Исследователи Дельгун и Хансен отмечали, что внушение чувства сытости прекращает секрецию сока. При внушении, что съедена белковая пища, они наблюдали увеличение содержания пепсина и трипсина, липазы — жировой и диастазы — углеводной, равно как и высокую переваривающую силу выделяющегося на внушение пищи сока (Delhougne, Hansen, 1927).
К указанным экспериментам следует добавить опыты Лекхардта и Джонстона в отношении поджелудочной железы. Они показали, что в зависимости от характера внушенной пищи наступали соответствующие изменения в содержании секрета поджелудочной железы. При внушении мясной пищи обнаружили трипсин, углеводной — диастазу, жировой — липазу. Проведя рентгенологические исследования, известный гипнолог Петр Иванович Буль (1968) обнаружил изменения формы и положения желудка при внушении чувства голода и сытости, формы желчного пузыря — после внушения, что съедена жирная пища (Буль, 1974). Директор психофизиологической лаборатории Сорбонны А. Бине и его постоянный напарник по гипносуггестивным экспериментам невропатолог Ш. Фере сообщают о примечательном опыте. Утром в 9 часов они внушили испытуемому, что время — 14 часов. При этом известии он почувствовал сильный голод. Далее ему внушают, что на уголке стола находится тарелка с пирожками, съев которые он утолит голод. Через пять минут нет ни голода, ни аппетита (Вине, Фере, 1890). Доктор Дебове вызывал внушением потерю аппетита. Один из испытуемых 14 дней не принимал никакой пищи и при этом чувствовал себя комфортно. О том, что внушением можно удовлетворить голод и жажду, указывал в XVIII веке французский врач Филазьер. Д-ру П. О. Щеглову удавалось подавлять чувство голода и вызывать чувство сытости или же, наоборот, после действительно сытного обеда вызывать ощущение голода, которое сопровождалось изменением содержания лейкоцитов в крови. Рентгеноскопические исследования показали, что при внушении чувства сытости или голода мышечный тонус желудка меняется: при чувстве голода желудок имеет резко выраженную перистальтику, тонус повышается, а его нижний полюс поднимается значительно кверху; внушение чувства сытости сопровождается опущением желудка, он переходит в состояние гипотонии, расширяется (Щеглов, 1930).
Д-р Глазер опубликовал результаты своих исследований: влияние мысленного и реального приема пищи на морфологию крови. При этом он обнаружил тождество колебаний количества белых телец, что доказывает самостоятельное существование так называемого алиментарного лейкоцитоза и возможность появления его под влиянием психического воздействия (Glaser, 1924). Проведенные исследования показывают, что словесным раздражителем можно воздействовать на нервный аппарат, регулирующий состояние сытости и голода. Подтверждается реальность давно известной истины: влиять на аппетит психическим путем можно.
Приступая к следующему аспекту психологической регуляции, углеводному обмену, заметим, что мы не ставим перед собой задачу дать анализ внушения каждой функции организма, наша цель скромнее: демонстрация разнообразия картин такого воздействия. Например, гипносуггестия опровергает пословицу, утверждающую: «Сколько ни говори халва, во рту слаще не будет». Н. Д. Ершова и М. Н. Ксенократова обследовали 17 испытуемых и обнаружили, что внушение: «Даю сахар!» — повлекло за собой появление сахара в моче (Ершова, Ксенократова, 1935, с. 11–12), повышение уровня сахара крови (Долин, Минкер-Богданова, Поворинский, 1934).
Установлено, что регуляция уровня сахара и других веществ в крови осуществляется при участии центральной нервной системы. Опыты А. О. Долина, Е. Г. Минкер-Богданова, Ю. А. Поворинского, Е. С. Косякова с больными диабетом показали, что гипносуггестия может вызвать падение сахара в моче и крови. Это неопровержимо свидетельствует, что на ЦНС можно воздействовать внушением в гипносомнамбулизме.
Немецкие исследователи Эньер и Браух провели опыты с диабетиками. Стоило им внушить больным, что количество сахара в моче и крови у них падает, как сахар понизился. Гигон и Айгнер внушением: «Уровень сахара в крови снижается» — получили падение сахара на 10–25 %. В другом опыте падение достигло 50 %, а также было заметно его выделение с мочой. Эти опыты заставляют задуматься о роли психогенного фактора в развитии сахарного диабета. То же самое можно сказать об астме и других заболеваниях. Вообще говоря, трудно найти область, которую не затрагивало бы внушение в гипносомнамбулизме. Особое место в этом ряду занимают эмоции.
