— Нет, но смотреть на то, как ты окучиваешь мою девушку не стану.
— Так она уже твоя девушка? Что вдруг изменилось? — недоумевающе разводит руками. — Каких-то пять минут назад ты оказывался от неё. Орал, как полоумный, что она всё портит вокруг!
— Это было порывом! Минутным, — тяжело вздыхаю, опершись руками о раковину. Я склоняю голову, боюсь увидеть в отражении глаз брата, каким я стал размазней. — Я, кажется, влюбился, Даниэль...
Повисает молчание. Если он сейчас же ничего не скажет, то я точно вмажу ему. Вмажу за то, чего он ещё не сделал.
— О, извини. Я правда не думал, что всё так запущено, — серьёзен он как никогда. — Тогда, конечно, я умываю руки, — ободряюще хлопает меня по плечу. — Иди к ней, брат. Дальше я сам всё доделаю.
Но меня останавливает трель телефона. Как только вижу имя звонившего, появляется непреодолимое желание смыть телефон в унитазе, так же как и её саму.
— Слушаю тебя, Меган! — рявкаю в трубку.
— Дорогой, тут такое дело... Моя машинка заглохла прямо вблизи твоего дома.
Ненавижу её прокуренный голос.
— Так позвони Генриху!
— Я бы с радость, но он не отвечает, — ноет она, чем действует мне на нервы.
— Тогда позвони в службу техпомощи!
— У них большая очередь!
Как же ты меня достала!
— Хорошо, скоро буду, — нехотя отвечаю и бросаю трубку.
Брат смотрит на меня с нескрываемым укором, сложив руки на груди.
— Завязывал ты бы с этой сукой, — предостерегает Даниэль.
— У нас с ней давно уже нет ничего общего.
— Только не наломай с ней дров, прошу тебя.
— Она мне неинтересна уже семь лет как..
И это правда...
Семь лет назад я встречался с Меган, а Даниэль на тот момент так же повстречал свою любовь и так совпало, что это оказалась лучшая подруга Меган. Именно поэтому мне пришлось отказаться от неё, чтобы дать возможность брату жить полноценной жизнью с Николь. Ведь я привык к тому, что меня не существует. Это было моё желание, которое Даниэль оспорить не мог.
Я восемнадцать лет прожил чужой жизнью. Это была вынужденная мера. Наш отец был очень влиятельным человеком. Когда мать забеременела от него, тот повстречал свою истинную любовь, если выражаться мамиными словами...
Отец отказался от неё, но не желал отказываться от ребёнка, так как знал, что они ждут наследника. Вот только она скрыла от него тот факт, что нас было двое. Мама боялась, что отец отнимет у неё нас обоих... Так бы и случилось, если бы она не пошла на одну маленькую хитрость.
Как только мать родила, отец отнял у неё Даниэля, а моё рождение удалось скрыть. Так я остался жить с матерью, вот только официально меня не существовало. Мать не стала рисковать.
Я долгое время был никем, но тем не менее нисколько не жаловался. Я развивался, обучался, читал книги, изучал программирование, дизайн, экономику и бизнес планирование. Я верил, что однажды мне это пригодится. И я не ошибся.
Мой отец умер, и Даниэль бросился на поиски своей родной матери. Так он нашёл и меня. Он так вдохновился моей историей, что сам захотел жить подобным образом. Даниэль решил отказаться от полноценной жизни, предоставив мне своё имя и всё, что у него на тот момент было. Я стал им, но он тем не менее не перестал существовать. У нас были одни и те же шрамы, нам нравились одни те же девушки... Просто нас было двое, и об этом знают только мать, моя сестра и Стивен.
Казалось бы, такой жизнью легче жить... Всё успеваешь, две головы хорошо, но нет. Такая жизнь оказалась невыносимо трудной. Но ничего было уже не исправить... Даниэль был против. Даже то, что он влюбился в девушку не изменило его мнения. Он хотел семью, но на тот момент узнал, что бесплоден... И тогда он предложил мне безумную идею... после которой его девушка забеременела.
Он был счастлив, однако счастье продлилось недолго. Николь погибла. Тогда мы поняли, что заигрались... И по сей день ничего не изменилось...
