Реми стояла рядом со Стеном, они оба не сводили глаз со смешного крошечного голубого “дерринжера”. Она выругалась, с ненавистью глядя на Зэйна.
— Откуда у тебя пистолет?
Зэйн взвел курок со злорадной улыбкой, разбивая мне сердце в дребезги.
— Я просто взял его. С твоей стороны было очень мило вооружить свою подругу. У этих пистолетов есть одно хорошее свойство — они убивают людей так же, как любое другое оружие, не правда ли?
Бунтарский вид Реми сказал Зэйну все, что ему нужно было знать.
— Чего ты хочешь? — Голос Реми был опустошенным, ее рука медленно поднималась вверх.
— Ах, ах, непослушный суккуб, — Зэйн цокнул языком, волоча Стэна из номера, не отводя дуло пистолета от его лба. — Не надо прикосновений. Сегодня мне не задурят голову твои снотворные трюки.
Реми сделала выпад вперед, ее рука задела руку вампира и я напряглась, задаваясь вопросом, что сейчас произойдет.
Ничего не произошло, за исключением того, что Зэйн чуть отстранился в сторону от ее не самого блестящего выпада и Реми упала на пол. Он схватил Стена за горло и поднял его в воздух, так что парень стал задыхаться.
— Не хорошо, Реми. Теперь пострадает твой маленький дружок.
Реми смотрела на него со смесью ненависти и шока.
— Я не понимаю…
Зэйн усмехнулся.
— Ой ли?
— Вот дерьмо, — сказала она, поднимаясь с пола. — Ты трахнул ее, да? Боже, эта девушка порой тупее пробки. Ты также глотнул ее крови, не так ли? Ты высосал ее силу и стал временно неуязвим к нашей способности? Я должна была догадаться, что ты используешь ее подобным образом.
Мне тоже следовало догадаться.
Зэйн шикнул, сильнее сжимая горло Стэна. Лицо парня уже начало приобретать фиолетовый оттенок.
— Как не хорошо, Реми. Моя личная жизнь тебя совершенно не касается, и я очень тебе советую не отзываться нелестно о Джекки.
Он защищал меня и предавал одновременно? Какая-то часть меня была польщена, но та, что испугалась, отодвинула эту мысль на задний план.
— Я это сделал только потому, что королеве нужен нимб, а я не собираюсь заставлять Джекки делать то, что она не хочет. — В его глазах затаился собственнический огонек.
О, нет.
Реми усмехнулась.
— Боюсь, что тогда ты зашел в тупик. Лично я не собираюсь ничего для тебя делать.
Даже я могла сказать, что Реми блефует. Ее взгляд был прикован к багровому лицу Стэна.
Зэйн засмеялся и покачал головой, слегка встряхнув обмякшее тело парня.
— Не будешь?
В ответ тишина.
Примерно на пару секунд.
Затем Реми выпалила:
— Ладно, ладно. Только перестань причинять ему боль!
Зэйн отпустил горло Стэна и хлопнул парня по плечу, когда тот с хрипом начал глотать воздух.
— О чем речь, Реми! — “дерринжер” уткнулся в висок Стэна. — Но вы двое идете со мной.
— Куда? — спросила Реми безжизненным голосом. Теперь все ее аргументы закончились.
— Джекки упоминала Амарну. Кажется, она почти нашла для нас нимб. — Еще одна улыбка, не скрывающая клыков.
— Она идет с нами?
Зэйн отрицательно покачал головой, темная прядь упала ему на лоб. Даже в своей подлости, Зэйн оставался потрясающе красивым, и мое сердце разбивалось на осколки снова и снова.
— Боюсь, что она сейчас нездорова.
— Если ты причинил ей боль…
Ах, как приятно, что Рэми наконец-то обеспокоилась моей персоной.
— С какой кстати мне причинять ей боль? — Зэйн казался искренне озадаченным. — Она поймет мою мотивацию, как только остынет. — Он жестом показал Стэну двигаться вперед. — Теперь пойдемте — нас ждет лодка. Не будем заставлять ждать моих людей.
Вот ублюдок! Я вспомнила наш разговор перед тем, как погрузилась в этот неестественный сон.
“— Не знаю, смогу ли я сделать это, Зэйн. Не знаю, смогу ли отдать ей нимб. Ведь если она получит его, это будет на самом деле ужасно, не так ли?
Он погладил мои губы большим пальцем.
— Да. — Последовала длинная пауза, которую никто из нас не спешил прерывать. Затем Зэйн наклонился и поцеловал меня в губы. — Я не стану заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь, Джекки. Никогда”.
Зэйн спасал меня от принятия решения вот таким специфическим образом — и тем самым, подводя под монастырь нас всех. Я изо всех сил пыталась проснуться, но ничего не получалось. Я узнала ощущение глубокого сна без сновидений за мгновение до того, как он накрыл меня, заглушая все остальные мои видения.
Не знаю точно, когда я начала просыпаться. Это было больше похоже на постепенное возвращение к сознанию. Наконец, глаза открылись. Привязанные руки покалывало, в голове пульсировала дикая боль, которая не способствовала хорошему настроению.
Я проверила запястья. Мои отчаянные попытки освободить руки только заставили шелковую ткань еще сильнее затянуться вокруг запястий. Черт побери.
События из сна все еще стояли перед глазами. Малодушная часть меня хотела думать, что это были всего лишь странные сновидения, но рациональная — соединила воедино все события. Суккуб, как правило, не спит, а то что моего бывшего любовника нигде не было видно, сказало мне, что во время сна я на самом деле наблюдала, как он уходит.
Этот ублюдок просто ушел, оставив меня связанной, не так ли? Я попыталась освободить запястья и снова поморщилась, когда боль пронзила руки.
Лежа голой, я перебирала все варианты. Позвать на помощь? Просто переждать? Перегрызть запястья?
— Помоги-и-и-ите! — Заорала я во всю глотку. — Мне нужна помощь в номере 214!
После пятиминутных криков я охрипла и уже хотела было отказаться от дальнейших попыток докричаться, когда раздался стук в дверь.
— Мисс?
Вне себя от счастья, я снова дернула руками, пытаясь освободиться.
— Да! Пожалуйста, зайдите и помогите мне! Я застряла! — Я попыталась подтянуть ногой одно из одеял, скомканных в изножье кровати, чтобы накрыться, но потерпела неудачу.
Дверь открылась, и двое коридорных переступили через порог, их глаза вылезли на лоб при виде обнаженной меня, раскинувшейся на простынях и привязанной к спинке кровати.
Ой-ой. Я начала пересматривать свой план. По ходу, это была не самая лучшая мысль, — подумала я, наблюдая, как в их потемневших глазах удивление сменяется вожделением.
— Привет, ребята, — сказала я, пытаясь сохранить беззаботный тон, несмотря на то, что их глаза пожирали взглядом мою грудь. — Не хотите ли меня развязать?
Под моим взглядом они переглянулись, и моя надежда переросла в страх. Эти взгляды не были похожи на взгляды людей, собирающихся прийти на помощь. Их глаза похотливо заблестели, а физиономии расплылись в сальных улыбках, вызывая у меня озноб.
