по искусственному дроблению налоговая выдвигает только претензии по контрагентам. Это означает, что судебная практика по таким делам давно сформирована и нам хорошо известен алгоритм, которому следуют налоговые органы. Зная, на что обращает внимание налоговая, мы можем определить, насколько рискует конкретный бизнес.
Рассмотрим критерии, по которым контролеры и суды выявляют бизнес, раздробленный с целью сохранить право на применение специальных режимов.
1. Субъекты группы компаний не самодостаточны, а именно:
– Фактически управляются одними и теми же людьми.
Как налоговые органы это доказывают:
• на допросах берут соответствующие пояснения у сотрудников группы компаний (в том числе бывших сотрудников);
• изымают у контролирующего лица управленческую отчетность всей группы компаний;
• запрашивают у банков данные по удаленному управлению банковскими счетами и выявляют совпадения IP-адресов;
• используют данные, которые появляются у ФНС и контрагентов после сдачи электронной отчетности, и выявляют совпадения IP-адресов;
• приводят тексты и видео с сайта группы компаний и/или из СМИ, в которых указаны основатели и бенефициары бизнеса;
• допрашивают руководителей и учредителей некоторых субъектов группы компаний, выявляют противоречия между их словами и фактическими обстоятельствами либо находят подтверждение их «номинальности»;
• анализируют данные, полученные от банков, и показывают, что цепочки денежных потоков от всех или нескольких субъектов группы компаний ведут к одному и тому же лицу (или нескольким аффилированным лицам).
– Взаимозависимы.
Как налоговые органы это доказывают:
• приводят данные из ЕГРЮЛ о пересечении по участникам и/или руководителям компаний из группы, которые становятся главным свидетельством их аффилированности;
• собирают доказательства косвенной аффилированности:
• фиксируют одинаковые вывески, форму персонала, номера телефонов, единый для всех сайт и фактический адрес;
• фиксируют, что документы субъектов группы компаний хранятся централизованно;
• используют данные, предоставляемые госорганами, и договоры с контрагентами, в которых есть свидетельства о единых представителях;
• описывают единую бизнес-схему работы и логистики, основываясь на представленных договорах и допросах сотрудников;
• берут информацию с сайта группы компаний и/или из СМИ о количестве сотрудников и адресах всех «точек», т. е. субъектов группы компаний;
• собирают доказательства финансовой взаимозависимости, а именно данные бухгалтерского и налогового учетов или представленные договоры, которые подтверждают, что:
• единственным или основным контрагентом одного из субъектов группы компании является другой субъект этой группы;
• внутри группы компаний есть постоянная, периодическая либо крупная задолженность;
• одни субъекты группы финансируют других.
– Используют общие ресурсы.
В качестве доказательств налоговые органы приводят:
• информацию, полученную во время допросов сотрудников, и данные ПФР о ротации кадров внутри группы компаний;
• данные бухгалтерского и налогового учетов или представленных договоров, которые подтверждают, что субъекты группы компаний несут расходы друг за друга;
• данные бухгалтерского и налогового учетов, согласно которым у части субъектов группы компаний нет никакой материально-технической базы (основных средств, сотрудников и т. д.);
• данные бухгалтерского и налогового учетов или представленных договоров, которые свидетельствуют о наличии общих поставщиков и покупателей.
2. Показатели, определяющие право применения специального налогового режима (УСН, патент), близки к предельным значениям или находятся в «буферной зоне».
Компания или ИП может применять упрощенную или патентную систему налогообложения, если не превышает установленных лимитов по доходам и численности сотрудников[2]. Следовательно, когда бизнес включает компании, каждая из которых почти достигла этих лимитов, это становится дополнительным доводом в пользу того, что он раздроблен искусственно (наряду с доводами о взаимозависимости субъектов в группе и перераспределении доходной части между компаниями). Для налоговых органов приближение налогоплательщика к предельным значениям выступает «триггером», привлекающим дополнительное внимание в части контроля, появляется намерение проверить в том числе на предмет наличия искусственного дробления бизнеса. В качестве доказательств налоговые органы могут использовать бухгалтерскую и налоговую отчетности, а также историю открытий и закрытий компаний в группе.
3. Субъекты группы компаний осуществляют один и тот же вид деятельности либо между ними «разбит» единый бизнес-процесс.
Чтобы доказать это, налоговые органы могут использовать данные ЕГРЮЛ, делать контрольные закупки и допрашивать сотрудников.
Кроме того, контролеры и суды определяют, что бизнес был раздроблен с целью разделить потоки с НДС и потоки без НДС, если в группе компаний есть:
• субъекты на ОСНО и субъекты, применяющие спецрежим, которые ведут аналогичный (или даже идентичный) вид деятельности;
• система «одного окна», когда запрос поступает в группу компаний и в дальнейшем распределяется между субъектами в зависимости от системы налогообложения.
Чтобы доказать наличие «одного окна», налоговые органы могут сделать контрольную закупку, а также использовать информацию с сайта группы компаний и/или из СМИ о том, что товар продается как с НДС, так и без него.
Важно отметить, что какого-то одного критерия недостаточно, чтобы доказать факт искусственного дробления бизнеса. На это, в частности, указывал Верховный суд РФ. По этой причине контролеры используют критерии в совокупности. А решение о том, был ли бизнес раздроблен искусственно, принимает суд, выслушав доводы обеих сторон.
ВЕДЯ БИЗНЕС ОТ НЕСКОЛЬКИХ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ, ОЦЕНИТЕ СВОИ РИСКИ НА ПРЕДМЕТ ДРОБЛЕНИЯ. СКОРРЕКТИРУЙТЕ, НАСКОЛЬКО ЭТО ВОЗМОЖНО, ДАННЫЕ ПО ПРОШЛЫМ ПЕРИОДАМ И В БУДУЩЕМ СТАРАЙТЕСЬ НЕ ДОПУСКАТЬ МОМЕНТОВ, КОТОРЫЕ МОГУТ СЫГРАТЬ НЕ В ВАШУ ПОЛЬЗУ.
Переход на новую бизнес-модель, которая обеспечит защиту от налоговых претензий и даст базис для эффективного развития
Тренды таковы:
• Государство продолжает усиливать контроль. В частности, активно совершенствуется система налогового контроля. (Это уже привело к высокой прозрачности работы компаний, поэтому применять схемы по оптимизации НДС стало крайне опасно, а искусственно дробить бизнес – очень рискованно.)
• Глобальная цифровизация усиливает тренд на «обеление» и прозрачность.
• Суд все чаще встает на сторону налоговых органов. Как следствие, компаниям все реже удается избежать серьезных доначислений, если они стали объектами налоговой проверки.
• По-прежнему встречаются случаи недобросовестной конкуренции, когда, стремясь очистить либо полностью захватить рынок, атакуют неугодных его участников, в частности, бьют по незакрытым налоговым брешам.
Нередко положение компаний усугубляют старые проблемы в части уплаты налогов и постоянный недостаток оборотных средств – проще говоря, банальная нехватка денег, из-за которой приходится задерживать платежи. Поднимать цены на товары и услуги ни к чему хорошему не приведет: есть рынок, спрос, ценовая политика конкурентов, в конце концов. Ликвидировать компанию каждые два-три года и открывать новую тоже не вариант: заказчики и банки требуют опыт и историю, да и по самой ликвидации возникает много вопросов.
В этих условиях предприниматели часто не понимают, как работать корректно с точки зрения налогового законодательства
