не должен. По крайней мере, не здесь, — он выпрямил спину и снова надел улыбающуюся маску. — Итак, что ты скажешь, если мы пойдем?
По привычке я всмотрелась в тени.
Кейдена там не было.
Он был единственным, с кем мне нужно было поговорить, но опять же, он был также единственным, с кем я разговаривала, и я почти никогда не выходила за пределы своей камеры. Моя комната была убежищем, но превратилась в эхо-камеру, повторяющую только наши голоса.
— Я не слепой, — напомнил Сарион. — Ты не в том состоянии, чтобы пить в одиночку.
— А есть с кем? — спросила я, едва слыша его слова, поскольку осматривала пустые углы комнаты.
Я надеялась, что Кейден вернется сегодня вечером, и у нас будет шанс воссоздать волшебство прошлой ночи.
Но правда заключалась в том, что независимо от того, как сильно Кейден или я хотели или старались, это было бы уже не то же самое. Волшебство между нами было частью момента, частью победы, и теперь эта победа ушла.
Пути назад не было. Только вперед — и мне нужно было двигаться.
Я стукнула кулаком по перилам и повернулась к Сариону.
— Куда мы направляемся?
Он улыбнулся, на этот раз по-настоящему.
— У меня есть как раз то, что нужно, но тебе лучше надеть что-нибудь с капюшоном, чтобы прикрыть уши, на всякий случай.
Накинув плащ, я быстро зашнуровала ботинки и выскользнула в холл вслед за ним. Было тихо, и отблески фонарей плясали на стеклянных стенах.
Мы свернули в несколько знакомых мне залов, и Сарион замедлил шаг, оглядываясь назад, прежде чем коснуться едва заметной трещины в хрустальной стене. От его прикосновения возникло мягкое желтое свечение, и когда перед нами открылся потайной проход, он провел меня внутрь.
Туннели для прислуги?
Узкий, плохо освещенный коридор был грубо отделан, его полы были шероховатыми, в отличие от полированных полов внутри дворца. Мне стало интересно, сколько из них пересекало дворец и у кого был к ним доступ.
— Мы сбегаем тайком? — спросила я. — Потому что, насколько я поняла, если королева прямо не запретила мне выходить, то всё в порядке.
— Я этого точно не говорил, — он проверил боковой коридор. — Я имел в виду, что это не нарушит договор. Но если королева узнает, будет недовольна. Поэтому и идём осторожно. Больше всего я хочу избежать людей генерала. И так на тебе слишком много внимания.
— Ах, приятно сознавать, что хвататься за пиво — это почти подстрекательство к мятежу.
Сарион жестом подозвал меня к себе.
— После того, как ты бросила голову монстра к его ногам, я уверен, что он отнесется к дыханию как к подстрекательству к мятежу. Так что мы просто пригнем головы и будем держаться подальше от любых признаков присутствия королевской стражи.
Впереди послышались голоса, и Сарион направил нас в соседний проход. Узкие ступени вились вниз, в глубины дворца, и застоявшийся воздух нес в себе скрытую нотку смерти, от которой у меня скрутило живот. Это напомнило мне о туннелях и пещерах, где я завершала испытание. Запах смерти. Аромат лоз.
Наконец мы достигли двери в основании башни, которая выходила наружу, на мощеную улицу перед дворцом. Пара стражников патрулировала территорию. Мы спрятались, пока они проходили мимо, затем выскользнули из тени и перелезли через низкую стену, окружавшую дворец. Королевский комплекс возвышался на два этажа над городом, и когда мы спускались по сети лоз, которые поддерживали его, я могла видеть, как они также поддерживали элегантные дома и улицы внизу.
Спрыгнув на крышу особняка, я повернулась к Сариону.
— Виноградные лозы уже росли здесь, когда обосновался город?
— Нет. Они не из эти краев, — он перемахнул через край крыши и спустился по деревянной решетке сбоку здания. — Двор культивировал их.
— На это, должно быть, ушли столетия, — сказала я, следуя за ним по переулку.
Мы вышли из переулка на оживленную улицу, вдоль которой выстроились причудливые здания. В отличие от дворца, город был построен из кирпича и камня, а его фасады были украшены витиеватой резьбой и изящными балконами.
— Десятилетия, если верить историям. Они быстро растут, очевидно, подпитываемые магией королевы. Это ее дар своему народу, но это также означает, что она опутала своей паутиной всю нашу цивилизацию.
— Ну и кто теперь бунтует? — мой голос дрогнул, когда я заметила группу солдат, направляющихся в нашу сторону, во главе с высокой фигурой, которую я узнала бы где угодно. — Черт, — я схватила Сариона за руку, заставляя его резко остановиться. — Слейн.
— Сюда, — он потянул меня по узкому переулку между зданиями, и мы вышли на широкую улицу, где кипела жизнь.
Я нервно оглянулась через плечо.
— Думаешь, он подозревает, что меня нет в комнате?
Сарион держал голову прямо, небрежно прогуливаясь.
— Надеюсь, что нет. Генерал и его люди часто посещают таверны и бордели по ночам. Просто надень капюшон и постарайся выглядеть… не слишком бросающейся в глаза.
— Это будет непросто с капюшоном.
Я все равно подняла его повыше, когда мы проходили мимо уличной тележки, где продавали какой-то горячий напиток, пахнущий корицей и кардамоном.
— Все остальные одеты изысканно — как будто одежда не от мира сего.
Он повел меня по боковой улице, вдоль которой стояли фонарные столбы, отбрасывающие теплый свет.
— Ты помнишь дворян, которые приветствовали тебя по прибытии? Это то место, где они живут. Сливки общества.
Как я могла забыть, что меня провели сквозь толпу, как диковинку на выставке?
— Да, я не собираюсь вписываться.
Он неловко откашлялся.
— Это не редкость, когда солдаты появляются с, э-э, знатными женщинами, которые предпочли бы, чтобы их не опознали… Но ты права, нам, вероятно, следует уйти с улицы.
— Ты принадлежишь к благородному сословию?
Он рассмеялся.
— Нет. Мне повезло, что у меня вообще есть хоть какое-то сословие.
— А есть люди, у которых нет его?
Его улыбка погасла.
— У многих. Большинство из тех, кто построил это место.
— Когда я приехала, то увидела трущобы на окраине города, но из моего окна их не видно.
— Они не только на окраине, но и ниже того места, где мы сейчас находимся. Подземный город. Это место, где живут бесклассовые — те, кто не имеет ранга или не являются высшими фейри. Незаконно расширять его до того места, где его можно увидеть из дворца, но от этого зависит все королевство.
— Пещеры, где провели первое испытание, были частью этого? — спросила я, хотя и не осмеливалась рассказать ему о деревне и эрдельфенах, на которых наткнулась.
— Я не могу быть уверен, но подземный город
