— Замолвлю, — я еще раз посмотрел на хонду, но из-за расстояния и солнца не смог рассмотреть людей в салоне.
Беспокойства особого не было, а вот любопытство било ключом — кому это я понадобился? Вернее — вполне мог много кому, но кто их этого числа способен пойти наперекор покровительству.
Со стороны может показаться, что покровительство — панацея, уж слишком часто я его вспоминаю. Забавно, но так оно и есть — все дело в статусе родов и кланов. Многим мало иметь гвардию, финансы и власть — им важно демонстрировать все это. Гвардия отлично покажет себя в сражении и на полигонах, дорогие вещи и машины подчеркнут богатство рода, а вот с властью чуть сложнее. Покровительство — один из способов доказать себе и окружающим свой статус. Покровитель слаб — отыграются на подопечном, покровитель силен — подопечный живет спокойно. Словно усы у тигра — не жизненно важно потерять один из десятка, но весьма обидно и вполне достаточно, чтобы оторвать голову тому, кто осмелился это проделать.
Таким странным тандемом мы доехали до терминала, сопровождающие свернули в последний момент на одну из платных парковок, мы же затормозили, где планировали — прямо под знаком не парковаться.
— Абу, привет! — махнул рукой полицейский и прошествовал дальше. Все таки, повезло мне с шофером.
Основной вход в главное здание терминала располагался в паре сотен метров от нас, что отодвигало суету машин встречающих-провожающих довольно далеко. Еще дальше находился перрон аэроэкспресса, а в самом конце виднелась стоянка автобусов — тот еще муравейник. Я бы запутался точно, но опять таки выручил всезнающий шофер и указал на нужный нам створ ворот. Грузовых въездов было как бы не пару десятков, так что информация оказалась поистине бесценной.
Было бы идеально встретить дорогого гостя прямо на взлетной площадке, но не было со мной человека-пропуска в виде Сайто-сана, поэтому я уставился на ворота в сектор чартеров и приготовился ждать. Особого напряжения не было — от тестя все равно никуда не деться, а пассажиров цивика вряд ли вдохновит на атаку вид полицейских, кучкующихся у автомата со снедью.
Примерно через час ожидание было завершено — из открывшихся ворот плавно выплыли бронированные детища немецкого автопрома — два одинаковых черных мерседеса в сопровождении трех угловатых джипов того же цвета. На капотах седанов гордо реяли небольшие флажки рода Авиновых — зелено-золотая вышивка на белом фоне в виде мудрено перевитых листьев и ветвей, что создавали руническую 'а'. Я к этому моменту вышел из машины и встал рядом — все равно кортеж мимо бы не проехал.
Так и получилось — процессия замерла возле меня. Непосредственно рядом оказалось тонированное стекло первого седана. Мы на некоторое время замерли — я не спешил подходить, гости тоже не делали первый шаг, скорее всего — рассматривали меня через дверь. Серьезные дяди, себе на уме. Я на пару секунд представил, что за бронированными корпусами сидят не взрослые мужчины, а дети шести-семи лет в строгих костюмах и бабочках — сосредоточенные, словно на первом утреннике в их жизни, и не удержался от смешка. Машины резко дернули с места, взвизгнув шинами.
— Вот и познакомились, — я откинулся на заднее сидение и захлопнул дверь.
— Едем за ними?
— Да, — кивнул я шоферу, — А знаешь, давай лучше обгони их и пристройся впереди.
— Вряд ли им это понравится, — спокойно ответил Абу, но скорость прибавил.
— Ничего-ничего, это они ко мне приехали, — хмыкнул я, — должен же указать гостям дорогу.
— Хонда к нам пристроилась, — порадовал шофер.
Я уже и думать о ней забыл. Процессия тоже увеличила скорость, реагируя на наш маневр — но куда там тяжелым бронированным мастодонтам против легкого кросстура? Словом, через пару минут мы триумфально возглавляли процессию — но весьма вежливо, оторвавшись метров на тридцать вперед.
— Господин, лучше пристегнитесь, — Абу сосредоточился и убавил скорость, стараясь сократить расстояние с сопровождаемыми.
Хонда сократила разрыв и заходила справа от нас. Одновременно с ней довольно странные маневры начал исполнять фургон с лейблом телефонной компании и, что удивительно, машина скорой помощи — опережения с перестроениями из ряда в ряд при выключенной люстре иначе не воспринимались.
Развязка наступила стремительно — стоило хонде сравняться с нами, как заднее тонированное окошко преследователя опустилось, чтобы дать свободу глушителю и тому, на чем он крепится.
Абу резко затормозил и вывернул руль вправо. Ощутимый толчок превратил в лохмотья опрятную морду кросстура и пустил юзом хонду нападавших, заставив скрыться руку с оружием. Тут же взревела сиреной скорая. Третья машина с визгом затормозила впереди нас, распахнула боковую дверь и выплюнула на автостраду десяток бойцов в форме спецназа. В этот же миг плеть воды пресекла попытку шофера развернуться — передняя часть машины оказалась отсечена и со скрежетом отлетела на метр в сторону, блокировав еще одну полосу. Второй удар лишил нас багажника — нападающие развлекались. Машина скорой начала свою роль в представлении, подъехав к нам сзади во всей красе сверкания спецсигналов. Роль врачей играли еще шестеро бойцов — в белых халатах, что удивительно.
Я попытался найти хонду, но корпус скорой закрывал обзор.
— Господин, машина сломалась, — меланхолично отметил шофер и вытащил ключ зажигания из замка.
Опыта хватило моментально поднять доспех и правильно оценить довольно поганую ситуацию. Шофер не выживет наверняка, я — вполне вероятно, тоже, но побарахтаться напоследок успею.
Я поднял руки вверх и медленно покинул остов автомобиля.
— Доспех убрать, руки не отпускать, встать на колени, — распорядился 'врач', с чувством превосходства наблюдая за моими медленными шагами в их сторону.
— Прямо на траву? — деланно удивился я, в душе торжествуя. И как я мог забыть?
— Какую еще траву? — недоверчиво хмыкнул боец и синхронно с остальными удивленно уставился на колыхание невысокой, всего сантиметров десять, луговой травы под ногами. На автостраде подобное зрелище смотрелось как минимум странно, — Это что еще за?
Даже если на них и были доспехи, то вряд ли это их бы спасло. Я успел откинуть остов нашего авто с водителем внутри, а сам отпрыгнул на приличную высоту в другую сторону. Еще секунда промедления — и зеленый океан, что выстрелил вверх тысячами зеленых лезвий, зацепил бы и меня. Видел подобное еще в первое знакомство с Таней, но техника в ее исполнении не шла ни в какое сравнение с целым лесом площадью в футбольное поле. Где-то там вдали оттормаживались машины, чтобы не стать жертвой неведомого стихийного бедствия, а те, кто уже попал в него, выглядели небольшими зелеными холмами на заросшей плоскости автострады. Единственная поляна в море зелени обрамляла собой пять машин с флагами Авиновых и хонду нападавших. Бедняга после касательного удара отлетел в сторону кортежа, но я сомневаюсь, что внутри кто-то сможет пожаловаться на судьбу — машина выглядела выжатой, как тряпка у хорошей хозяйки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
