— Вы гоните от себя мысли о смерти, — с сожалением сказал он.
То ли я слишком вежливая, то ли просто нервы себе щекочу.
— Зато я направляюсь прямо к ней в лапы.
— И не заботитесь о том, что после?
— Я узнаю, что там после, когда это случится.
— То есть вы всё же верите, что там что-то есть?
Вот теперь я разозлилась.
— Слушайте, вы дадите мне позавтракать или нет?
— Телесная пища волнует вас больше духовной?
Ха! Его определённо занесло. И это с его стороны большой промах, потому что уважения к сединам во мне нет. Вспомнишь Иннза и Хейнрри, и всякое уважение пропадёт.
«Малыш, ко мне!»
Нукта обрадовался, что я о нём вспомнила, и мягко перетёк через декоративную оградку из хлипких реек.
— Как по-вашему, — спросила я, — он похож на ангела-хранителя?
— Послушайте, — он с неудовольствием поморщился, — всё же животное…
— Сейчас вы встанете, выйдете отсюда и задумаетесь о том, что делают с паникёрами в военное время. Если вы этого не сделаете, то выйдете отсюда вместе с креслом. Я с удовольствием компенсирую хозяину убыток.
Он поднялся с видом оскорблённого благородства.
— Мне жаль вас, — сказал он. — Я помолюсь о вашей душе.
— Спасибо. Всего вам хорошего.
Проповедник ушёл. Мне улыбались, и настроение у меня поднялось.
Отличный был омлет. И пирожное — объедение. Это кафе «Зелёная лента», третье, если идти по набережной от Морского бульвара направо. Рекомендую.
Бульвар до самой площади был почти безлюден и тих. Только где-то в переулках играла музыка. Неведомая поп-группа, из тех, что меняются каждый сезон, слабеньким, но слаженным квартетом выводила скороспелый хит. Или не скороспелый? Мне показалось, я уже слышала эти простенькие слова. В фильме о Первой войне?
Как немыслимо светланаша Древняя Земля,бриллиантовое Сердце Ареала…
Нет, точно скороспелый. В Великую войну Землю ещё не называли Древней. Тогда не существовало Земли-2, а была Рии-Лараат, провинциальная, не заселённая почти колония анкайи…
Я сморгнула. Вдалеке над площадью летающие сады, ярко освещённые утренним солнцем, медленно плыли по своим орбитам вокруг здания Главного управления флота. Зеркальные поверхности блистали. Истомой имперской мощи веяло от картины, и я снова вспомнила местера Санди. Он бы сумел написать так, чтобы каждый поверил: это непреходяще. Неуничтожимо.
Космический ампир: на чём оно держится — загадка, но не упадёт никогда.
…я шла и думала. Малыш безуспешно пытался понять, о чём. Счастливый парень — нукта, никогда-то ему не придётся ломать голову над такими вещами.
В мирное время оборонные флоты колоний на сто процентов укомплектованы только офицерами-специалистами. Должна полным ходом идти, а то уже и заканчиваться, мобилизация личного состава на оборонный флот Земли-2. И работает пункт сбора. На который я бы и явилась спокойно, по вызову или без, будь я обычным экстрим-оператором.
Но я не экстрим-оператор, язви в задницу весь Ареал! Ха… У меня нет указания в индикарте. В какую воинскую часть мне явиться? Девчонки в мобилизационном пункте наверняка не имеют полномочий направить запрос кому-нибудь уровня генерала Иннза. А запрос должен быть срочный.
В отдел кадров мне нужно. И потребовать, чтобы они связались либо с замминистра колоний, либо с замначальника Особого управления. Или с самим начальником, собственно, местером Иннзом. То-то папочка обрадуется… девочка вернулась. Блудная.
Дура я, конечно. С другой стороны, туда мне и дорога.
Малыш глядел на меня с интересом.
Вдруг вспомнилось, что я не оставила ни записки, ни какого-нибудь ещё сообщения. Проснувшись и не найдя меня, все наверняка решили, что я отправилась гулять или купаться спозаранку, и ещё пару часов не станут искать. Потом станут. И первое, что сделают — позвонят.
От этой мысли мне стало нехорошо, и я почти нервозно отключила телефонную функцию на браслетнике. Ну, не хочу я. Не могу. Лучше не думать. Надо было написать что-нибудь… а, я бы всё равно ничего из себя не выжала. Найдут машину Кесумы, допросят с пристрастием капитана и всё поймут. Заодно обидятся на меня, а это и к лучшему.
Я ускорила шаги. Громада Управления тяжело нависала над площадью, несмотря на готический взлёт своих башен. Слишком уж большое здание. Да, конечно, там вся канцелярия, но не столько же её. Потом до меня дошло, что внутренняя планировка при таких красотах получается страшно неудобная, огромное здание вполне может быть тесным… Малыш обрадовался, что на площади пусто и просторно, и передвигался многометровыми прыжками, делая в воздухе «бочку».
Хорошо, по мне сразу видно, что я из себя представляю. Во всяком случае, по Малышу уж точно.
Мне быстро объяснили, как пройти. «У меня непростая ситуация, — сказала я. — Могут возникнуть проблемы». Это оказалось достаточным поводом. Консультант, стройная пожилая женщина, даже позвонила в отдел кадров и предупредила их. Потом её серые глаза проницательно глянули на меня над декоративными очками-стрекозой, и я вдруг отчётливо осознала, что она подумала о моей ситуации.
А здесь догадаться несложно.
Судимость.
По несекретным документам всё, конечно, не так. Причина, по которой я обращаюсь в отдел кадров, а не на пункт сбора, совсем иная: я просто состояла до увольнения не в корпусе экстрим-операторов, а в отдельном подразделении при Минколоний…
Но она, женщина со старомодным украшением на носу, права.
Мне впервые стало неприятно перед человеком из-за того, что я уголовница.
Десять часов утра. Коридоры ГУФ были пусты, откуда-то доносилось невнятное эхо чужого разговора. Видимо, дефект конструкции или со звукоизоляцией напортачили… В светлом холле с деревьями в кадках стояли диваны, кресла, стеклянный столик с журналами. На диво мирная картина: мне такие навевают сонливость, кажется, что вот сядешь сейчас тут ждать чиновника и начнёшь тихонько покрываться пылью десятилетий.
Четыре человека. Четверо мужчин, один из них — в форме. Похожие проблемы?
Я успела только обвести их взглядом, даже не спросила, кто последний в очереди. Все, как сговорившись, негромко, вразнобой сказали мне: «Уважаемая местра, проходите». Военный, крепкий подтянутый мужчина лет сорока, встав, откозырял мне, и я почувствовала острую неловкость, когда моя рука взаимно потянулась к виску. Я же в штатском. Хоть и при оружии. «К пустой голове честь не прикладывают», как любил говорить наш историк…
Шутник. А форма у него — армии Соединённых Штатов. Одна из земных армий… Корпус экстрим-операторов подчиняется непосредственно структурам Объединённого Совета, как и колониальные войска. А на Древней Земле, кажется, чуть ли не у каждой страны своя армия… вот, наверное, там сейчас неразбериха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
