Вы верите, что мы друг друга хорошо видим и прекрасно понимаем. Я в это верю. А наша вера двигает апперцепцией и совсем немного придает ускорение аппаратной и программной частей нашей с вами логистики.
Другой коленкор, если бы мы не доверяли компьютерным технологиям или боялись их. Тогда бы у нас был не коннект, а слезы горькие.
И общались бы мы между собой с таким же трудом, материалистически преодолевая интеллектуальные предубеждения и социальные разграничения, подобно гражданам Великого Рима, не имевшим общей истиной веры накануне прихода Спасителя…
Как сейчас, мой друг? Коннект в норме?
— Еще как!!! Круче, чем виртуальный симулятор!
— По-другому и быть не может, рыцарь Филипп. Мы едины в нашей вере и в ожидании великих и богатых милостей от Вседержителя. Сие не так уж невозможно, я бы сказал, учитывая наши довольно существенные дарования духовные.
Скажите, мой друг, вы ознакомились с Евангелием Бога пресуществленного по Аполлонию Тианскому?
— Более-менее. Но я подумал, Пал Семеныч, лучше мне сначала почитать выдержки из анналов Медиоланской эраны апатиков, поддерживавших и прикрывавших Аполлония.
— Вы правильно решили, Филипп Олегыч. Я полностью разделяю современные выводы, сделанные на основе наблюдений миланских эранистриев-миротворцев и проницательных ноогностиков. Далеко не развращенность нравов погубила Великий Рим, но величайшее безверие, чудовищный природный атеизм всех римских сословий и натуралистические суеверия рабов в сфере тогдашнего общественного производства и обслуживания.
В любом человеческом сообществе материальное зло всегда перевешивает добро, а жизнь уступает смерти, если люди не облегчают себе тяжкую ношу существования верой и надеждой на спасение от тягот земного тварного бытия. Тот, кто не помышляет о вечной жизни будущего века, — независимо от того, как он ее представляет, — не может полноценно жить и в чаяниях века, ему предписанному телесным рождением.
Неверующим несть спасения от коромысла-ярма, взваленного на них дьявольской, бездушной и равнодушной природой. Миллионы и миллиарды лет, от начала существования до его конца она, непрерывно рождая, бесперебойно истребляет носителей жизни и разума в универсальном мироздании.
В данном вселенском контексте нельзя не согласиться с Апокалипсисом Творения от Филона Александрийского, инде людям заповедано: Природа есть Дьявол. Он внутри любого хомо сапиенс, с каждым он сосуществует, вокруг него располагается, побок с ним обитает.
Хочу вам напомнить, рыцарь Филипп, один отрывок из Продиптиха, точнее, заключительные пассажи русского перевода Апокалипсиса Творения. Между прочим, в греческом оригинале оные строфы суть основа целого ряда могучих теургических действ Рыцарей Благодати Господней.
Прецептор Павел поднялся с кресла. Властно выпрямился и воздел руку в повелительном жесте. В краткий миг Филиппу показалось, будто наставник облачен в струящуюся багряную мантию, а лицо его скрывается в глубокой тени капюшона. Яростной двойной молнией сверкнули глаза рыцаря-зелота…
«Тебя же Ника весьма невежливо предупреждала, болван. Держи дар инквизитора под контролем, олух царя небесного. На своих не применять…»
Прецептор Павел сам все понял. На то он и наставник. Он насмешливо подмигнул рыцарю-неофиту, вернулся к креслу перед веб-камерой, откинулся в свободной позе и с чувством начал декламировать:
— Диавол Тьмы и Света имжа Люциферус Темный обрекоши рукотворенных им в сем Аду человеков в краткий живот земной юдоли их, в муках неразумия душевного и горестях плоти их прежде всех век влачить ярмо иже коромысло, в коем правда не равновеся кривды, за добро платя злом, за любовию последуя ненавистя, за жизнью грядя смертию, за плотию истая душою…
Обла, велика милость Истинно Сущего, яко спосылает малым светам от Света истинна Спасителя единородного Бога-сына своего. Спасе в утешении нашем грядущий Сын человеческий. Облегчахом и равновехом тяжкую ношу ярма человеков.
Яко восстанет Единородный и Единосущный поводырем и пастырем добрым нерассудных стад людских в слепоте безумных. Примет Он на плечи Своя беремя Тьмы плоти тварной и Света душевного.
Чаю будущего века да свершится Разделение Коромысла Диавольска видимым же всем и невидимым…
КНИГА ВТОРАЯ ОТДАТЬ ВСЯКОМУ ДОЛЖНОЕ
ГЛАВА VII ЗНАЮ И ВЕРЮ
— 1 -
«…С третьим курсом, знать, разделался. Четыре тусклых экзамена по-всякому не в счет, ежели два последних — ублюдочное тестирование…
Эх-ха! В восемь-девять баллов! И там каникулы…Как отделюся и отрешуся от мирского блудословия!
Ох мне во тьме невежества и на свету, где глаз режут контрасты между истинной мудростью и слабоумным суемудрием. Вот бы сим, этим застопорить воздаяние! Так нет, огребаешь дополнительно…
Ага! Попался… От кого я слышу ропот? В коромысло его дьявольское…»
Филипп Ирнеев очень редко впадал в сатанинское искушение, кое-кого регулярно заставляющее возмущаться, роптать на Бога или пенять на судьбу, многими принимаемую неблагодарно и богоборчески. Глупое, поверьте, это занятие. Не им отмщение, да кому-то очень даже может нехорошо воздастся.
Вот почему, как только к нашему герою, мои благочестивые читатели, подступали возмутительные, не сообразные вере мыслишки, он сразу же читал себе мораль, то есть попросту «Отче наш». И, знаете, это ему превосходно доселе помогает избавляться от небезопасного, порой дорого обходящегося пустонародного богохульства.
Дорога есть дорога. По пути на дачу к Веронике Триконич лучше-таки художественным матом обкладывать качество дорожного полотна, о чем и не думает побеспокоиться лукавое социальное государство. Зачем Бога-то гневить попусту?
«Не то как воздаст, и ты вмиг с откоса в кювет колеса сверху, не понять, где голова и руки, из рака ноги… Покойся почем зря с миром, вверх тормашками…»
Впрочем, и в миру, инде правят бал Сатана и золотой телец капитализма, иногда живется не без приятности и ожидаемых удовольствий, — плюрализма ради признавал Филипп. Просторную двухкомнатную квартирку послевоенной постройки в доме рядышком с гаражом босса он присмотрел. Как раз его, Фила Ирнеева, она дожидалась, пустовала, простаивала бездарно.
За три месяца вперед заплатил, с подобающим ремонтом туда-сюда распорядился…
«Хорошо-то как — большие бабки заиметь! И тратить их с толком, дабы не копить бессоли бездуховных сокровищ земных…»
Оно так и ожидалось ясновидчески, чтобы просьбу и благое пожелание деловой супруги босса Рульникова, в соль земли риэлтеры исполнили без промедления. Словно бы их адским огнем припекало. Причитающуюся хорошему клиенту и человеку оговоренную сумму за переуступку права на ценную и ликвидную шестикомнатную недвижимость выплатили сполна без жульнических затяжных торгов и штукарских проволочек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
