– подняла бокал. – Меня можно не кормить. Я уже добрая. Хочешь, чтобы поехала к тебе, едем сейчас.
– Я не могу сейчас. Мне нужно еще задержаться.
– Тогда я еду домой. К себе. Одна. Или не одна, – взболтнула остатки красного вина, – а с кем-нибудь из твоей тусовки.
– Вера, тебя никто не предупреждал, что нельзя дразнить даже прирученного зверя?
Она подняла на него глаза, тут же нарвавшись на острый, как кромка обломанного льда взгляд.
Янис присел на соседнее место, придвинул Веру к себе вместе со стулом и прошептал в самое ухо:
– К тебе даже твой муж не подходит. Думаешь, подойдет кто-то из моей тусовки? Не подойдет. Ни из моей, ни из любой другой. Никто.
Всего несколько слов, сказанных тихим шепотом, но сила их была такова, что ее парализовало. С трудом переводя дыхание, Вера сделала последний глоток и поджала губы, глянув на дно бокала с жалостью:
– Кончилось.
– Еще никогда с такой страстью ты не звала меня в постель. Конечно, мы едем домой. Сейчас.
– Это просто похоть, – прошептала она.
– Меня это вполне устраивает.
Они были уже около машины, когда их нагнал Иван. Янис шагнул к нему, тот что-то сообщил ему, и выражение лица Майера изменилось.
– Езжай. Я приеду чуть позже, – сказал он, открывая дверцу автомобиля. – Молча, Вера!
Глава 30
– Мне было за тебя стыдно, – по дороге домой выговаривала Женя. – Я не понимаю, почему ты так взбесился.
После новости о медицинском центре вечер был испорчен. Андрей не только ей всяких гадостей наговорил, но и с отцом поругался. Женька считала минуты до того счастливого момента, как сможет отправиться домой.
– Правда не понимаешь? Есть мечты, которые не должны исполнятся! Может быть, я когда-то хотел нечто такое, но вы даже не спросили, нужно ли мне это сейчас! Просто поставили перед фактом! Вы головой думали вообще? Это не игрушки! Не билетик в кино, не праздничная вечеринка! Это громадная ответственность! Как будто мало я на себя взвалил, как будто мало меня перед фактом ставили! – Андрей был так ошарашен, что в голове его ничего не крутилось, кроме навязчивого удивления. Он и так последнее время вынужден все принимать как данность: их брак, свой пост, папу. Всю свою новую жизнь – просто как факт, где он сам уже ничего не решает. Однако больше Андрея взбесило, что Женька поддержала бредовую затею отца.
– Отец сделал это лишь по одной причине! – чуть повышенным голосом отозвалась она. – Потому что он твой отец! Потому что любит тебя и хочет, чтобы ты был счастлив!
– Чего-о? – пренебрежительно потянул Андрей. – Любит? – и рассмеялся, громко и язвительно.
– Да именно! Как еще он может это доказать? Ты не думал, что таким образом он хочет искупить свою вину? Сделать то, что не сделал тогда. Восполнить то, что не дал тебе когда-то. Помочь, как должен помогать отец своему сыну.
– Все сказала?
– Не все! – рявкнула Женя, но замолчала, злясь на свое бессилие, что не может достучаться до Андрея. Злясь на него, что он не слышит ее. Этой жгучей злостью она душила слезы, чтобы не расплакаться.
Как он не понимает? У нее ведь ничего нет. Ничего, кроме стараний, настойчивости и отзывчивости. Она только и могла, что поддержать Виктора Олеговича. Что еще она могла сделать для Андрея? И не только для него – для себя тоже. Все это время, пока контактировала с Верой по поводу проекта, ощущала себя нужной. В ее жизни появился смысл, она не чувствовала себя обузой. Но Андрей в одну секунду обесценил ее работу, сделав пустышкой.
Держать в себе не высказанные слова Женя все же не смогла. Когда вошли в квартиру, тут же выдала, не дав мужу и пары минут, чтобы раздеться:
– Все, что я хотела, это оставить в твоей жизни хоть какой-то след. Чтобы ты вспоминал меня не с раздражением, а с теплотой!
– Дольчегабана, ты так говоришь, будто решила руки на себя наложить!
– Ты либо плохо слышишь, либо дурак!
– До такой степени хреново со мной жить?
– Слушай, не надо меня провоцировать. По-моему, это ты весь исстрадался. Знай, я тебя не держу! Ты свободен!
– Это твое решение, – замерев, сказал Андрей.
– Пусть будет так, – дрожащим голосом ответила Женя, чувствуя, как очередной удар сердца, отдался тупой болью в груди. – Если ты не можешь, я это закончу. Давай прекратим этот фарс. Я тебя освобождаю от этого трудного решения. У тебя и так полно дел. Не до придурковатой жены. Завтра же на развод подам, – говорила она тихо.
– Даже подавать не надо, – так же тихо ответил и он, – разведемся так же, как поженились. Тебе и уходить никуда не надо, просто тут останешься, Феде паспорт дашь – и готово. Станешь свободной женщиной.
– Я же говорила, – криво улыбнулась Женя, – тебе только повод нужен был. Квартиру купил, чтобы избавиться от меня.
– Дура! – зло крикнул Андрей, взорвав эту гнетущую, давящую обоих тишину.
– Сам дурак! И дверь за собой захлопни! – крикнула, скрылась в ванной и не выходила оттуда до тех пор, пока не поняла, что в квартире осталась одна.
Не знала, куда поехал Андрей, будет ли разговаривать с отцом сегодня или оставит на завтра. Дожидаться Женя не стала, тут же позвонила Виктору Олеговичу и рассказала ему об их размолвке. Умолчала только о решении разойтись. Несмотря на то, что это будто бы ее инициатива, об этом пусть сынок сообщает.
* * *
– Кофе будешь? – любезно предложил Коваль.
Янис прокашлялся.
– Спасибо, что-то не хочется. Давай лучше к делу, чтобы не тратить ни мое, ни твое время.
– Согласен. Чем могу помочь?
— Мне нужно твое экспертное мнение.
– По вопросу?
– По делу отца. Хочу, чтобы ты посмотрел отчеты. – Янис достал из портфеля потертую папку и положил на стол. – Я буду тебе благодарен, не сомневайся.
– Перестань, – отмахнулся Саша, – не оскорбляй меня.
– Я и не пытался. Благодарность не только деньгами может выражаться. Вдруг тебе понадобится какая-нибудь помощь. Знай, что ты всегда можешь ко мне обратиться. В жизни всякое бывает.
– С этим
