слоях атмосферы, как показал случай над Британией, господствует очень сильный ветер, с которым обычные моторы уже не справлялись. Двигатели «Майбах» HSL на этих высотах теряли до половины своей мощности, а это для огромных кораблей объемом почти 56 000 куб. м было совершенно неприемлемо. Осенью 1917 года появились первые высотные моторы «Майбах» Mb.IV мощностью 245 л. с., степень сжатия которых была повышена. На высоте 6000 м они развивали мощность 142 л. с., а когда степень сжатия была увеличена — 162 л. с.
Первым дирижаблем, получившим новые «Майбахи», стал LZ-105 (L-58), относящийся к серии «v». Его летные испытания состоялись в октябре 1917 года. Погода зимой была столь неблагоприятной, что даже L-58 не смог достигнуть Британии, когда 12 декабря он с еще четырьмя цеппелинами попытался это сделать. Так, начиная с того несчастного октябрьского налета, боевая удача стала отворачиваться от морских дирижаблей.
Высотные полеты временно решали проблему преодоления английской ПВО, но при этом возникли новые затруднения, оценить которые раньше было невозможно, и именно они явились причиной того, что налеты стали проводиться все реже и реже. Продолжительные полеты на сильном морозе, часто до 40 °C, и недостаток кислорода в разряженных слоях атмосферы крайне изнуряли экипаж, и многие опытные пилоты, не будучи в состоянии переносить этой высоты, списывались с дирижаблей. Особенно трудно было вначале, пока еще не изобрели компактные кислородные аппараты: иногда случалось, что часть экипажа теряла в полете сознание. Ситуация улучшилась, когда дирижабли стали снабжаться специальными кислородными аппаратами фирмы «Аренд и Нойландт» с мундштуками или масками для дыхания.
Рейд L-59
Параллельно с боевыми операциями на Западном и Восточном фронтах шла отчаянная борьба за удержание колоний Того, Камеруна и Восточной Африки. Ее исход мог оказать решительное влияние на сохранение за Германией хотя бы части своих колоний. Поэтому понятно, насколько большое политическое значение придавалось результатам боев в Африке. В частности, в Восточной Африке отряды под командованием Леттова-Форбекс упорно сражались против численно превосходивших и технически более оснащенных сил противника. Отсутствие связи с окруженными частями не позволяло судить об их положении. Однако несомненным был тот факт, что немецкие войска испытывали крайнюю нужду в продовольствии, медикаментах и боеприпасах.
Бывший немецкий колониальный врач Зупица внес предложение об использовании дирижабля для оказания помощи окруженным частям по воздуху. Его предложение было принято, но в наличии не было ни одного дирижабля, который мог бы выполнить такой полет и при этом доставить достаточное количество необходимых грузов. Совершенный незадолго до этого LZ-120 полет продолжительностью в 101 час доказал, что долететь до Восточной Африки можно. Оставался открытым вопрос обеспечения нужной грузоподъемности.
Произведенные расчеты показали, что для выполнения всех условий полета необходимо иметь воздушный корабль значительно большего объема, чем находившиеся в это время в строю. Для реализации данного проекта решили построить на базе конструкции LZ-120 специальный дирижабль, у которого длина корпуса была увеличена на 30 метров.
Модернизации был подвергнут L-57, стоящий на сборочных стапелях воздухоплавательного завода в Штаакене. Сборка продолжалась всего четыре недели, однако L-57 погиб в первом же испытательном полете, попав в ураган в районе Ютеборга. Ему на смену в двухнедельный срок был собран новый дирижабль L-59. Характеристики получились следующие: объем 68 500 куб. м, длина 226,5 м, суммарная мощность пяти моторов достигала 1200 л. с., скорость 103 км/ч.
Для подготовки к перелету 3 ноября 1917 года дирижабль перебазировался на наиболее близкую к цели воздушную базу Ямбол (Болгария). Возвращения L-59 обратно в Германию не планировалось — весь экипаж в составе двадцати человек должен был остаться в распоряжении генерала Леттова-Форбекс. Цеппелин дважды вылетал из Ямбола и дважды по условиям плохой погоды вынужден был вернуться. Наконец, 21 ноября 1917 года в 8.34 дирижабль вылетел в Восточную Африку, имея на борту следующий груз:
— артснарядов, ручных гранат, винтовочных патронов 7400 кг;
— пулеметов и другого вооружения, а также полевых раций 3260 кг;
— разного имущества, обмундирования 200 кг;
— оптических приборов и прицелов 50 кг;
— медикаментов и перевязочных средств 2970 кг;
— почты 53 кг;
— книг 53 кг.
Необходимо отметить, что воздушная обстановка в пути оставалась неясной, так как совершенно отсутствовали метеорологические данные над территорией стран противника и всей Африки. Дирижабль миновал район Смирны, пересек Средиземное море и пошел западнее Нила, мимо острова Сирос, Фарофра и Дахель.
Условия полета над Африкой были испытаны впервые. Резкое охлаждение ночью заставляло расходовать балласт. Днем температура в гондолах поднималась до изнуряющих величин, а суточные ее колебания еще над Малой Азией достигали 40 °C.
Вертикальные течения и вихри в южных районах Сахары существенным образом осложняли полет и вызывали острые приступы морской болезни у всех членов экипажа, даже у самых закаленных. Неожиданным и приятным открытием стал тот факт, что муссоны над пустыней Сахара в нижних слоях в это время года дуют с севера-востока, а в верхних — с юга, что способствовало увеличению скорости полета в обоих направлениях.
23 ноября дирижабль, долетевший уже до района Хартума, повинуясь неожиданно полученному по радио из центра приказу, вынужден был повернуть в обратный путь. Английская разведка, узнав по своим каналам об этом полете, сумела подбросить немцам весьма правдоподобное сообщение о капитуляции отряда Леттова-Форбекс.
25 ноября в 19.25 дирижабль вернулся в Ямбол, пройдя за 95 часов полета 7000 км. Из взятых в полет 21 600 кг топлива было израсходовано 11 400 кг, а оставшихся 10 200 кг теоретически хватило бы еще на 64 летных часа. Перелет показал, что взятого на борт балласта было явно недостаточно для полетов в тропических условиях, поэтому пришлось выбрасывать за борт часть перевозимого груза.
Все оборудование и двигатели функционировали без отказов. Поломку одной из крышек трансмиссии удалось быстро запаять, и все дело ограничилось только уменьшением на 15 % мощности одного из двигателей. С технической точки зрения это воздушное путешествие можно считать в высшей степени удачным.
После приземления члены экипажа ощущали очень сильную физическую слабость, а врачи обнаружили у них нервное истощение — последнее, впрочем, можно объяснить разочарованием от сознания бесплодности перенесенных тягот и бесцельности совершенного полета.
L-59 еще неоднократно производил разведки над Средиземным морем и операции против Греции и Италии, так, например, особенно удачен был полет 10–11 марта 1918 года на Неаполь. Неблагоприятная погода не позволила ему долететь до Порт-Саида.
7 апреля 1918 года он вылетел на бомбардировку Мальты, но до цели так и не добрался. При невыясненных обстоятельствах дирижабль взорвался над Отранским проливом и упал в Средиземном море. Есть непроверенные сведения, что L-59 погиб от попадания молнии.
