Ворманн расправил плечи и потянулся, пытаясь стряхнуть с себя неприятный осадок от всех этих раздумий. Да, вскоре снова что-то произойдет. Он чувствовал это всем своим существом.
Еще одну ночь... Продержаться бы только эту одну-единственную ночь!
И если смерть ни за кем не придет сегодня, то завтра утром Кэмпфер уедет в Плоешти. И тогда Ворманн установит здесь свои порядки - СС больше не будет ему мешать. И если вдруг неприятности повторятся, он сразу же выведет своих людей из замка.
Кэмпфер... Интересно, чем занят сейчас его любимый и несравненный Эрик? Давненько уже они не виделись.
Штурмбанфюрер СС Эрик Кэмпфер склонился над разложенной на кровати картой железных дорог Румынии и внимательно рассматривал район Плоешти. Солнце садилось, и он вынужден был напрягать глаза, чтобы разобрать сложные переплетения разноцветных линий. Сейчас было бы лучше оставить это занятие и продолжить потом, при свете ярких электрических ламп.
Кэмпфер выпрямился и устало потер глаза. По крайней мере, день не прошел впустую. Изучив новую транспортную схему, он почерпнул для себя немало ценного. Ведь в Румынии все придется начинать буквально с нуля. А организация концлагеря возлагалась полностью на него одного, включая выбор строительной площадки. И ему показалось, что он нашел весьма подходящее место. В восточной части железнодорожного узла находилось множество старых складов. Если их сейчас не используют и не планируют задействовать в ближайшем будущем, то они могут стать неплохим "первым камнем" в основании нового лагеря. Забор с колючей проволокой можно поставить за считанные дни, а уж потом Железной Гвардии останется собрать только как можно больше евреев.
Кэмпферу не терпелось поскорее приступить к настоящему делу. Пусть гвардейцы Антонеску ищут пока первых "гостей", как им заблагорассудится. В это время майор займется необходимым строительством. А вот когда все уже будет готово, он посвятит основное время обучению румынских "специалистов" - им придется овладеть всеми тонкостями технологии СС по ликвидации нежелательных элементов.
Складывая карту, он еще раз подумал о всех выгодах и преимуществах такого лагеря, а также о том, как бы все эти выгоды обратить в свою пользу. Например, Кольца, часы и драгоценности надо будет отбирать прямо сразу, а вот золотые зубы и волосы придется, очевидно, реквизировать немного позже. Коменданты почта всех лагерей и в Германии, и в Польше довольно быстро сколачивали себе приличные состояния, и Кэмпфер не видел причин становиться в этом смысле исключением и быть хуже других.
Но этим планы майора не ограничивались. Когда лагерная система заработает, как хорошо отлаженный механизм, он сможет отбирать для румынской промышленности довольно много еще здоровых и даже квалифицированных работников. А в скором времени, когда будет приведен в исполнение план "Барбаросса", таких работников станет неизмеримо больше. Вермахт вместе с румынской армией захватят Россию, и оттуда хлынет неисчерпаемый поток свежей рабочей силы, которой так не хватает сейчас заводам. И Кэмпфер охотно поможет им с рабочими, а их заработок, разумеется, пойдет в карман начальнику лагеря.
Он давно уже знал назубок все пути и лазейки для обогащения. Гесс оказался неплохим учителем, и майор крепко усвоил в Освенциме его уроки. Не так уж часто выпадает возможность одновременно послужить Отечеству, улучшить генетический баланс человечества да еще неплохо заработать на этом. Да он же просто счастливчик!..
Кабы не эта проклятая застава!.. Но, кажется, и здесь уже дела начинают идти на лад. Если и сегодня все обойдется, то завтра утром он доложит в Берлин о своих успехах. И звучать это будет примерно так:
В первую же ночь после прибытия в замок он потерял в бою двух солдат, но затем принял эффективные контрмеры, после чего убийства прекратились. (Он не будет уточнять, как именно ему удалось остановить убийцу, но наверху всем сразу станет понятно, благодаря кому на заставе восстановился порядок.) И по истечении трехсуточного контрольного срока майор принял решение покинуть замок. Ему здесь больше нечего делать: помощь пехотинцам оказана, задание выполнено. А если после его отъезда снова что-нибудь произойдет, то это будет уже целиком по вине болвана и "сапожника" Ворманна. И придется посылать сюда нового человека, который займется не только безопасностью, но и проверит компетентность беспартийного капитана. А Кэмпфер к тому времени уже вовсю начнет строительство крематория.
Магда проснулась от негромкого стука в дверь. Пришла Лидия и сообщила, что обед готов. Девушка умылась холодной водой из кувшина и через минуту уже полностью стряхнула с себя остатки сна. Но голода она почему-то не чувствовала, будто недавно плотно поела. Ока с удивлением обнаружила, что вряд ли сможет запихнуть в себя даже маленький кусочек хлеба.
Потом подошла к окну. В небе догорали последние отблески дня, но перевал уже потемнел. Ночь опустилась на замок, однако фонари во дворе еще почему-то не зажигали. В некоторых окнах горел свет, в том числе и в отцовском, и эти окна напоминали ей глаза зверя, тускло блестящие в темноте. Замок выглядел зловеще и уж никак не мог привлечь к себе внимание туристов, что бы там Гленн ни говорил по этому поводу.
Интересно, а сам Гленн уже спустился в столовую? И о чем он сейчас думает? Может быть, о ней? И ждет, когда она присоединится к нему? Или же он закрылся в своей комнате и трапезничает в одиночестве? Впрочем, какая разница!.. Сейчас ему ни в коем случае нельзя ее видеть. Один взгляд - и он сразу поймет, что она задумала, и еще, чего доброго, начнет отговаривать.
Магда попыталась целиком сосредоточиться на замке. Почему, в конце концов, она все время вспоминает этого Гленна? Уж кто-кто, а он наверняка сможет о себе позаботиться. И надо думать сейчас не о нем, а об отце и предстоящей миссии.
Но все равно непослушные мысли вновь возвращали ее к Гленну. Подробности их встреч уже стали стираться, но общее впечатление оставалось и было связано с приятными эротическими воспоминаниями. Что же с ней все-таки происходит?.. Никогда еще ни один мужчина не вызывал в ее душе таких чувств. Да, когда она была помоложе, за ней ухаживали многие симпатичные юноши. Они говорили ей массу комплиментов, и двое даже сумели понравиться. Но не более того. Не стал исключением и Михаил... И хотя они были очень нежны и откровенны друг с другом, у нее никогда не возникало желания отдаться ему.
Так вот в чем дело! Магда с испугом поняла, что в душе страстно хочет близости с Гленном, хочет, чтобы он...
Но это же абсурд! Она рассуждает сейчас, как наивная деревенская девушка, впервые встретившая умного и симпатичного городского парня, который сумел заговорить ей зубы, и вот уже она покорена и ждет не дождется, когда он овладеет ею. Нет, ни за что на свете она не будет принадлежать ни Гленну, ни какому другому мужчине. По крайней мере сейчас, когда отец в беде и нуждается в ее помощи. Как же он справится там один, запертый в своей каменной западне вместе с немцами и еще с этим... с этой тварью! Нет, особенно теперь отец должен быть для нее на первом месте. У него ведь никого больше нет, и она никогда его не оставит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
