Совета Съезда нефтепромышленников, во время приезда в Берлин посещал Камо, и в записной книжке последнего записан адрес Сегала. Сегал является крайне серьезным социал-демократом большевиком, пользуется известной репутацией и хорошо знает личность Камо».
34
В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 47, стр. 129–130.
35
О письме Аксельрода Плеханову стало известно лишь в 1926 году Н. К. Крупской.
36
Даты во всех «скорбных листах» указаны немецкими врачами по новому стилю.
37
Камо лишь в исключительных случаях, чтобы не обижать друзей, выпивал один-два стакана сухого вина. Версия о раннем, чуть ли не с детских лет, пристрастии к алкоголю, дабы натолкнуть врачей на мнимую причину своей «болезни».
38
Город Калиш ныне находится на территории Польской Народной Республики.
39
Столыпин не знает или нарочито умалчивает о том, что несколько раньше Сазонов, шеф русской дипломатической службы, сам обращался к наместнику. По сему поводу прокурор тифлисской судебной палаты — министру юстиции:
«По полученным лично от председателя Кавказского военно-окружного суда генерал-лейтенанта Игнатьева сведениям, за несколько дней до разбора дела в военном суде, имевшем место 26 апреля 1910 года, он, будучи по делам у наместника его императорского величества на Кавказе, слышал от последнего, что им получена телеграмма от министра иностранных дел, в которой высказывались серьезные опасения некоторых международных осложнений в случае суровой репрессии суда по отношению к Тер-Петросянцу. Игнатьев об этом, однако, не сообщил судьям: генерал-майору Долганскому (председательствовавшему) и членам суда — подполковникам Вачнадзе и Пентко».
40
В «Автобиографии» поэта Грузии и Армении Акопа Акопяна: «Я отправился за границу…
Две копии протоколов о мучениях и пытках, много месяцев проделываемых над Камо под видом медицинского обследования, были переданы мною А. Луначарскому в Париже и К. Либкнехту В Берлине. Они были опубликованы в «Юманите» и «Форвертс».
41
Убежденность не одного только Брагина. Когда это ничем не будет угрожать Камо, большинство служителей покажут на допросах:
Нестеренко: «Тер-Петросов иногда разговаривал с нами. Он говорил понятно, толково, мы его совсем не считали за сумасшедшего».
Григорьев: «С Петросяном мне приходилось разговаривать; он говорил вполне разумно и ерунды не говорил. Вначале только он некоторое время говорил бог знает что, а затем перестал».
Красных: «При мне Тер-Петросян вел себя спокойно, часто читал книги, газеты».
Кахетеладзе, надзиратель: «Тер-Петросян знал грузинский язык, и я с ним иногда говорил. Мне приказано было вообще вызывать его на разговор; я давал ему газеты, затем расспрашивал о прочитанном, и он толково передавал их содержание».
42
Свидетельство Котэ Цинцадзе:
«Посланный в Кутаис накануне побега Камо Брагин там был арестован. В результате долгих пыток и мучений он назвал лиц, принявших участие в освобождении Камо… Несчастный Брагин очень переживал. При встрече со мной на прогулках в тюрьме страшно стеснялся. Я почувствовал, что все случилось с ним по неопытности, в результате молодости и страха после стольких пыток и терзаний. Я простил его и помог перевестись в мою камеру. Впоследствии он стал очень хорошим товарищем и революционером».
43
Так в жандармском документе.
44
Письмо Димитрова и записка Трайчева найдены мною в бумагах Миха Цхакая в Центральном партийном архиве. Переезд Трайчева благополучно совершится. До последних своих дней он будет директором банка в Тбилиси.
45
Вещи — оружие, бомбы.
46
Ухищрения напрасные. Министр внутренних дел России Маклаков обратит внимание своего коллеги по иностранным делам Сазонова:
«Имею честь препроводить Вашему превосходительству копию документа, каковой в своем содержании заключает, между прочим, материал, рисующий отношение турецкой полиции к членам русских противоправительственных партий и оказываемое турецкими властями содействие к приезду революционеров в пределы империи.
К сему имею честь присовокупить, что в лице автора присланного документа возможно предположить Семена Аршакова Петросянца (он же Тер-Петросов, Дмитрий Мирский и КАМО)…»
47
Царьград — старинное русское название Константинополя.
48
Письмо на маленьком, узком листке симпатическими чернилами. Не все слова сейчас возможно разобрать.
49
14 ноября девятьсот восемнадцатого года националистические и контрреволюционные партии Закавказья образовали «независимое правительство», так называемый Закавказский комиссариат, во главе с меньшевиком Евгением Гегечкори. Первые внешнеполитические шаги комиссариата направлены на то, чтобы по указке стран Антанты создать против Советской России единый фронт с белыми армиями, орудовавшими на Северном Кавказе. На совместной конференции, белогвардейцев и кавказских националистов Гегечкори покорнейше заверяет генерала Деникина:
«По вопросу об отношении к большевикам могу заявить, что борьба с большевиками в пределах нашей республики беспощадна. Мы всеми имеющимися у нас средствами подавляем большевизм, и я думаю, что в этом отношении мы дали ряд доказательств, которые говорят сами за себя…»
50
Великокняжеская — ныне улица Камо.
51
Обязательно, в жару и в мороз, дома и в пути. В десятых числах марта 1918 года Камо с группой кавказских большевиков ехал из Петрограда в Москву. «В день два раза, — писал Леван Ананов, — Камо выскакивал на станциях, обливался ледяной водой, а затем делал гимнастику обнаженным по пояс. Авель Енукидзе подтрунивал над ним, говоря: «Ты хоть перед нами не притворяйся сумасшедшим. Простудишься, захвораешь воспалением легких…» А Камо, посмеиваясь, отвечал: «Если бы я не закалялся, меня сейчас с вами не было бы».
52
В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 51, стр. 42.
53
После революции Камо все чаще подписывается фамилией Петров («К. Петров»). Заполняя последнюю в своей жизни анкету 14 июля 1922 года, также написал: «Фамилия: Петров (Камо), имя: Семен, отчество: Иванович».
54
Удостоверение, написанное рукой Ленина и выданное им Камо 3 сентября 1919 года, хранится в ЦПА ИМЛ. Фотокопия — в книге Л. С. Шаумяна, стр. 233.
55
Николаевская — ныне Коммунистическая улица.
56
Воздвиженка — ныне проспект Калинина.
57
Иван Павлович Ладыжников руководил издательством, созданным в дореволюционные годы по заданию ЦК большевиков.
Николай Евгеньевич Буренин — в годы подполья организатор перевозки нелегальной большевистской литературы из-за границы
