– Зачем ты здесь? – спросил вождь и снова уставил на меня свой жезл.
– Я пишу книгу об Африке, – сказал я первое, что пришло в голову.
– Зачем?
– Люди хотят знать, как вы живёте…
– Зачем?
– Им интересно. К тому же, я заработаю деньги…
Непроглядная тропическая ночь накрыла африканскую землю. Несколько аборигенов, привычно орудуя спичками, зажгли костры. Желтое пламя плясало причудливый танец, бросая блики на лица вождя и жреца. В отсветах огня они выглядели еще более зловеще.
– Зачем тебе деньги?
– Чтобы купить еду и одежду…
Меня преследовало ощущение, что я разговариваю не с вождём людоедского племени, а с актёром, убедительно исполняющим эту роль. И массовка играла вполне убедительно. Может быть, это очередное испытание на пригодность? Тогда все становится на свои места: и карикатурно-колоритный Колосков, и внезапно улетевший вертолет… Но зачем моему руководству устраивать столь дорогостоящий спектакль? И как они добились такого стойкого удушающего запаха пота, исходящего от статистов?
– Еда растет на деревьях и гуляет в лесу. Зачем ты хотел убить народ нгвама?
Я замолчал. Вспомнились книги Хаггарда и Майн Рида: в них цивилизованный белый человек, попадая в дикие племена, легко подчинял их своей воле и из пленника превращался в божество. Благодаря огнестрельному оружию, умению добывать огонь, а то и мнимой способности тушить солнце или луну… Но нгвама не удивишь ни огнестрельным оружием, ни огнем, а даты солнечных и лунных затмений я, в отличие от книжных героев, наизусть не помню. Да и в жизни они случаются гораздо реже, чем в романах, причем вовсе не в самый подходящий момент.
Метеоролог Ковалев вздохнул и, будто собираясь вознести молитву, поднял голову вверх. Большая луна выглядела зловеще: темные пятна морей напоминали глазницы человеческого черепа. Черный купол южного неба был испещрен крупными яркими звездами. Маленькая светящаяся точка быстро двигалась между ними. Спутник! Возможно, это и был «МХ‑10», но в тот момент я ничего не знал о его существовании. Да это и не имело значения. Главное, что через час-полтора саттелит вновь пролетит по этой орбите. Я оживился – это можно обыграть… Если белый пришелец сможет вернуть звезду через определенный промежуток времени, значит, он могущественный посланник Богов!
– Смотрите, великий вождь и жрец! – торжественно, громким голосом объявил я и многозначительно направил перст в небо. – Смотрите, народ нгвама! Видите бегущую звезду?
– Это не звезда, – скрипучим голосом сказал вождь. – Это спутник.
– Спутник, который не поможет тебе спасти свою жизнь, – уточнил жрец.
Я почувствовал себя как туго накачанный мяч, из которого вдруг выпустили воздух.
– Мы не такие дикие, как ты думаешь, чужак, – презрительно усмехнулся вождь. – У нас есть радио, и мы можем вызвать врача, если понадобится. Моя дочь учится в Хараре, и даже когда она гостит здесь, то каждый день принимает ванну. У нас был телевизор, но он сломался. И мы знаем, что в небе летают самолеты и ракеты.
От такой продвинутости я остолбенел. Может, вождь нгвама разбирается и в радиомаяках для подводных ракетоносцев? А я-то наплел чепуху про амулет от злых духов! И кстати, такое объяснение он совершенно некритично принял на веру…
– Сними одежду! – неожиданно приказал вождь.
– Что?!
Он требовательно взмахнул своей костью.
– Одежду! Всю!
Стоящий сзади толмач довольно больно уколол копьем в шею, и я сразу все понял. Через мгновенье освещенный костром Дмитрий Полянский стоял перед народом нгвама в чем мать родила. Последний раз мне приходилось публично обнажаться на медкомиссии, при поступлении в разведшколу. Тогда врачи выявляли физические недостатки. А что происходит сейчас? Это обыск или унижение?
Наступила напряженная тишина. Вождь слез с черного трона, подошел вплотную и принялся меня рассматривать. То же самое проделал жрец, а затем и свита советников. Осмотр был целенаправленным, причем на этот раз эксперты явно интересовались не недостатками, а исключительно достоинствами, точнее, строго определенным достоинством, для осмотра которого каждому приходилось сгибаться в поясе. Распрямляясь, они издавали неопределенные звуки и переглядывались. Как мне показалось – многозначительно. Да и в рядах народа нгвама, особенно его женской части, прокатилась волна оживления: послышались смешки, раздались одобрительные выкрики.
