрудники службы безопасности ООП. В случае необходимости спецназовцы были готовы ликвидировать их, не поднимая шума.
Со времени начала спецоперации агенты «Моссада» контролировали не только все подходы к вилле, сообщая о всех входящих и выходящих людях, но и личную телефонную линию Абу Джихада. Благодаря специальному оборудованию, подключенному к телефонному кабелю, они фактически решали, какой звонок будет принят Абу Джихадом, а какой останется без ответа. Все эти меры предосторожности были необходимы, чтобы в самый последний момент никто не смог предупредить Абу Джихада о высадке морского десанта или не дать ему самому вызвать помощь.
В это время на вилле готовились ко сну. В доме находились его жена Интицар аль-Вазир и двое его детей – 16-летняя Ханаан и 2-летний Нидаль. Примерно в 0:30 свет на вилле погас, остался гореть только в спальне дочери, однако, как выяснилось, самого Абу Джихада в доме не было. Агенты «Моссада» сообщали о том, что Абу Джихад задерживается в Тунисе на встрече с руководителем политического отдела ООП Фаруком Кадуми. Нервы у всех были напряжены до предела. Более часа спецназовцам пришлось отсиживаться в точке ожидания, пока наружка не сообщила о том, что машина Абу Джихада отъехала от дома Фарука Кадуми и в данный момент на большой скорости мчится к Сиди Бо-Саид.
Примерно в 01:30 в ворота виллы въехал автомобиль Абу Джихада. Спустя несколько секунд свет загорелся в его рабочем кабинете на первом этаже. Как стало известно из прослушивания телефонной линии, личный телохранитель Абу Джихада как раз в эту ночь получил отпуск и не находился на вилле. Можно было рассчитывать на то, что остальные телохранители, как только их шеф отойдет ко сну, также лягут спать, что еще значительно облегчит спецназовцам работу, сведя риск к минимуму.
Прежде чем приступить к штурму, оставалось лишь выяснить, что именно Абу Джихад вышел из машины, а не кто-нибудь другой, похожий на него. Неизвестный мужчина позвонил на виллу Абу Джихада и сообщил о том, что в секторе Газа израильской службой безопасности ШАБАК несколько часов назад арестован один из его ближайших родственников. Стоит ли сомневаться в том, что арест был проведен специально, чтобы появился уважительный предлог среди ночи позвонить Абу Джихаду и убедиться, что он находится в доме.
Примерно через час, около 02:30, свет в рабочем кабинете на первом этаже погас и спустя несколько секунд зажегся на втором этаже в спальной комнате. Спецназовцам пришлось провести еще несколько тревожных минут, прежде чем весь дом погрузился в темноту.
Приблизившись к вилле Абу Джихада, которая буквально нависала над морем, расположившись на одном из прибрежных холмов, бойцы «Сайерет Маткаль» разделились на четыре группы и заняли исходные позиции. Группы «Гимел» и «Далет» окружили каменный забор и взяли под контроль дороги, ведущие к дому, чтобы в случае необходимости блокировать их. Группы «Алеф» и «Бет» залегли поблизости от входных ворот, готовые в любой момент ворваться на территорию виллы.
Спустя четверть часа с одного из ракетоносцев, на котором разместился штаб операции, поступил приказ к началу штурма.
Перед самым домом стоял автомобиль Абу Джихада, в котором, опустив сиденье водителя, спал один из его телохранителей по имени Али Абд аль-Аул. Двое спецназовцев из группы «Бет» тихо приблизились к машине и выстрелили телохранителю в голову. Бойцы группы «Алеф» ворвались во двор и бесшумно расстреляли садовника. Затем взломали массивную дверь специальным пневматическим приспособлением и, освещая себе путь маленькими фонарями, укрепленными под стволами автоматов, проскользнули внутрь дома. Среди них была блондинка, снимавшая всю операцию на видеокамеру. Все команды внутри дома отдавались на французском и арабском языках. Пока бойцы группы «Алеф» бежали на верхний этаж виллы, группа «Бет» спустилась в подвальное помещение и расстреляла спящего Набия Сулеймана Кришана, второго телохранителя Абу Джихада. С этого момента Халиль аль-Вазир Абу Джихад отсчитывал последние секунды своей жизни.
