Кевину не приходилось бывать в "Формозе". Впрочем, внутренняя обстановка заведения ничем особенным его не удивила - вполне приличный кабак. Мебель тяжелая сработанная из дуба. Каменный пол устлан опилками. Столешницы сияют белизной выскобленного ножами дерева. В помещении царят уютный полумрак и прохлада. Но света вполне хватает, чтобы хорошенько рассмотреть публику. Народу, как обычно в дневное время немного - с полдюжины спасающихся от дневного пекла мужчин, жаждущих наскоро перехватить пивка и всего лишь трое надолго обосновавшихся индивидов. Аншлаг состоится ближе к вечеру, когда в "Формозу" потянутся желающие оттянуться после нелегкого трудового дня посольские служащие. И все-таки нашего героя поджидала неожиданная удача в лице германца в форме офицера охраны посольства Лангобардии. Светловолосый крепко сбитый мужчина лет под сорок находился в изрядном подпитии и, судя по решительному виду, не собирался покидать питейное заведение.
Проходя мимо столика, за которым находился германец, Кевин прошептал короткое заклинание, активирующее одну из наколок на его теле. Как результат, осоловевший взгляд водянисто-синих глаз пьяницы прояснился, он сделал взмах рукой британцу и низким хрипатым голосом выдал:
- Не пожелает ли уважаемый господин офицер доблестной армии Великой Гельвеции составить компанию своему коллеге - офицеру славной армии Великой Лангобардии?
При упоминании о величии Лангобардии ни один мускул не дрогнул на лице Фалька, хотя ему было откровенно смешно. Вся "Великая" Лангобардия уместилась бы на половине острова Ир, входящего в состав Британской империи, и вообще, большинство германских земель по площади не превышают Лондиний.
- С превеликим удовольствием, господин?..
- Обер-лейтенант Бьёрн Фритингерн... фон Фритингерн, для друзей, просто Бьёрн.
- С превеликим удовольствием, Бьёрн, - щелкнул каблуками Кевин. - Разрешите в свою очередь представиться: Кнур Демфикс, капитан королевской Пограничной службы в отставке.
- Donner Wetter !.. погранец, значит, - удовлетворенно констатировал германец. - Так я тоже двадцать годков с хвостиком отпахал на границе с поляками. Шебутной, скажу тебе народец Arschloch : то с "клятыми москалями" воюют, то с гуннами, то ни с того, ни с сего на нас лезут Scheisse . От всех огребут кренделей, пару лет сидят смирно, потом какому-нибудь тамошнему ясновельможному пану шлея под хвост попадет, снова начинают мутить и так по кругу. Впрочем, чего это я о пустом?! Давай-ка мил человек, как следует отметим нашу встречу, а потом ты мне поведаешь о своем житье-бытье. - И, не дожидаясь ответа, громко на весь зал пророкотал зычным басом: - Эй, корчмарь, Donner Wetter, дюжину пива мне и моему другу Кнуру!
Насчет столь быстрого перехода на "ты" Фальк возражений не имел.
- Ну что же, мой друг Бьёрн, выпьем, но при одном условии... - сказал британец и сделал продолжительную паузу.
- Какое же? - спросил уже готовый обидеться германец.
- За пиво плачу я. - Кевину было отлично известно, с каким пиететом рациональные германцы относятся к деньгам, поэтому он сделал весьма верный ход, для того, чтобы еще больше расположить к себе офицера.
Не совсем трезвый Фритингерн на какое-то время задумался, затем, переварив заявление новоявленного собутыльника, расплылся в улыбке.
- В таком случае, Bruder , я со своей стороны возражений не имею.
- Вот и отлично, - улыбнулся тайный агент.
Вскоре расторопный служка притащил затребованное количество пивных кружек, к пенному напитку блюдо вареных раков, вяленой рыбы и местного сыра очень соленого и твердого будто камень.
Несмотря на изрядную дозу принятого алкоголя, германец умудрился провозгласить витиеватый тост за воинскую солидарность и фатальную никчемность гражданских, кои строем-то ходить не умеют. Офицеры чокнулись и дружно выпили.
- Смотрю на тебя, Кнур, - продолжил разговор лангобардец, расправившись с шестым по счету раком, - молодой ты, а уже отставник. Чего так?
На что собутыльник в сердцах махнул рукой и начал излагать заранее заготовленную легенду:
- Гунны, будь они неладны! Полгода назад получил задание провести карательную акцию против одного неугомонного тамошнего князька. Ну, выехали мы, значит, сразу после заката, что бы к утру выйти на ударную позицию. Под моим командованием: сотня кирасир, опытный маг-стихийник, четыре боевых "скорпиона" и дракон семилеток для прикрытия с воздуха. Подошли к стойбищу, как и планировали, перед самым восходом. Рассредоточились примерно в полумиле. С восходом Солнца я намеревался послать големов, обозначить "волчьи ямы" и расцепить повозки. Да не тут-то было. Едва забрезжило, как с возков слетели тенты и по нам жахнули картечью, как минимум две дюжины "крокодилов". Половину моего отряда как корова языком слизнула. Магу оторвало голову. "Скорпионов" в решето покоцало. Погонщик попытался исправить ситуацию и повел дракона на вражеские позиции, пока те перезаряжали орудия. Но тут заработали их шаманы и, нашего Сэмюеля вместе с Громовержцем развеяли в дым. А потом по нам еще раз шарахнули картечью, но этого я уже не помню, поскольку получил кусок чугуна в брюхо и потерял сознание. Спасибо моим парням - не бросили, доставили в расположение и сдали на руки магам-лекарям. Те, конечно, меня подлатали, однако для дальнейшего прохождения военной службы признали непригодным. А далее все как обычно: демобилизационный лист вместе с полагающимся денежным пособием на руки, прощальная пьянка в кругу боевых товарищей и похожий на бегство отъезд до восхода, что б избежать сочувственных взглядов тех, кого еще совсем недавно ты вел в бой.
- Ну да, все как у меня, Schlampe . С единственной лишь разницей: обер-лейтенента Бьёрна фон Фритингерна демобилизовали по возрасту. Двадцать годков отбарабанил - хватит, уступи место молодым. А то, что человеку особенно некуда податься, никого не волнует. Спасибо сродственник один у меня по дипломатической части промышляет, пожалел, пристроил в охрану тутошнего посольства. За что я ему премного благодарен. Здесь, друг Кнур, спокойно и работенка не бей лежачего, а платят аж в два раза больше, чем я получал на границе.
- Ясен пень, - поддакнул Кевин, - тут же важные задницы - не приведи Непознанный, кто побеспокоит - вот и приплачивают от щедрот казенных. Не из собственного же кармана.
- Знаешь, брат Кнур, бывает, вспомню границу, парней своих и обидно становится. Они там кровь проливают, а мы тут жируем не по заслугам. Хочешь - верь, хочешь - нет, я ничуть не лицемерю. Честное слово. Щас бы взял кое-кого из посольских и по сусалам, по сусалам... Вот этим кулаком. - И Бьёрн фон Фритингерн поднес к самому носу Кевина свой нехилый кулачище.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