Вождь отдал короткий приказ, и один из свиты куда-то убежал. Потом вождь, повернувшись к народу, выкрикнул пять труднопроизносимых имен. Пять воинов отделились от толпы и, подчиняясь повелительному жесту, выстроились в одну шеренгу слева от вождя и жреца, застыв в одной и той же позе: ноги сжаты, древко копья упирается в землю и прижимается к босой ступне, а острие отставлено в сторону на расстояние вытянутой руки. Очевидно, они выполняли стойку «На караул!» Но дело было не в названии стойки и не в копьях, а в палочках, защищающих самые уязвимые части их тел.
– Смотри! – Вождь указал на свою палочку, потом на палочку жреца, потом, поочередно, на палочки замерших воинов. Оказывается, что все они были разными. У вождя – самая длинная, выкрашенная в красный цвет, у жреца – немного короче и черная. У пятерки копьеносцев палочки постепенно уменьшались, менялись и цвета: от желтого – у первого в шеренге, до неокрашенных у двух последних. Они были совсем короткими и крепились не к шее, а к обвязанной вокруг пояса веревке.
Я начал понимать, что палочки не только защищают нежные отростки от грубых веток и колючих кустарников, но и отражают положение мужчины на иерархической лестнице воинов нгвама. Однако вождь не надеялся на чью-то догадливость и сообразительность: он повелительно махнул рукой, и воины, развязав шнурочки, сняли свои трубочки. Мои предположения наглядно подтвердились: длина палочки была пропорциональна длине того, что она прикрывала. Хотя прямой зависимости тут не наблюдалось, напротив – имелись значительные преувеличения: конечно же, никакой необходимости привязывать футляры к шее не имелось – все вполне могли обойтись веревочками вокруг пояса…
Я был уверен, что в случае с вождем и жрецом даже пропорции не соблюдались – ведь они не сняли футляры для пущей наглядности и убедительности! Ничего удивительного: наши начальники тоже преувеличивают свои умственные способности и организационные навыки…
В это время вернулся отосланный с поручением слуга. В руках у него была довольно длинная желтая палочка с двумя красными кольцами посередине. Он передал ее вождю, а вождь торжественно протянул мне и недвусмысленным жестом показал, куда надлежит ее надеть. Потом указал, что мое место – между жрецом и первым копьеносцем. То есть я – третий человек в племени, по крайней мере, по одному важному физиологическому показателю.
Что ж, это уже признание! И уважение! Думал ли когда-нибудь я – сын простых родителей, скромный труженик российской разведки, что совершенно независимые и объективные люди в другом полушарии Земного шара поставят меня на почетное третье место среди целого суверенного народа? А если учесть махинации и очковтирательство местного начальства, бездоказательно узурпировавшего первые места, то можно считать, что я занял высшую ступень на пьедестале почета! И такой красивой палочки, как у меня, ни у кого не было!
Я даже несколько смутился. Все-таки, это слишком высокая оценка моих скромных достоинств. Вот мой однокашник по 100‑й школе[11] Тенгиз Кавзадзе действительно производил фурор в бане, и он бы гораздо лучше представил российских мужчин на международной арене. Впрочем, я сейчас изображаю американца, так что за престиж родины можно особенно не беспокоиться. К тому же, все относительно… Если бы я тягался с Тенгизом – это было бы одно дело, а с изможденными кровосмешениями и скудной пищей дикарями – совсем другое!
Между тем, вождь вернулся на трон, жрец занял свое место, свита опять выстроилась полукругом. С улыбкой победителя я водрузил желто-красную палочку на место и принялся завязывать шнурочки. С непривычки выходило не очень ловко. Но я справился, как всегда справляюсь даже с более сложными задачами.
– Через десять лун наступит полнолуние, – торжественно заговорил вождь.
Я приосанился. Ясно, что это начался панегирик в мою честь.
– Это великий праздник в честь Того, чье имя запрещено произносить, – продолжил вождь. – Все эти дни и ночи ты будешь моим гостем. Ты будешь вкусно есть, пить орахну и сладко спать. И ты вольешь свежую кровь в наш народ. Тебя ждёт большое удовольствие. Моему народу нужны сильные воины, и женщины племени должны будут родить их от тебя.
– За десять дней?!