Группа «Алеф» поднялась по лестнице на второй этаж, приблизившись к спальне Абу Джихада и его жены Интицар. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появился сам Абу Джихад. Он поднял пистолет и попытался выстрелить, но офицер спецназа опередил его, всадив в Абу Джихада несколько автоматных очередей. Как минимум 20 пуль впились в его грудь, прежде чем он упал на пол. Сразу за Абу Джихадом из спальни в одной ночной рубашке выбежала его жена Интицар аль-Вазир и с криком упала на труп мужа. Казалось, она старалась закрыть его своим телом, хотя тот был уже мертв. Один из спецназовцев силой оттащил ее от трупа и, угрожая пистолетом, поставил Интицар аль-Вазир лицом к стене. Затем еще трое человек попеременно подошли к лежавшему трупу и выпустили в него несколько автоматных очередей.
Командир «Сайерет Маткаль» подполковник Моше Аялон во время «зачистки» виллы находился внизу вместе с группами оцепления. Получив по рации сообщение о ликвидации Абу Джихада, он быстро вбежал в дом, чтобы лично удостовериться в том, что задание выполнено. Подполковник Аялон поднялся на второй этаж и коротко спросил: «Где он?» Командир группы «Алеф» показал на труп, лежавший на полу в луже крови. Моше Аялон перевернул труп ногой с живота на спину и сделал контрольный выстрел в голову Абу Джихада, хотя в этом уже не было особой необходимости. Тунисские медики насчитали в теле Халиль аль-Вазира Абу Джихада более 70 пуль. Несколькими днями позже в тунисских газетах были опубликованы подробности ликвидации Абу Джихада, описанные со слов его жены Интицар аль-Вазир:
«Услышав шум внизу, я вскочила с постели и бросилась за Абу Джихадом, который все еще не спал. Абу Джихад оттолкнул стол, резко встал и вытащил из шкафа свой пистолет. Я спросила его: «Что случилось?» Внизу был слышен взлом входной двери и крики каких-то людей. Я сразу поняла, что происходит внизу, и быстро произнесла: «Верден… Верден…» Это было название бейрутской улицы, на которой жили Камаль Адван и Абу Юсуф Наджар во время израильской высадки[39]. Абу Джихад ничего не произнес, а бросился к другой комнате. Я последовала за ним и увидела каких-то людей с масками на лицах, из-под которых выглядывали только глаза и волосы. Абу Джихад резко толкнул меня назад в комнату. Один из израильтян приблизился к нему и выстрелил…
Я бросилась к Абу Джихаду, стала его звать и обняла его. Один из израильтян приставил к моей спине пистолет и с силой толкнул меня к стене. Я была уверена, что он выстрелит и в меня. Так я продолжала стоять лицом к стене. Человек, выстреливший в Абу Джихада, отошел в сторону. Кто-то другой подошел и выстрелил в Абу Джихада, затем он также отошел в сторону. Кто-то третий выстрелил в Абу Джихада и тоже отошел в сторону. Четвертый человек подошел к Абу Джихаду и выстрелил в него. Однако уже первый солдат убил его. Я увидела свет, идущий снизу, возможно, исходящий от их автоматов. На их автоматах были фонари. Потом один из израильтян вошел в нашу спальню и открыл огонь. Наш сын Нидаль, которому только исполнилось два года, спал в комнате. Он еще раньше проснулся, услышав сухие хлопки выстрелов, и стал плакать. Я была почти уверена в том, что он пострадал. Я стала кричать. В этот момент я услышала доносившийся снизу женский голос:
«…ала… ала…» Я не поняла, что это были подгоняющие возгласы на иврите, думала, что это французский язык. Потом вошел еще один израильтянин и выстрелил в Абу Джихада пятый раз. Я стала кричать на арабском: «Бас!..»[40] И тут проснулась Ханаан. Она не поверила в то, что происходит. Она обратилась к израильтянам и спросила их: «Кто вы? Что здесь происходит?» Один из них толкнул ее к стене и сказал ей на арабском: «Рухи, шуфи умики»[41].
На улице, как и прежде, было тихо. Поскольку оружие спецназа было оснащено глушителями, снаружи никто ничего не мог услышать, разве что обратить внимание на резкие вспышки в окнах Абу Джихада и свет фонарей. В то время как группа «Алеф» расстреливала Абу Джихада, группа «Бет» производила обыск на вилле. Из личного кабинета Халиль аль-Вазира были извлечены все документы. Так как на всю операцию отводилось не более пяти минут, у спецназовцев не оставалось времени, чтобы возиться с сейфом Абу Джихада. Его просто вывернули из стены и унесли с собой. Израильтяне вынесли из виллы все, что только могло содержать хоть какую-то информацию. Даже автоответчик был вырван из личного телефона Абу Джихада.