Наша жизнь — игра, меняются в ней лишь персонажи... Когда на задний план ухожу я, выходит Даниэль, и наоборот... Но на сей раз я не хочу играть. Я действительно влюбился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Александра — надежда на то, что я могу начать свою жизнь с чистого листа, но я боюсь всё испортить, признавшись ей. Это была моя идея, это была моя игра, но я в очередной раз заигрался... Я не думал, что все карты спутает дурацкая влюблённость...
Мой брат болен. Он устал от такой жизни и осознанно отказался от лечения. Он верит, что после его смерти я смогу жить той жизнью, о которой мечтал. Смогу жить и не бояться быть разоблачённым.
Даниэль дарит мне свою жизнь, и это его последнее желание... Почувствовать себя счастливым...
И что я могу сделать? Он даёт мне жизнь после своей смерти, я предоставлю ему шанс счастливо умереть... но смотреть на то, как он будет счастлив с Сашей я не могу...
В моей жизни и без того было слишком много «но».
Эпилог
— Милый, а у тебя есть эта волшебная таблеточка от укачивания? — спрашиваю я, прильнув к крепкой обнажённой груди.
— Ещё рано! Мы же даже не ступили на борт, а тебя уже укачивает? — журит он меня, нежно поглаживая спинку, которая успела обгореть на беспощадном солнце за каких-то полчаса.
Я выпячиваю губы и делаю жалостливый взгляд. Точно знаю, что на него это подействует.
— Но мне так проще.
— Ага, проще! Она слопала уже весь запас этих таблеток, — как некстати встревает Изи. — Я, знаешь ли, тоже беременна! Хоть бы одну мне оставила. Знала же, что мы сегодня выходим в океан!
— Они правда очень помогают от постоянной тошноты, — смеюсь я, вспомнив, как мы выходили в океан в последний раз. Так я умудрилась прихватить с собой целую горсть, а потом лопала их как карамельки целый день.
— Не нужно так наглеть! — шлёпает меня по заду Изи.
— Эй, руки прочь! — кричит ей Марк. — Ник, присмотри за своей бешеной беременной женщиной. Она начала распускать руки.
— Хорошо! А ты пригляди за своей бешенной беременной женщиной. Она слопала уже весь запас хот-догов!
Чёрт. Это правда! Так и разнесёт ещё не дай бог.
Хоть пока мой животик не особо виден, порой всё же я ощущаю себя каракатицей. Но боже, как я тащусь от того, что всё именно так, как есть...
Эта чрезвычайная лёгкость, что сейчас окружает меня и Марка...
Как только мы уехали из Штатов, всё кардинально изменилось, и я нисколько не сожалею, что пришлось оставить всё. Мне и оставлять особо ничего не пришлось. Ник и Изи поехали с нами, а вот Марку...
Марк отказался от всего. Он отдал Штатам казино «Вульф Коулман», передарил свой дом жене Стивена. Марк смирился со смертью брата, но во смерти Стивена винит только себя. Он был отличным человеком. Сейчас Марку его очень не хватает. Я узнала, что они были друзьями и лишь на людях Стивену приходилось играть роль верного телохранителя, так как никто не знал, что помимо Даниэля, существует ещё и Марк.
Но справедливость восторжествовала. Тот, кто учинил всё это, поплатился и сейчас отбывает пожизненное наказание. Долго же придётся им сидеть.
Оказывается, тем человеком, кто вытащил меня из казино, был именно Марк. Мой спаситель. Это он спас меня в тот день. Это благодаря ему Роб, Меган и ещё кучка придурков, сейчас несут наказание за содеянное.
Это он упрятал меня в психушку. Но только лишь для того, чтобы я не сделала ничего с собой, пока он готовил нам укромное место в Австралии. И это он узнал от врачей о моей беременности раньше, чем я сама...
— Как знал, что это плохая идея.
— Что именно?
— Звать с собой на прогулку мою сестру. Я могу вытерпеть упрёки одной беременной, но две на один квадратный метр — это слишком.
Знаю, что он шутит, но я просто обожаю подкалывать его.
— Да что ты, мистер Коулман? Будешь причитать, я выброшу тебя за борт, — чмокаю его в нос.
— Сделаешь это, тогда будешь наказана одним желанием, — осыпает моё лицо мягкими поцелуями.
— М-мм... а это интересно даже, — поигрываю бровями и облизываю свои губы. — Я готова хоть сейчас что-нибудь исполнить.
