Читаем без скачивания Как найти Феникса - Татьяна Форш

– Отвечай на наши вопросы, если потребуется, объясняя значение каждого слова, и уйдешь на боковую очень быстро!

– Я понял тебя, о царственных кровей вредина! – буркнул дедок и послушно замолчал, дожидаясь вопросов.

– Не церемонится он с тобой! – усмехнулась я. – Видать, за промывание мозгов мстит.

– Не иначе! – усмехнулась Яллар и взглянула на нас. – Приступайте!

Мы с Ником, не сговариваясь, посмотрели на Афона, у которого с губ не сходила блаженная улыбка, и я начала:

– Как нам попасть в царство Мертвых?

– Сразу под этим садом у северной стены есть подвал. Если войти в него и пройти до тупика, увидите на стене рычаг. Он открывает дверь к привратнику. А вот потом будет трудно, почти невозможно! Вход в царство Мертвых сторожит мужчина с головой ворона. Статуя. Если ему в клюв сунуть одну из сорока существующих в мире монет мудрости, он вас пропустит, нет – придется уйти или погибнуть.

– Что за монета мудрости? – спросила я, уже зная ответ.

– Монета Саламана. Но каждая из них – ключ к определенной двери.

– Когда мы попадем туда, где нам найти книгу Страха?

– Я не знаю, – выдал мудрец.

«Ты что, подруга, склерозом заболела? Я же тебе показывала!»

От неожиданности я даже почистила ухо. Интересно, как я могу слышать монетку, если я ее и в руках-то не держу?

«Да хоть под язык засунь! Меня можно услышать, даже если будешь сидеть на мне. Главное, если между твоей кожей и моей поверхностью не будет никакой тряпочки! Вообще-то меня нужно носить как подвеску, ну да что теперь говорить? Я как-никак домой доскакала! Эх, долго же я ждала этого момента! Вечность просто!»

– Значит, этот человек-ворон – твоя копилка? – уточнила я, позабыв, что меня услышат и другие.

– Нет! Я ничего не знаю! Не было ничего! Ничего не было! – задергался мудрец и внезапно очнулся от колдовства. – Где я? Кто вы? Это опять ты?! Выпустите меня! Хочу домой! В кроватку! Маньячка! Психопатка!

Яллар вновь принялась что-то бормотать, но я только махнула рукой.

– Не надо! Отправь его домой и сделай так, чтобы он обо всем забыл. Я уже узнала все, что мне было нужно.

– Да, но я пока не знаю заклинание обратного перехода. – Она растерянно развела руками. – Поможете мне?

Афон открыл рот, чтобы поделиться знанием, но Ник его опередил:

– Мы тоже не знаем. Точнее, я знал, да забыл, а Афон и вовсе не знал. Поэтому вопрос: ты знаешь, где его апартаменты?

Яллар нахмурилась, явно чувствуя во всем этом какой-то подвох, но кивнула:

– Да, в восточном крыле дворца. Второй этаж.

– Отлично! – восхитился Никита. – Тогда я открою вам переход на второй этаж, и вы с Афоном быстренько его проводите. А мы подождем. Правда, Василек?

Не дожидаясь ответа, он обнял меня за плечи и притянул к себе.

Я не стала торопиться с ответом. Зачем?

Афон ехидно прищурился и погрозил нам пальцем.

– Знаю я, как вы ждать нас будете! Полчаса вам тут на все про все!

Я улыбнулась. Вот удивительно, как бы Яллар ни старалась в очищении Афона от змеючей шкуры, да только даже в человеческом облике он продолжал мне напоминать пузатого желто-зеленого пучеглаза! Может, зря? Надо было оставить его в облике Змея и только время от времени выпускать на волю его человеческую сущность.

Никита, как и обещал, открыл переход, дождался, пока эта парочка вместе с испуганным стариком исчезнет в освещенном свечами коридоре, и начал действовать.

– Быстрее! В подвал!

– Что?! Ты, значит, специально их спровадил? – Я бросилась за ним.

– Конечно! – не оглядываясь, выпалил он. – Негоже это – у друзей забирать только что приобретенное счастье! Неясно, что нас ждет в этом царстве!

– Хочешь погибнуть как герой? – Я покачала головой. В этом весь Ник! Удивительно, что Пепельный все еще не понимает разницы, пропастью лежавшей между ними. Один отдает все без остатка, другой все без остатка забирает.

– Нет! Наоборот, хочу жить и жить свободным! Если бы у меня была возможность оставить тебя наверху, пожалуй, это было бы высшее счастье, так как не надо было бы за тебя бояться!

– И даже не мечтай! – тут же отрезала я. Ник понятливо кивнул, как мне показалось, с облегчением, и начал спускаться по лестнице, затянутой плющом.

Чтобы темнота не мешала нашему спуску, я, не раздумывая, представила светящийся шарик, и он не преминул тут же появиться у нас над головой, плывя за нами как привязанный. Благо уже есть опыт!

