Глава 23
Сидни
Клем: Я люблю тебя, сестренка. Прости. Скажи Оливеру, что мне очень жаль… Клянусь, моя реакция не была направлена именно на него. Позвони мне, когда сможешь.:)
Облегчение, охватившее меня во время прочтения сообщения от сестры, заставляет мою руку так дрожать, что я нечаянно роняю рюмку, и она разбивается о барную стойку.
– Черт, – бормочу я, заслужив обеспокоенный взгляд Бранта и Ребекки.
Всех нас троих включили в расписание на сегодняшний вечер в преддверии предрождественского ажиотажа, но метель, должно быть, распугала потенциальных посетителей. Мы и близко не так заняты, как предсказывал Марко.
– Ты там в порядке, Невилл? – кричит Брант, смешивая «Виски сауэр». Янтарные глаза скользят по швабре, которую я только что схватила. Он снова смотрит на коктейль, как всегда, соблюдая пропорцию. – Ты кажешься нервной.
Выбрасывая осколки стекла в мусорную корзину, я бросаю на него быстрый взгляд.
– Просто много всего происходит. Ты же меня знаешь… Сплошной хаос.
Ребекка вмешивается, протягивая руку за бутылкой «Блю Лейбл», которая стоит больше, чем моя плата за машину.
– Милый хаос.
– Если под «милым» ты подразумеваешь, что мне потребовалось три дня, дабы наконец принять душ, не говоря уже о том, что мои глаза все еще опухшие от слез из-за повторного просмотра «Парень познает мир», тогда круто.
– Черт, – хихикает она, ее зеленоволосая голова качается взад-вперед. – Ты беременна?
Фырканье звучит в ответ ее веселому выражению лица.
– Ага, конечно.
Это невозможно. У меня даже секса не было с тех пор как…
Ух ты, сколько времени прошло? Месяцы? Чертовски много месяцев? Я не следила, но мне кажется, что прошла целая вечность.
А потом у меня трепещет в животе, когда я осознаю, сколько именно времени прошло.
Десять месяцев.
С тех пор, как он вернулся.
Как только приходит осознание, меня охватывает чувство – странная щекотка, шепот на моей быстро нагревающейся коже, как будто кто-то дышит мне в затылок. Это отрывает меня, и мой взгляд устремляется прямо вперед, туда, где стоит Оливер Линч, держа руки в карманах. Его кудрявые волосы растрепаны, а глаза прикованы ко мне.
Я, блин, чувствовала его.
Требуется смущающее количество времени, чтобы заметить Гейба, стоящего рядом с ним и глупо машущего рукой, пока к нему прижалась знакомая брюнетка. Моя рука поднимается в ленивом взмахе, когда я наблюдаю, как они втроем приближаются к бару. Подобный закату взгляд Оливера не отрывается от моего лица с отвисшей челюстью.
Щипок за бедро прерывает мой транс, и Брант усмехается, проходя мимо меня за тряпкой.
– Я повторюсь: нервная.
– Я интересуюсь своим окружением.
Он искоса бросает на меня насмешливый взгляд.
– Похоже, твое окружение столь же заинтересовано тобой.
Я прикусываю губу, когда Оливер встает передо мной. Нежная улыбка расплывается на его губах, ямочки на щеках проступают, взгляд сверкает. Одна только его близость заключает меня в теплые объятия, которых я жаждала всю неделю.
Жадно поглощая его без всяких извинений, я не могу не оценить его слишком обтягивающую сланцево-серую футболку с тремя маленькими пуговицами, расстегнутыми так, что видны светлые волоски на груди. Мышцы на его руках напрягаются, его глаза вспыхивают золотым пламенем, поскольку он реагирует на мое явное внимание к нему. Это похоже на укол адреналина и виски в мою вену. Я тянусь глубоко внутрь себя, чтобы найти свой пропавший голос.
– Оливер… – выдыхаю я самым жалким, тоскующим вздохом. – Что ты здесь делаешь?
Ямочки на щеках расцветают еще больше, когда он усаживается на барный стул, с любопытством оглядываясь по сторонам. Затем он фокусируется на мне.
– Я не смог дождаться завтрашнего дня.
Я пускаю слюни. И это настолько очевидно, что я пускаю слюни. Клянусь, все в клубе пялятся на меня, показывают пальцами, смеются над слюнявой девушкой, которая снова разучилась говорить.
– Перестань пускать слюни. – Слова Ребекки шутливо звучат мне на ухо, так что только я могу их услышать.
Черт побери.
Гейб, наконец, ловит мой взгляд, одна бровь с осуждением приподнята, его рука обнимает свою спутницу. Она поразительно хорошенькая, с тонкими чертами лица, волосами из рекламы шампуней и алебастровой кожей. Ее улыбка вспыхивает ярче, чем клубные огни.
– Это Табита, – представляет Гейб, убирая руку с ее горчичного свитера с открытыми плечами и наклоняясь вперед, опираясь на локти. – Она еще не знает об этом, но я планирую сделать предложение. Свадьба полностью спланирована, настоящая сказка, но я не знаю, какое кольцо выбрать, чтобы заполучить ее. Похожа ли она на девушку, которой подойдет бриллиант с огранкой «принцесса»? Или, может быть, один из тех розово-золотых бриллиантов? Розово-золотой цвет в тренде, верно?
Табита прячет лицо в ладонях, ее тело сотрясается от смеха.
– Видишь ли, это только наше первое свидание, так что я еще не очень хорошо ее знаю. Но у нас вся жизнь впереди, верно? – заканчивает он, подмигивая и игриво подталкивая ее локтем.
Я подпираю подбородок ладонью, мое собственное хихиканье смешивается со смехом Табиты.
– Ты такой дурак, – поддразниваю я, наблюдая, как румянец заливает щечки-яблочки спутницы Гейба, когда она опускает руки. Тогда я понимаю, что это девушка из дела Сводника, а также та, с кем Оливер встречался неделей ранее. Она выглядит застенчивой, немного настороженной, и ее глаза скрывают много тайн. А еще я вижу в них настоящую борьбу.
Они оба мило переглядываются, сияющая улыбка Гейба встречается с большими карими глазами Табиты, ее ресницы трепещут от застенчивого восхищения. В этом определенно что-то есть, и это заставляет мое сердце сжиматься от надежды. Гейб заслуживает этого.
Возможно, это их первое свидание, но я уверена, оно не будет последним.
Тем временем бедняга Оливер изучает меню с напитками так, словно читает введение в хирургию головного мозга. Я скольжу вдоль стойки, решив, что мне следует начать работать, пока мой босс не заметил, что я расслабилась, и не отругал меня.
– Что я могу для тебя сделать, Оливер?
Он откладывает меню, и находит мои небесно-голубые глаза. Кажется, на одно блаженное мгновение у него перехватывает дыхание.
– О, эм, это клубничное творение выглядит довольно аппетитно. К нему прилагается небольшое фруктовое ассорти.
Его глаза сверкают неподдельной радостью. Из-за фруктовой шпажки.
– Боже, я люблю тебя.
Эти три слова слетают с моего языка неожиданно и спонтанно. Груз, который тянет меня на дно, позлащает целиком тело и душу, заставляя задыхаться.
Вздохи, его и мой. И на мгновение я забываю, что мы смотрим друг на друга в переполненном ночном клубе. Музыка затихает, смех, голоса, шум – все это тонет вместе со мной, а потом я
