Теперь предполагалось что у несуществующего (но им то об этом откуда знать) союзника рыжей хулиганки возникла патовая вилка. Куда не кинь всюду клин, повернись налево получишь справа и наоборот.
Вот только гипотетического стрелка в туннеле не было, а Гранде наоборот была, и она не оставила врагам ни секунды времени чтобы исправить ошибку. Воин, который катался с д'Аранжем в объятиях, вскочил на ноги, но больше ничего сделать не успел — гибкий клинок, рыбкой макнулся в его грудь и тут же вынырнул обратно. Оккупантов стало еще на одного меньше.
Теперь получилась немного иная ситуация. Противник у Марисабель оставался всего один, но этот был прекрасно вооружен и прикрыт броней (несомненно, это был "ударный элемент" патруля), а, главное, сейчас удар лейтенант-адьютанта был замечен. Здоровенный воин, «танк» звена, смерил девушку хмурым взглядом и медленно, но неотвратимо, стал на нее надвигаться. От него не укрылось, с какой сноровкой эта рыжая разделалась с его друзьями и теперь он вел себя осторожно… в одной руке палаш, в другой, немногим меньший габаритами, широкий нож. Не оставалось ни малейшего сомнения, что он готов пустить смертоносные клинки в ход.
Вот только сделать этого он не успел. Точнее не смог. Марисабель налетела на него яростным торнадо, и обрушила на вояку настоящий град ударов. Сабля ее ужом вилась вокруг его меча, нащупывая уязвимое место, лейтенант колола, рубила, резала. Пока мужчину спасало лишь то что он был в броне, да и два клинка, которыми он отчаянно пытался заблокировать ее оружие, создавали достаточно серьезный барьер для решающего выпада. Однако перевес в мастерстве оказался слишком велик, что бы даже на таких условиях поединок сильно затянулся. Вскоре сорганазелец допустил ошибку и Марисабель, ловко отведя своим клинком сразу оба его, с разворота вонзила сорганазельцу в кадык засапожный нож. Воин, захрипел и повалился навзничь.[24]
Марисабель огляделась, однако никого из недоброжелателей поблизости не осталось. Значит можно было заняться магом. Пары тройки звучных пощечин, хватило д'Аранжу что бы его взор окончательно прояснился.
— Ад сорока миров, — не выдержал и простонал волшебник, когда девушка заставила его открыть глаза. — Что это было?
— Ничего особенного, просто патруль, — ответила Марисабель. — Но нам лучше трогаться отсюда пока не подтянулись остальные.
— Согласен, — прокряхтел д'Аранж.
— Тогда в путь. Идти сможете?
Чародей поспешно регенерировал поврежденные ткани тела, а заодно (раз уж все равно «светиться» в эфире) то и костюм подлатал.
— Но-но, — проворчал он. — И идти, и, если будет нужно, бежать.
Волшебник «принюхался» к астральным вихрям. По всем признакам получалось что Слэг-штрих уже в курсе того что Лорд-Протектор вне стен цитадели. Бомбардировка дома прекратилась, по всей территории Парка зашарили незримые липкие щупальца «сонара». Еще чуть и они настигнут беглецов. Чародей наклонился, похлопал по голенищу своих сапог. Обувь отозвалась на его прикосновение тем, что заворчала, разбухла, изменив размер и форму, а от одного сапога к другому, по ногам колдуна протянулись несколько длинных гибких отростков.
— Да, кстати… бежать, и именно бежать. Я, с вашего позволения, вас понесу.
И прежде чем Марисабель успела что-то ответить, он подхватил ее на руки и припустил по тропинке в глубь Парка. Да так шустро, что только ветер в ушах засвистел.
* * *
Несущий меридиан, повредить который повезло темному магу, еще пытался выполнить свой долг, но было совершенно ясно, оставалось ему совсем немного. Сопротивление стабилизирующих чар ослабевало, и дом постепенно сползал в невидимую щель между мирами.
Явление это сопровождалось невероятным буйством зрительных эффектов. Из ниоткуда проникало таинственное сияние всех цветов спектра, клубились заглушая свет, сумрачные облака тумана, просочившегося в разлом реальности из внепространства, и над всем этим, в механическом ритме сменяли друг друга какие-то поблескивающие узоры. Трансформируясь, чары д'Аранжа украшали небо разнообразными геометрическими фигурами. Потом меридиан лопнул, бездна разверзлась и, уже ничем удерживаемое строение рухнуло в параллельный мир…
Для тех сорганазельцев что не прочесывали лес, и на всякий случай, все еще оставались рядом, это действие выглядело так, как если бы дом д'Аранжа был не строением из камня, дерева и металла, а рисунком на огромном невидимом листе бумаги. Кто-то, тоже здоровый и тоже невидимый, вдруг взял да и сложил пополам этот «лист», потом еще пополам и еще, а под конец вообще сжал и скомкал рисунок в ладони. Вот только вместо смятого клочка бумаги в кулаке гулливера-невидимки не осталось ничего. Дом исчез бесследно, не оставив даже и фундамента. На том месте, где он только что красовался, теперь была девственно чистая поляна. Такая же как любая другая в Парке, разве что трава здесь была немного другого цвета.
Солдаты дружно охнули, и кто-то даже радостно завопил. Простаку показалось, что все кончено.
Вместе с исчезновение крепости Лорда-Протектора Большого Парка произошли и другие, не столь очевидные, изменения. Вслед за домом пропал, выходящий из него, астральный канал связи и подпитки, обладая которому, маг был в состоянии использовать все резервы цитадели. Теперь канал исчез, втянулся, как улиткины рожки под раковину, и никакой поддержки магу первого уровня больше оказать не мог. Противник одержал еще одну невероятную победу, он лишил д'Аранжа большей части его могущества, и мог ликовать, потому что получил огромное преимущество.
Вернее мог бы ликовать, если б не одна деталь. До того как дом вернулся в основное, естественное для него, состояние, целиком провалившись в ту дыру, где, прежде были его «задние» комнаты, и, словно шлейф, утащил за собой пресловутый силовой канал, в его недрах закончился еще один процесс. Расконсервация успешно завершилась и д'Аранжу стали доступны последние составляющие того что он в разговоре с Марисабель слегка, пренебрежительно (наверное, незаслуженно пренебрежительно) называл «кулаком». К употреблению стал готов пакет боевых данных, и в пределах Большого Парка народилось, если можно так сказать, совершенно новое существо.
Какое ликование? О каком, скажите на милость, превосходстве Слега-штрих идет речь?
Теперь (только теперь) д'Аранж стал настоящим боевым колдуном. Именно таких называют универсальными убийцами, появление их злорадно (довольные что сами до всего этого не доживут) предсказывают предшественники и про таких с благоговейным ужасом вспоминают все следующие поколения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
