и Токийского процессов.
По мнению другого специалиста в области военной истории, ученого секретаря Хабаровского регионального отделения Российского географического общества Александра Филонова, после окончания войны было три основных процесса, или, как их еще называют, военных трибунала.
Первый — это Нюрнбергский процесс, где осудили военных и гражданских представителей фашистской Германии, виновных в развязывании Второй мировой войны. Далее, с 1946 по 1948 гг., был Токийский процесс, на котором были осуждены японцы, виновные в зверствах и развязывании войны в Азии. Третьим стал Хабаровский процесс 1949 года. Таким образом, можно сказать, что Хабаровский процесс — это третья окончательная точка во Второй мировой войне, в результате чего к ответственности были привлечены все военные преступники, в том числе готовившие бактериологическую войну.
Оба хабаровских историка отметили, что преступления, совершенные японскими военными, отличались своей бесчеловечностью.
По словам А. Лавренцова, на секретный японский объект в 20 км от Харбина доставлялись как китайские партизаны, коммунисты, так и обычные мирные люди. Здесь были и мужчины, и женщины. Кроме китайцев, эксперименты проводились над русскими, монголами и другими национальностями. Людей, которых японцы называли «бревнами», заражали сибирской язвой, чумой, паратифом, холерой и другими инфекциями. Затем вскрывали и наблюдали, как поражаются внутренние органы. Если кто-то выживал после этих опытов, его заражали снова, а когда тело человека уже не представляло никакого интереса для экспериментаторов, делали отравляющий укол. Ни один человек не выжил после этих опытов. Также проводились эксперименты по обморожению конечностей, наблюдали, какая степень обморожения подвергается лечению, а какая — нет. Таким образом, ежегодно убивали по 500–600 человек. Всего с 1939 по 1945 гг. погибли более 3 тыс. человек.
Однако никто из обвиняемых на Хабаровском процессе не был приговорен к смертной казни.
А. Филонов рассказал: «И в Нюрнберге, и в Токио военных преступников приговаривали к смертной казни. Хабаровский процесс состоялся в последнюю неделю декабря 1949 года, когда в СССР еще действовал временный запрет на смертные приговоры. Такая спешка была намеренной, так как все знали, что с 1 января 1950 года в СССР за такого рода тяжкие преступления снова вводилась смертная казнь.
Таким образом, советское правительство проявило гуманность к Японии. А после смерти Сталина в 1953 году межгосударственные отношения между СССР и Японией начали восстанавливаться, и в 1956 году все осужденные досрочно были освобождены и переданы японской стороне».
По словам специалистов, от японского бактериологического оружия в первую очередь пострадал народ Китая. До сих пор не только китайская земля и ее жители, но и Дальний Восток России ощущают влияние этого оружия.
А. Филонов объяснил: «На мой взгляд, как жителя Хабаровска, мы до сих пор ощущаем влияние японских отравляющих веществ. Ведь очень много этих веществ было спрятано в землю на территории Китая. За 70 лет все эти емкости и снаряды с отравой проржавели, вся эта жидкость, которая находится внутри, смывается в реку Сунхуацзян, а далее — в Амур. Сейчас все эти отравляющие вещества приходят к нам через воду».
По словам А. Филонова, сейчас главная задача — продолжать решение вопроса о том, чтобы Япония за свои средства уничтожила остатки этих отравляющих веществ на территории Китая. Такие переговоры велись раньше, но до сих пор эта проблема не решена, до сих пор китайский народ и народ Дальнего Востока России невольно ощущают влияние оставленной японской армией отравы.
Из газеты «Жэньминь Жибао», 12.08. 2018
Хабаровский процесс имел своеобразное продолжение.
Первого февраля 1950 г. послы СССР в Вашингтоне, Лондоне и Пекине по поручению советского правительства вручили ноты правительствам США, Великобритании и Китая. Третьего февраля нота была опубликована в советской печати. В этом документе излагались основные факты, установленные в ходе судебного процесса Военным трибуналом Приморского военного округа г. Хабаровска.
В ноте указывалось: «Советский суд осудил 12 японских военных преступников, виновных в подготовке и применении бактериологического оружия. Было бы, однако, несправедливым оставить безнаказанными других главных организаторов и вдохновителей этих чудовищных преступлений».
К числу таких военных преступников были отнесены:
Глава VIII. Оставить безнаказанными
Хирохито — император Японии, которому вменялось издание специальных секретных указов по созданию на территории Маньчжурии специального центра японской армии по подготовке бактериологической войны, известного как отряд № 731, и его филиалов;
Исии Сиро — генерал-лейтенант медицинской службы, организатор и руководитель секретного центра японской армии по подготовке бактериологической войны;
Китано Масадзо — генерал-лейтенант медицинской службы, являвшийся с августа 1942 г. по март 1945 г. начальником отряда № 731 и непосредственно руководивший подготовкой бактериологической войны, а также участвовавший в применении бактериологического оружия против Китая в 1942 г.;
Вакамацу Юдзиро — генерал-майор, бывший с 1941 по 1945 г. начальником отряда № 100;
Касахара Юкио — генерал-лейтенант, начальник штаба Квантунской армии с 1942 по 1945 г., осуществлявший руководство подготовкой бактериологической войны против Советского Союза.
Правительство Союза ССР предлагало назначить специальный Международный военный суд и передать ему как военных преступников лиц, изобличенных в совершении тягчайших военных преступлений.
В ноте также заявлялось, что советское правительство готово предоставить в распоряжение Международного военного суда (после его образования) все материалы судебного процесса, происходившего
