оцепенев, глядели на открывшееся им.
— Что за «город греха», святой отец?
— Город греха… есть такое еретическое учение… что мир наш не благ, и сотворён не благим Господом… — с трудом выдавил монах. — Что есть оборотная сторона вещей, греховная, грязная сторона… отверженная… И вот там — столица всего и всяческого зла… Ох… мы, Святая Конгрегация, боролись с неупокоенными и смеялись над «инквизицией», считали их бездельниками и неучами, а порой и того хлеще — а они оказались правы!
Послушник испуганно таращился на своего наставника.
— Правы или нет — неважно, — Фесс глядел в бездну. — Важно то, что мы нашли путь.
— Путь?.. Но Йоханн, бедняга… — монах указал на окаменевшего. — Завис, застыл, и что с ним теперь?
— Прежде всего — что со всем этим погостом?
— А, ну да. Святая Конгрегация об этом позаботится. Да и его милость господин виконт может помочь. — Монах шагнул к третьему своему спутнику, нагнулся, оттянул веко. — Упокой, Господь милосердный, душу верного чада своего… — Идёмте, сударь некромаг, у нас, похоже, будет бурный остаток дня…
— Ой… — раздался слабый голосок Этии. — Ч-что… что это было?.. Г-где я?..
У его милости виконта Армере дворцов имелось не один и не два, даже не три, а целых пять.
Речной дворец, на чистом притоке Армере, на острове посреди реки.
Лесной, он же охотничий дворец — в густых пущах к северо-востоку от города.
Летний, на роскошном озере Лох Лавей к югу.
Цитадельный, самый старый, в сердце крепости Армере, где размещался арсенал и гарнизон.
И, наконец, дворец Новый — на просторной площади, с парком, фонтанами и местом для общественных гуляний.
Его милость виконт слыл правителем просвещённым и народ свой любил.
Именно сюда они и явились — некромант Фесс, также известный под прозвищем «Неясыть», и святой отец Виллем, член Конгрегации.
Сопровождал их всё тот же сержант Джиро, причём в строгой тайне — завёл в неприметный дом, откинул подвальную крышку; за ней открылась лестница, потом был низкий, кирпичом обложенный ход, закончившийся тоже в подвале, но уже в дворцовом.
— Следуйте за мной, святой отец, и ты, сударь некромаг.
Невольные спутники переглянулись.
…Кладбище окружила тройная цепь алебардистов. Внутрь никого не пускали, улицы перекрыли рогатками. Невесть откуда взявшиеся монахи Конгрегации молча выслушали отданные отцом Виллемом приказания и бодро направились к мавзолею.
Деву Этию, что порывалась то рыдать, то целовать руки своим избавителям, некромант не без известного облегчения передал с рук на руки рыцарю Конраду, красному, как рак, от своего конфуза.
— Охраняйте деву, благородный сэр. Мы со святым отцом должны предстать пред ликом его милости виконта.
…Новый дворец сверкал золотом. Золочёная резьба на капителях и пилястрах; расписанные потолки залов; гобелены на стенах, изысканные козетки и канапе, сложные комбинации из развешенных копий, гизарм, совней, алебард, альшписов и рунок; словом, его милость пыль в глаза пустить умел.
Сержант Джиро довёл некроманта с монахом до дверей «малого кабинета его светлости», обменялся быстрым шёпотом несколькими словами со стражей. Высокие двери немного приоткрылись.
— Значит, инфестация, так, некромаг?
Его милости виконту Орсино Второму, знал Фесс, уже стукнуло пятьдесят, однако правителю Армере очень хотелось, чтобы все принимали его за сорокалетнего или ещё моложе. Надо сказать, что придворные алхимики и прочие чародеи старались не зря — морщины на светлом лике его милости почти отсутствовали, волосы радовали натуральным каштановым цветом (никакой седины, но и никакой краски, ни-ни!). Виконт был умерен и разборчив в еде, любил охоту, скачки, был высок и худощав, слыл отменным фехтовальщиком, а также — галантным кавалером, о чьих любовных победах с завистью шепталось благородное сословие.
Но, само собой, его милость Орсино Второй, какой-то там по счёту виконт Армере, больше всего любил власть.
Письменный стол, как правило, может многое сказать о своём хозяине; о виконте Орсино он не сказал бы ничего, кроме лишь любви к элегантным письменным принадлежностям. Ни одного небрежно брошенного свитка, раскрытой книги или чего-то подобного. Все записи тщательно убраны.
— Да, ваша милость. Инфестация. Это очень старое кладбище, там требуется глаз да глаз…
— Хорошо. — Виконт облачён был в строгий чёрно-серебряный камзол, на шее серебряная же цепь, символ богатства Армере — серебряный василиск, коронованный петух со змеиным хвостом. — Однако Джиро передал мне и кое-что ещё…
Фесс выразительно покосился на отца Виллема. Тот заметил, закатил глаза.
— У нас не должно быть тайн от достойного отца, члена Святой Конгрегации, — мягко заметил виконт. — Я произвёл разыскания. И результаты, смею надеяться, обрадуют вас, сударь мой некромаг.
Его милость сделал эффектную паузу. Столь же эффектно повёл дланью, как бы предлагая восхититься собственными ораторскими талантами.
— Но сперва поведайте мне больше об этом колдуне. Если я правильно всё понял, ему помогает некто из… оказывающих содействие моему доброму народу чародеев?
— Ваша милость совершенно правы.
— Ну да, — задумчиво продолжал его милость, явно наслаждаясь звуками собственного голоса. — Среди тех, кто… трудится на благо моих верноподданых, колдуна-лича нет.
Это было правдой. Личи способны на многое, но вот сотворить сложное заклятие-иллюзию, меняющую внешность — нет. Собственно, такие чары в этом мире некроманту до сих пор не встречались.
— Однако один из самых старых и заслуженных моих чародеев, маэстро Гольдони, как раз заказал недавно множество преудивительных ингредиентов, — всё так же неспешно проронил виконт. — Обычно я не вникаю в такие подробности, но ваши, сударь некромаг, слова… они заставили. Старикан много занимался теорией магии, исследовал то, что он называл «аспектом драконов», собирал мифы, раскапывал старые могильники…
— Могильники? — поднял бровь отец Виллем. — Не страшась неупокоенности?
— Верное замечание, — кивнул Орсино. — Однако на работах Гольдони основывалось несколько, гм, весьма успешных практических приложений, инвестиции в себя старик окупил многократно… поэтому я не вмешивался.
— Маэстро всегда может сказать, что он задумал нечто новое, — заметил монах. — Строго говоря, заказ необычных или даже отталкивающих компонент не является преступлением, не так ли, сударь некромаг?
— Истинно так. Но я поверю в случайное совпадение, только если смогу
