Я столкнулся со взглядом зеленых глаз.
Чужое дыхание на моем лице заставило вспомнить давным-давно забытые поцелуи Джеймса. Все, что я мог, - это закрыть глаза.
Нежное, почти незаметное прикосновение губ, как будто он боится, что я оттолкну его. Рука, обхватившая меня за шею. Движение языка, раздвигающего мои губы…
Я подчиняюсь - так же, как подчинялся когда-то его отцу. О чем я только думаю? Я сейчас не должен ни вспоминать, ни подчиняться,… я должен встать и уйти - так надо, черт возьми, чтобы я потом не ругал себя всю жизнь!
Я сам не замечаю, как поцелуй из нежного и робкого становится таким жадным, будто Поттер хочет высосать им из меня душу. Руки за спиной теребят мою рубашку, так, словно хотят разорвать ее. Волной накатывает возбуждение, брюки становятся чересчур тесными. Когда это было со мной в последний раз?
Я уже сам не понимаю, что делаю: кажется, глажу спину Поттера, ласкаю мышцы спины, сползаю руками ниже, на ягодицы, отчаянно, как в последний раз. Хотя почему «как»? Нет, не буду давать себе больше никаких обещаний…
Поттер чуть отстраняется, начинает судорожно расстегивать пуговицы на моей рубашке, путается - пальцы дрожат. Сразу видно, дорвался до любимого тела…. Я невольно фыркаю, и он замирает. Наверное, самое время оттолкнуть его и уйти, чтобы не случилось непоправимого,… но поздно: меня уже сжигает изнутри жар возбуждения, и я сам расстегиваю свою рубашку - у меня никогда не дрожат пальцы, хотя я сейчас волнуюсь не меньше Поттера, не зная, чем все это закончится…
В голове странный туман. Я никогда не прощу себе того, что не могу противостоять ему, что мои руки сейчас гладят обнаженную кожу его спины, что я задыхаюсь от его поцелуев, того, что я позволяю ему лизать и легонько покусывать мои соски, того, что я не могу помешать ему, когда он расстегивает мою ширинку. Я ненавижу себя за то, что не могу сдержать стонов под его немного неумелой, но нежной рукой, за то, что подчиняюсь ему, когда он кладет мою руку себе между ног, и я решительно стягиваю с него штаны вместе с трусами.
Я боюсь. Как когда-то в детстве я отчаянно боялся грозы и темноты, так же я боюсь той всепоглощающей любви, которая исходит от Поттера. Я боюсь того, что я сам чувствую странную нежность к нему, заставляющую меня крепче сжимать ладонь, доставляя ему наслаждение. Я боюсь того, что я могу сказать ему, потеряв самообладание, потому что снова попасть в сети любви к кому-либо я не имею права…
* * *
Тергео убирает неприятные влажные пятна с постельного белья и одежды, но не помогает избавиться от запаха спермы, напоминающего о том, что здесь только что случилось. Я осторожно подбираю с пола брюки и белье, снимаю рубашку со спинки кровати - чтобы прийти в себя после оргазма, мне понадобилось меньше времени, чем Поттеру.
- Не уходите, - жалобно просит он, и у меня снова не остается сил, чтобы возразить. Я сажусь на кровать рядом с ним и смотрю в стену напротив: все, что произошло только что, ведь ни к чему не обязывает, верно?
«Ну что же, Северус Снейп, зато ты выполнил данное себе обещание,… позволил себе любить Поттера,… ты же не уточнял, в чем это будет выражаться, сколько раз и как долго?»
- Ложитесь сюда, - Поттер снова оторвал меня от гнетущих мыслей. - Вы так давно не спали, вам выспаться надо.
Я фыркнул, укладываясь рядом с Поттером и накрываясь пледом. Если этой ночью во сне меня снова вздумает навестить Поттер-старший, то я уже не проснусь. Так что лучше подождать, пока Поттер - Гарри - уснет, а потом можно спокойно уйти…
Поттер уткнулся мне в плечо. Я невольно подумал, что рубашка помнется, а хозяйственных заклинаний я не знаю. Хотя есть же Тибби, совсем из головы вылетело…
Поттер что-то тихо бормотал. Я прислушался, вдруг что-то важное, хотя что важное он мог мне сейчас сообщить?
- …мне было так плохо без тебя, ты даже не представляешь,… я на все готов пойти, только бы быть с тобой… хоть под Оборотным зельем, хоть вместо отца…
Что за чушь несет? Впрочем, я не стал его обрывать. Главным образом потому, что мне нечего было ему сказать. Я не мог сказать ему правду, потому что казалось, скажи я эти слова, и они убьют меня. А все остальное, на мой взгляд, было сейчас лишним…
Вскоре бормотание стихло - Поттер уснул. Я осторожно поднялся и вышел из комнаты, стараясь не только не смотреть на него, но и не слушать тихое, спокойное дыхание.
* * *
Проснувшись утром, Гарри не обнаружил в комнате ни следа того, что случилось вчера.
Хотя нет. След все-таки был - слабый, но отчетливый запах спермы служил доказательством тому, что случившееся Гарри не приснилось.
Гарри, не открывая глаз, пошарил рукой рядом - он четко помнил, что засыпал не один.
Снейпа не было.
Гарри открыл глаза, чтобы воочию убедиться в этом…
- * * * * * *, - выплюнул он, снова зажмуриваясь: глаза пронзило резкой болью. Вечно так: сразу несколько проблем одновременно наваливаются…
То, что Гарри вчера решился на отчаянный шаг, было следствием полнейшей безысходности. Порой ему казалось, что он готов отдать полжизни за то, чтобы оставшуюся половину провести рядом со Снейпом. А то, что вчера мужчина так неожиданно пришел к нему, только подстегнуло Гарри.
Засыпая, он чувствовал себя самым счастливым человеком. До сих пор он помнил о том, как это: прикасаться к Снейпу, целовать его, чувствовать наслаждение от его ласк, слышать его стоны, зная, что причина этих стонов - ты сам…
Вот только теперь Снейпа не было рядом, и Гарри даже представить боялся, что это может значить.
Гарри снова попытался открыть глаза. Так больно уже не было, можно было держать глаза открытыми,… но Гарри это не очень порадовало.
- * * * * * *, - повторил он, глядя, как вокруг все расплывается, как акварельный рисунок, на который вылили воду, и с трудом сдержался, чтобы не поискать очки.
- Только не говорите мне, что предыдущий вечер послужил причиной тому, что у меня снова испортилось зрение, - проворчал он, садясь на кровати и нашаривая футболку. Брюки и белье, как выяснилось, Снейп каким-то образом ухитрился сложить аккуратно. Гарри, впрочем, не был настроен задумываться об этом: сейчас были всего два вопроса, которые он хотел задать Снейпу, и он мог думать только о том, какой важнее. «Будет ли у нас с вами что-нибудь еще», или «Почему у меня снова испортилось зрение, и что теперь делать?»
Оказалось, что до библиотеки дойти, не так уж просто: кружилась голова, и Гарри то и дело заносило на поворотах. На лестнице вообще пришлось держаться за стенку, чтобы не скатиться вниз. Может быть, это был бы и более легкий способ спуститься, но намного более травматичный.
Возможно, именно из-за трудностей со спуском вниз тем, чтобы спуститься, запертая дверь библиотеки заставила Гарри задохнуться от возмущения.
