— Что, черт побери, ты здесь делаешь? — Нил, наконец, заметил, что патроны кончились, и отполз назад за новыми.
— Спасаю твою шкуру! — Она выстрелила в сторону большого кустарника.
— О да! Конечно! — он взял горсть пуль и зарядил ружье.
— Если мы собираемся жить вместе, Нил Блейд, то тебе придется следить за собой и не ввязываться в подобные переделки. А то я как-нибудь не успею вовремя, чтобы в очередной раз помочь тебе.
Юноша рассмеялся. Да, она права: не очень-то хорошо умеет он защищать себя. Нил сказал:
— У тебя грязь на лице.
— Посмотрел бы ты на себя — тоже весь в пыли.
Девушке было очень приятно, что он смотрел на нее. Как счастлива она была, потому что любила!
— Надеюсь, ты захватила с собой патроны?
— Конечно. Кажется, они пригодятся в любом месте, куда бы мы с тобой ни отправились.
— Передай их мне — я свои давно истратил.
— Благодарю тебя за это, Нил. Сидящие в засаде негодяи упорно преследовали меня, стреляли, пока ты не отвлек их.
На вершине холма, приблизительно в четверти мили отсюда, верхом на лошади сидел шериф Андерсен и в полевой бинокль наблюдал за событиями, развивающимися у холма. За его спиной, тоже верхом, сидел Джо, едва сдерживающий нетерпение.
— Это Кэт Стюарт и ее друг. Они сидят внизу, как подсадные утки, — Андерсен повернул бинокль в сторону, где прятались виновники стрельбы и переполоха.
— Его зовут Нил Блейд, — Джо никак не мог понять, чего ждет блюститель закона. Сам он уже давно готов был спуститься и броситься на помощь. Но шериф, видимо, не торопился.
— Верно. Я плохо вижу этих ребят. Но мне кажется, я узнаю эту рябую лошадь. Она очень похожа на ту, на которой обычно ездит бродяга по имени Денвити. Я знаю его как дешевого и хвастливого картежника.
— Вы его видели вместе с Недом Ворреном?
— Нет, не могу сказать. А почему ты спрашиваешь?
— Воррен и его трое или четверо отвратительного вида подручных бродили в окрестностях поместья Стюартов несколько дней.
— Почему?
— Мы поговорим об этом после, когда схватим этих парней.
Лошадь Джо уже двинулась вниз по склону холма. Если захочет, шериф может последовать за ним.
— Несомненно, мы продолжим разговор, — Андерсен тоже тронул свою лошадь вперед.
Через некоторое время выстрелы прекратились. Как только Клэнви, Эриксон и Денвити увидели шерифа, галопом направляющегося к ним, они тут же оставили свое развлечение и бросились к лошадям. Но бедные животные, обезумевшие от грохота выстрелов и едкого дыма, рвались с привязи, вставая на дыбы и описывая круги на месте, старались вырваться и убежать.
Бандитов было только трое. Воррен отправился в Таксон, так как устал от компании идиотов и нуждался в нормальном общении. Своих дружков он специально оставил следить за поместьем Джона Стюарта. Он сумел убедить их, что Кэт и один из ее работников нашли сейф на прииске и спрятали его в другом месте, намереваясь присвоить похищенные деньги. Воррен также дал им понять, что, возможно, Кэт вызвала шерифа.
Не отличающаяся особой сообразительностью троица легко поверила в эту версию, особенно когда собственными глазами увидела, что Кэт и ее друзья на свободе. К тому же Андерсен действительно осматривал окрестности, а может, и искал их. Любое другое объяснение требовало напряжения ума и размышлений, на которые ни один из трех не был способен.
На этот раз им, однако, не удалось убежать. В другой более удачный день и с другими лошадьми, более надежными, негодяи оставили бы далеко позади и Джо, и Андерсена. Но сегодня фортуна отвернулась от них, и хотя бандитам в конце концов удалось поймать лошадей и оторваться от преследователей на расстояние выстрела, далеко они все же не смогли уйти.
— Я хочу, чтобы ты помог мне доставить этих троих в Тотал Рек, — обратился шериф к Джо, когда перепуганные головорезы сидели перед ним с поднятыми вверх руками.
— Я не очень-то популярен здесь, — ответил индеец. — К тому же у меня есть свои дела.
— Сделаешь их позже. Женщина может и подождать.
Нельзя было рассказать Андерсену о Джоне, поэтому апач позволил думать, что в этом деле замешана женщина.
— Я не собираюсь там задерживаться, только запру птичек. Если у тебя настоящая женщина и ты с ней хорошо обращаешься, она поймет тебя.
Джо ничего не оставалось делать, как поехать. Он переживал из-за того, что не смог отнести Джону вовремя еду и тот сидел голодный. Но в то же время никак нельзя было вызывать подозрения у Андерсена.
— Решайся. Эй, ты, Денвити! Держи руки на виду!
Ни о чем не говоря больше, они отправились в Тотал Рек. Джо и благодарил Бога и проклинал судьбу за то, что столкнулся с шерифом. Он ума не мог приложить, почему эта троица с куриными мозгами напала на Кэт и Нила.
А в это время у подножия холма Кэт и Нил прятались за камнями в ожидании очередной атаки. Но через несколько минут они, наконец, поняли, что никого больше нет, так как их противник не подавал никаких признаков жизни.
Затем увидели двух человек, верхом на лошадях спускающихся с восточного склона холма и направляющихся в сторону засады. По стрельбе и отчаянным крикам было понятно, что нападавших застали врасплох. Затем все стихло. Но молодые люди не торопились покидать свое укрытие. В такой непредсказуемой ситуации оно обеспечивало более надежную защиту, чем покрытая травой ровная местность. Они выжидали.
Невдалеке показался койот, бегущий по следу кролика, небольшого, но выглядевшего очень аппетитно. Кролик прыгнул в щель между скал и оставил койота без обеда.
В этот момент Нил посмотрел на Кэт и увидел, что девушка не сводит с него глаз. Опасность миновала, и на смену страху пришло желание, искреннее и горячее.
Без слов Нил притянул девушку к себе. Пробудившаяся страсть была настолько сильной, что Нила стала бить дрожь, едва он прикоснулся к ней. Рассудительность, осторожность и стеснение отошли на второй план. Поцелуй длился бесконечно долго, пока хватило дыхания. Но этого было недостаточно.
Они сбросили с себя одежду, постелили ее на землю и тихо опустились на жесткое ложе. Они слились в неистовстве. Никогда раньше ни один из них не испытывал такого безумного наслаждения, такой всепоглощающей страсти.
В стороне от них на плоском камне расположилась сонная ящерица, пригревшаяся на солнце. Нежный легкий ветерок охлаждал ее морщинистую бугристую кожу.
Нил тоже ощущал ласкающие прикосновения этого игривого ветерка, но все затмевалось безмерной радостью и счастьем быть с любимой. Он не мог шевельнуться, он грезил, он возносился к облакам. Уткнувшись лицом в шею девушки, Нил ждал, когда биение сердца станет ровным и чувства немного успокоятся.
