воскликнул третий. – Она права! Нам все равно пиздец! Так чего бы не порадовать себя напоследок?! Ну, мужики, не ссыте! Кто первый?! – сказал он, подошел к ней ближе и расстегнул ширинку на брюках…
Панкрат так и не понял, почему забил тревогу. Интуиция что ли сработала. Но отчего-то он внезапно набрал охранников, которые сопровождали Свету. Обычно они каждый час докладывали ему об ее местоположении. Его люди сообщили, что из здания СИЗО Света не выходила. По всем расчетам, больше часа там проторчала. Хотел расслабиться, но так и не смог. Необъяснимая тревога дотошно съедала его изнутри. Проверил маячок, который засунул ей в подаренное украшение и обомлел. Нет ее в СИЗО! Быстро поднял всех на уши. Генерал собрал своих людей и отправился вместе с ним по следу мигающего сигнала. Северов, пользуясь губернаторским креслом, дал несколько вертушек.
То, что чувствовал Панкрат, было чем-то большим, в сравнении с обыкновенным страхом. Панкрат никогда не думал, что его можно так напугать. До тремора. До леденящего душу ужаса. И ведь сделал все возможное, чтобы защитить. Все меры предосторожности были соблюдены. Охранял ее как зеницу ока. Даже, сука, на договор с ментами пошел! Трясся над ней, как контуженный. Надо было запретить ей работать. Надо было запереть дома и не выпускать никуда. Не хотел ограничивать. И так слишком много лет были порознь. Сил жить без нее уже никаких не осталось. И Панкрат дал ей свободу действий, потому что боялся, что уйдет от него. Карьера у нее, видите ли! Самостоятельная она! Кретин!
На сумасшедшей скорости летели по следу. Ее вывезли в какую-то заброшенную у леса деревню, где практически нет жителей, но куча нищенских домов. Только в каком из них Света находится? Они вышли из машин и осмотрелись кругом. Маячок давал примерное месторасположение. Им предстояло выяснить ее точную локацию.
— Генерал, – сказал Панкрат. – Ща вертушки должны попрятаться. Шум услышат.
Михеев дал сигнал, чтобы вертолеты сели в совершенно другом месте.
— Батя, – внезапно обратился к нему Витя и посмотрел поверх головы. – У тебя волосы поседели…
Панкрат растерянно уставился на него и на автомате провел рукой по макушке.
— Слышь, уголовник, – обратился к нему генерал, который сам на глазах постарел лет на десять от ужаса. – Ничего они с моей дочерью не сделали. Три часа прошло. Мы сюда только полтора добирались на огромной скорости. А они дольше. Пока ее схватили, пока довезли… Мы сработали очень быстро. Сколько у них в запасе было? Час?
— Батя, реально, – вторил ему Витя. – Они же ее усыпили скорее всего, чтобы не орала и не дергалась. Пока схватили, пока доехали, пока она в себя придет…
Панкрат понимал, что мужики пытались его успокоить. Только вот ни хера не помогало. Сколько нужно времени, чтобы пулю в лоб пустить? Секунда? А чтобы бабу изнасиловать? Полчаса? Сорок минут? Как там у маньяков с выносливостью? Целого часа достаточно, чтобы сломать беременную женщину. Много не нужно. Два точных удара. В живот и в голову. И все. Панкрату наступит конец. Можно даже пулю на себя не тратить. Он просто сдохнет… сам… от горя…
Именно подросток Ваня, вернувшись домой, обнаружил трупы брата и его семьи. Он видел, что эта тварь, Назар, могла с женщиной сделать. А Света целых три часа находилась в лапах этих мразей. Одна беременная против пятерых здоровых ублюдков. Нет, никакие слова Панкрата сейчас не успокоят.
Работники органов рассредоточились. Работали профессионально и практически бесшумно. Внезапно один из ментов дал знак, и все окружили определенный дом. Никто не медлил. Никаких переговоров не велось. Сразу стали действовать.
— Всем лежать! Работает ОМОН!
Послышался треск разбитых окон и слетевших с петель выбитых дверей. Шум, гам, крики. Панкрат бросился внутрь заброшенного дома. Вбежал в комнату, чуть ли не расталкивая полицейских. Увидел ее связанной сидящей на стуле. Губа разбита, лицо бледное как полотно, а в голубых глазах сумасшедший блеск.
— Ваня, со мной все порядке! – нетерпеливо заорала Света и тут же стала давать указания. – Мне нужен специалист по технике! – кивнула она в сторону видеокамеры, на которой мигала красная лампочка. – Они должны были все записывать! Папа, ну что ты стоишь как истукан?! – прикрикнула она на опешившего генерала, также удивленного, что дочь осталась живой. – Звони специалисту! Нужно узнать, куда передается сигнал!
Панкрат кинулся к ней и дрожащими руками стал проверять. Ноги не сломаны, руки тоже, одежда не порвана. Несколько ссадин на лице и разбитая губа. Он растерянно переглянулся с генералом и стал развязывать веревки.
— Ваня, хватит меня щупать! Уйдет же, сволочь! – орала на него его храбрая, но на всю голову ебанутая женщина. – Да клянусь тебе, ничего со мной не сделали! В порядке я! Вы успели вовремя! Кстати, КАК?
— Мачок, – ответил Панкрат, указывая на подаренное им украшение.
— В больницу ляжем оба. Я в роддом, а ты в психушку, – хмыкнула Света. Она встала и, не взирая на боль в затёкших ногах, поковыляла к одному из повязанных мужчин. – Кто из вас знает, где Назар, тот получит приз: существенное смягчение приговора. Предложение действует десять секунд. Девять, восемь…
— У него несколько хат в городе, – быстро сообщил один из них. – Всех адресов я не знаю. На одной мы встречались. Я расскажу, на какой именно.
— Я отправлю наряд, – ответил генерал и стал звонить кому-то.
— Там он больше не появится, – Света задумалась. – А вот на квартире, куда идет сигнал… Выяснили адрес?
— Пробиваем.
— Так, дайте подумать, – она снова присела на стул и стала потирать виски. – Нет, глупо. Он же знал, что за мной следят и его подельники попадутся. А он очень хитрый. Тридцать лет скрывался. Ваня, – обратилась к нему Света. – А ты знаешь, какие дома принадлежат Шаху?
— Уже никаких. Мы все отобрали в общак.
— Выясни, какое из прошлых владений ближе расположено к границе.
— Аэропорты, автобусные и
