Тут один из охранников звонко стукнул «бычка» три раза подряд по тупой металлопластиковой башке, и все охранники громко заржали. Похоже, они, всё-таки, дулись в карты. Базука приподнял голову, строго посмотрел на них, и они притихли, продолжая о чём-то неслышно посмеиваться и перешептываться.
Вот и «головоглазы». Что-то не ощущается, что он тут с целью сотрудничества. Скорее он чувствует себя... задержанным, что ли. Зачем его сюда направили? Какую роль он играет, или должен сыграть по задумкам Василия Васильевича. Это было совершенно непонятно. Роль подсадной утки, он уже сыграл. И даже не заметил этого. А сейчас он кто? Подсадной жучёк? Вполне может быть. Да-а... меньше знаешь, лучше спишь, как сказал уже упомянутый Василий Васильевич. Как же! Тут уснёшь...
Так они просидели ещё примерно с полчаса.
Наконец, со стороны сопки, за которой скрывалось место тогдашней сходки клана граберов, показались два скаута – неразлучные «х-траппер» и «кентавр». Ага, старые знакомые, Вобла с дружком. Когда они приблизились, то, первым делом, мрачно глянули на Алекса. Тот сделал им ручкой, улыбнулся и вежливо сказал: «Привет»! Они равнодушно отвернулись и принялись о чём-то шептаться с Базукой. Их было почти не слышно, только пару раз порывами ветра доносило: «... всё чисто...», «... сам лично...» и «... двадцать минут». Затем Базука обернулся, сказал: «Вперёд!», и все сразу пошли, как будто заранее знали, что делать и куда идти.
Через десять минут они обогнули сопку, за которой Алекс увёл у них Чёрного дрона. Всё также слабо дымился костёр на том же месте, только раскуроченного дроновского остова уже не наблюдалось. Вокруг всё было чисто, утоптано и словно бы выметено. Возле костра стояли полукругом разнокалиберные бойцы, числом пять, и один из них, большой боевой дрон, был с золотым глазом во лбу своей крупной квадратной головы. Отряд Базуки подошел к ним, все перемешались между собой и стали вполголоса, то ли здороваться, то ли просто общаться. За исключением «страусов». Казалось, их ни что не могло отвлечь от исполнения обязанностей по обозрению окружающей местности. Базука и золотоглазый офицер отошли чуть в сторону и начали о чём-то неслышно переговариваться. На Алекса, казалось, никто не обращал никакого специального внимания.
«Как дохрена «головоглазов», а я совсем один, – подумал он с лёгким волнением, его даже немного трясло, – и на кой ляд я согласился на эту авантюру? Может сдёрнуть, пока не поздно, пока они тут обнимашки устраивают. Всё равно, я вроде как лишний сейчас. А то потом может стать очень поздно. Как это так интересно повернулись события, что я вдруг оказался по доброй воле в логове самых грозных граберов Острова?»
И тут он, неожиданно сообразил – а ведь он и не спорил, и не возражал, когда Василий Васильевич его сюда направил. Наоборот, даже энтузиазм проявил – дескать, нам это раз плюнуть, шеф, сделаем одной левой, шеф. И когда он шёл сюда, никаких сомнений в его голове не гуляло – идти, не идти. Просто шел к своей цели и всё. И Педро Крот, очевидно, догадывающийся о том, что здесь может и должно произойти, по существу одобрил его поход, своим малозаметным кивком.
«Все всё знают, все обо всём догадываются, один я, как робот – куда сказали, туда и пошел. Все мной крутят. Все, кому не лень. А я что? А я тоже хотел сюда попасть, только один, без сауроновцев этих, чтобы Чёрного дрона найти и... себе забрать. А что? Моя добыча. Я его увёл, следовательно он мой».
«Ну, вот! Опять начинаю делить шкуру неубитого медведя! – с неудовольствием подумал он. – Ещё никто не разобрался, что это такое – Чёрный дрон, а я уже хочу его увести».
И ещё подумалось ему, что ничего серьёзного и ничего сногсшибательного в этом процессоре может и не быть. Может просто он сам чего-то недопонял и сам неправильно интерпретировал обычные факты во время тогдашней стрессовой ситуации – погоня и всё такое с ней связанное вовсе не способствует точности и логичности мышления. Как, например, это часто бывает со свидетелями появлений НЛО, когда за них принимают кого угодно и что угодно. От стаи уток до света Венеры преломлённого атмосферой на утренней или вечерней заре. Вот и в его случае, что-то он за что-то принял и сразу, впопыхах наделил ИИ процессора разумными свойствами! Шокировало его, видите ли, то, что дрон с ним заговорил, и он его сразу же чуть ли не за человека посчитал. Что же теперь, раз турникет на проходной с ним разговаривает, то уже и разумный он, что ли? Типа, теперь зло пинать его уже не стоит, а нужно вежливо уговаривать пропустить и слёзно умалять, не делать отметки в табеле об опоздании. Чушь ведь! Вот и поведение Василия Васильевича эти его сомнения подтверждает. Словно он не совсем поверил его рассказам и решил, проформы только ради, спустить всё дело на тормозах, чтобы не дай бог не навредить любимым клиентам и не помешать им получать удовольствие от Игры. В рамках правил и на фундаменте договорённостей.
Зато про «головоглазов» этого никак не скажешь, они очень серьёзно относятся к происшествию. Даже слишком серьёзно. Это видно по их чёткой организованности и слаженности действий. И по количеству привлечённых для этой миссии сил – вон, два офицера и больше десятка бойцов уже задействовано. И ещё сколько-то на подходе. И все чего-то выжидают. Чего? О чём шушукаются офицеры и чему они так открыто радуются? Тому, что его в ловушку заманили?
«Так зачем же я им нужен? – подумал он. – Что я такого особенного могу знать? Где мой модуль, в котором беглец находится, я не знаю. Чем его приманить, понятия не имею. И никакими необычными способностями в поимке удирающих прототипов не обладаю. И зачем тогда я им так необходим? Дрон в конце концов их. Значит, они лучше меня должны знать, куда его понесло, пусть даже и в моём корпусе. Может, Василий Васильевич сообщил им о том, что Черный условился со мной встретиться? Но ведь ничего конкретного в этом условии нет! «Найдём тебя позже»! А когда и где – неизвестно».
«Но вот что интересно, – думал он дальше, – а всё-таки, почему этот Чёрный связанный тогда был? Да ещё с переломанными ногами. Такое чувство, что он от них постоянно бегает. А они его постоянно ловят. Он удерёт, а они поймают. И ноги ему – хрясь! Чтобы неповадно было бегать. Он удерёт, а они – хрясь! А он очухается и... и тому подобное. Такая вот у этого ИИ улучшенная логика, что «головоглазы» ему в упор не нравятся, вот он от них и сбегает. Да-а... Я бы на его месте, тоже от них сбежал. Что мы, кстати, с ним дружно и сделали тогда».
«Стоп, – его неожиданно осенило, – а почему у него корпус военный был? Я ведь так и решил тогда, что дрон-то военный. То есть уже точно корпус не их, поскольку вояки корпусами не разбрасываются. Наоборот очень строго следят за утечками технологий. И если бы что-то было не так, то «хрясь» было бы «головоглазам». Но Василию Васильевичу они убедительно доказали, что как раз тут всё в порядке – модуль принадлежит именно им. А он, значит, поверил, и сразу направил меня сотрудничать. А я так сразу, дурак, и пошёл. Ой, какой же я тупой... Ведь это враньё, шитое белыми нитками! Причём врут все. И «головоглазы» врут, и Василий Васильевич, и Педро. И Карчмарь?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