Впрочем, когда мы спустились так глубоко, что перестал спасать даже свет, идущий от этой яркой искорки, нам на выручку пришел Никита. Может, у него это получилось спонтанно, не знаю, но вдруг уже осязаемая кожей темнота разбежалась по углам от яркого свечения, ореолом охватившего всю его фигуру. Я даже прищурилась, разглядывая окружившие его сполохи. Это было похоже… Похоже на огненные крылья!

– Как ты это делаешь? – Я коснулась его руки и удивленно ахнула, глядя, как оранжевый сгусток перескочил на мою руку, не причинив ни малейшего беспокойства. – Он живой!

– Огонь? Да! – Ник бросил на меня быстрый взгляд и уточнил: – Делаю что?

– Твои крылья!

– Крылья? – Никита остановился на ступеньке и даже попытался заглянуть себе за спину. И, естественно, ничего не увидел, так как огоньки перебежали на другую сторону, как будто крылья сложились. Точно у бабочки. Или у птицы.

– Ну да! Только их можно увидеть со стороны, – пояснила я и забросала его вопросами: – Ты этот огонь как-то вызываешь? А что ты сам в этот момент ощущаешь?

– Никак и ничего! – Ник качнул головой, шагнул на последнюю ступеньку и направился вперед по открывшемуся коридору, ведущему прямо в центр мрака. – Я вообще подумал, что у меня от темноты начались видения. Ну, или ты наколдовала свет. Вопрос: как у тебя это получается?

– Практически никак! У меня вся магия заканчивается на представлении желаемого.

– И кто такой умный тебя этому научил? – На лице Ника появилась ехидная улыбка.

Я развела руками.

– Подумай! За все мое путешествие рядом был только один маг-недоучка!

– Афон. – Никита покачал головой. – Просто удивительно, как он не попытался записать заклинания в математической формуле или перевести настои в химические элементы?

– Было бы интересно! Но ты же знаешь, какой он лентяй.

– Точно! – поддакнул Ник и остановился, разглядывая выросшую перед нами каменную стену. Причем каменной она казалась совсем недолго. Лишь до того момента, пока я не разглядела заблестевшие красными каплями крохотные глазки маленьких зверьков, ослепленных никогда не виданным ими светом.

– Летучие мыши! – Мой голос добавил в их сердечки панику, и тут началось!

Вспугнутые твари решили во что бы то ни стало спасти свои никчемные жизни и бросились на нас. Мне даже показалось, что они собрались в кулак, чтобы обрушить на нас весь свой праведный гнев. Зажав руками уши и глаза, я прижалась к Нику, пытаясь спастись у него на груди. Что произошло потом, я так и не поняла: хлопанье крыльев, писк – и все исчезло!

Осторожно приоткрыв глаза, я увидела, что летучих мышей больше нет, а сполохи света от крыльев Феникса озаряют поросшую мхом стену, в центре которой шпагой торчит рычаг. Если честно, я сильно сомневалась в его работоспособности, но Никита доказал обратное.

Обхватив обеими руками, он потянул его вниз. Пусть не сразу, но рычаг дернулся и стал медленно опускаться, а когда он повис, глядя в пол, стена поехала вниз, открывая нам небольшую площадку, в центре которой возвышалась отлитая из золота статуя мужчины с головой ворона. Клюв был жадно распахнут, а глаза-рубины смотрели на нас в упор, пылая отраженным кроваво-красным светом.

– Король-ворон! Страж царства Мертвых! И это не просто слова. – Никита указал на кости и черепа, точно подношение рассыпанные у ног статуи.

– И что теперь? – Я едва не присвистнула, разглядывая останки тех, кто пришел сюда до нас и, видимо, поплатился за любопытство, а может, и за жадность.

– Кто бы знал… – Никита шагнул в открывшийся ход и подошел к статуе. – По логике вещей ему надо что-то дать, чтобы он нас пропустил. Мудрец говорил о монетке.

«Да! Да, я тут! Отдайте меня ему поскорее! Скоро он почувствует биение ваших сердец и проснется!»

– Скоро он… проснется. – Я повторила слова монетки и полезла в сапог. В следующий миг я уже сжимала ее в руке.

– Кто проснется? Эта статуя? – Ник похлопал по золотому клюву, отряхивая вековую пыль. – А разве статуи просыпаются?

– Еще как! – пророкотало в пещере. Клюв захлопнулся, будто в подтверждение слов, и кровавые глаза уставились сначала на меня, затем на Никиту. – Давно у меня не было гостей!

– Так, может, плохо принимаешь? – Никита прищурился, разглядывая потягивающегося монстра. – Кто ж к тебе пойдет, если ты всех кушаешь?

Ворон посмотрел себе под ноги.

– Эх, Феникс, а ты бы не кушал, если бы тебя пытались распилить по кусочкам да вдобавок выколупать глаза? – Ворон спрыгнул с пьедестала, с хрустом прошелся по костям, превращая их в пыль, и покосился на меня так, что я тут же юркнула Фениксу за спину.