Первым систематическим исследованием внушенных в сомнамбулизме эмоциональных состояний мы обязаны французскому психоневрологу и нейроморфологу из госпиталя Шаритэ Жюлю Бернару Люису (Jules Bernard buys, 1828–1897). Этот первоклассный ученый и редактор престижного научного ежемесячного журнала[111] одно время занимался несерьезным делом: передачей на расстоянии с помощью намагниченного железного обруча различных невропатических состояний от одного пациента, находящегося в состоянии бодрствования, другому, находящемуся под гипнозом, а также воздействовал лекарствами на расстоянии. Результаты своих наблюдений он обобщил в монографии «Экспериментальный сомнамбулизм…» (Luys, 1890).
Влияние внушенных в гипносомнамбулизме положительных и отрицательных эмоций изучали В. М. Бехтерев (1905, с. 276–280), В. В. Срезневский (1926). А. Ф. Лазурский отмечал, что метод внушения эмоциональных состояний пригоден для исследования эмоций и их вегетативных проявлений. Подобно Бехтереву, Лазурский экспериментально доказал, что при внушении различных эмоций соответственно изменяются ритм дыхания, пульс и сердцебиение. Особенно сильное влияние обнаруживается при внушении страха и гнева. Он отмечал, что пульс и дыхание реагируют «возбуждающим образом» независимо от того, какая эмоция была внушена испытуемому (Лазурский, 1900А, с. 331–349).
Эти исследования были развиты благодаря появившейся аппаратуре К. И. Платоновым, который, моделируя различные эмоциональные состояния у сомнамбул, изменял качество и количество желудочного сока: положительные эмоции увеличивали количество сока на 300–500 % и улучшали его, а отрицательные ухудшали, снижая количество на 200–700 %, вплоть до исчезновения свободной соляной кислоты. Такое же действие производило внушение вкусной и безвкусной пищи (Платонов, 1926).
Австрийские исследователи Хейлиг и Хофф из венской клиники О. Каудерса исследовали влияние внушения на деятельность почек. В результате они отметили, что при внушении положительных эмоций ускоряется диурез, понижается выделение фосфатов и хлористого натрия, причем при длительном переживании этих эмоций исследуемые обычно прибавляют в весе. При внушении отрицательных эмоций (страх, огорчение) количество выделяемой мочи повышается, значительно увеличивается выделение хлористого натрия и фосфатов, в итоге — потеря веса. К тому же рентгеноскопическое исследование показало, что при внушении чувства ужаса желудок принимает форму улитки и резко подтягивается кверху, эвакуация в одних случаях резко увеличивается, в других совершенно прекращается (Heilieg, Hoff, 1928).
По данным Н. Н. Тимофеева, при внушении приятных эмоций артериальное давление снижалось на 20 мм, пульс замедлялся на 8 ударов; при внушении обратного порядка давление повышалось на 10 мм, пульс учащался с 65 до 120 ударов, лейкоциты возрастали с 2200 до 4000 (Тимофеев, 1938). В опытах австрийского исследователя из венской клиники Каудерса Хейера под влиянием четырехчасового переживания страха у пациента повысилось количество фосфатов в моче на 115 %, а также повысилось содержание ионов кальция в сыворотке крови (Неуег, 1925).
Киевский психоневролог В. М. Гаккебуш (1881–1931), внушая чувство страха, наблюдал через 45–60 минут увеличение уровня сахара в моче и в крови (Гаккебуш, 1926). Основной обмен оказался также небезразличен к эмоциональным перепадам: при внушении положительных эмоций он возрастал на 7,5 % (Grafe, Mayer, 1925), при страхе — до 26 % (Deutsch und Kauff, 1923).
Саратовский дерматолог-венеролог Анатолий Иоасифович Картамышев (1897–1973) обнаружил, что психические переживания влияют на содержание сахара в коже больных. В гипносомнамбулизме возникает тенденция к снижению количества лейкоцитов в периферической крови. При внушении в гипносомнамбулизме отрицательных эмоций количество лейкоцитов увеличивается (Картамышев, 1941, с. 112–114).
А. И. Маренина установила, что объективными признаками внушенных эмоциональных состояний могут служить биопотенциалы коры головного мозга, записанные при внушенных сновидениях, вызывающих переживание положительных пли отрицательных эмоций. Энцефалографические исследования достаточно демонстративно определяют различия в характере биотоков мозга в бодрствующем состоянии, в гипносомнамбулизме и при внушении неприятных сновидений, сопровождающихся чувством страха (Маренина, 1952, с. 132; 1952 а, с. 2; 1956, с. 299).
