кивнула и сосредоточилась. Подобного рода поисковых чар мне ещё не приходилось использовать, но всё когда-нибудь случается в первый раз.
Поэтому достала из сапога припрятанный там нож и полоснула им по своему запястью. Наблюдая, за хлынувшей из открытой раны струйкой крови, забубнила заклинание зова крови.
Время шло, а я кроме неприятно жалящей и дергающей боли в запястье ничего не чувствовала.
Желание зажать рану рукой в какой-то момент стало почти непреодолимым, но я знала, что, если капля крови, скрепляющая контракт и отзовётся, то только на живую, ручейком вытекающую из раны кровь. И потому продолжала терпеть жгучую боль в неприятно пульсирующей и подергивающейся руке и… ждать.
И ждала. А ещё слушала. Однако не удары своего сердца. А звон капе́ли…
Я слушала звук, который издавали капли крови, стекающие с моего запястья на пол архива. Кап. Кап. Кап. Кап. Кап.
Много, очень много капель спустя я, наконец-то, всё-таки почувствовала зов.
Это было нечто среднее между чувством голода и томлением сердца. С той большой разницей, что этот зов вёл не на кухню или к любимому, а к одному из шкафов, затерянному во тьме бесконечного туннеля.
Шла долго. Пока шла, осознала, как мне повезло, что кровь печати отозвалась раньше, чем я истекла кровью до бессознательного состояния. Ведь пятьсот лет не шутка. Такая древняя печать и на зов крови того, по чьим венам прежде текла, не сразу отозвалась бы. А в моем случае, учитывая то, что я всего лишь пользуюсь телом Варвары… В общем, мне крупно повезло.
Подойдя к нужному мне шкафу, для верности почти вплотную приблизила ладонь к корешку нужного мне фолианта. Воздух ответил мне слабым покалыванием. И на душу снизошла уверенность — это то, что я ищу.
Хронологический порядок, царивший в архиве Его Адовства, обернулся ещё одной удачей: оба искомых контракта располагались рядом.
Вот, правда, грифу РДАДО от этого легче не стало. Он, бедняга, когда закончил с обезвреживанием охранных заклинаний на втором контракте, уже еле дышал.
Глава 28
Гриф птица не маленькая, поэтому Жульен недолго думая, перекинул своего обессиленного пернатого товарища через плечо. Одной рукой он удерживал птичьи лапы, во второй сжимал шпагу.
Намёк был понятен без слов. Уходим. Я подняла с пола и прижала к сердцу контракт мужа. Он подхватил на руки контракты Яги Пантелеевны и Кощея Бессмертного. Выскользнули из архива. Жульен следовал за нами неотступной тенью.
— Спасибо, конечно, друг, что не бросил, но в таком положении меня му-ууутит! — жалобно заныл гриф, голова которого по причине длинной шеи не просто болталась из стороны в сторону, а методично каждый раз, когда Жульен делал очередной шаг, шлепалась о его мягкое место.
— По-другому никак, мне нужна хотя бы одна свободная рука, — тоном, мне тоже удовольствия мало, но терплю же, парировал друг.
— Рука ему нужна свободная! А мне жизнь моя не нужна, что ли?! — ни разу не счёл озвученную причину уважительной гриф. — А, если я возьму и умру от кровоизлияния в мозг? — поинтересовался пернатый обижено. И тут же жалобно добавил: — Жу-уууль, ну ты же мне дру-ууууг! Так я тебя как друга и прошу, — при этом голос у пернатого манипулятора был ни дать ни взять умирающий. — Не позволь мне умереть, видя перед собой пусть и дружественную, но всё же задницу!
Жульен тяжело вздохнул. И вздох этот ясно сказал, что «умирающий» своего добился. Поправочка. Почти добился. Потому что Жульен вдруг повернулся к нам и произнес практически одними губами: — Бездна всё подери! Кто-то идёт!
И в тот же момент мы услышали где-то впереди едва различимый шорох. Настолько тихий, что его вполне можно было бы принять за звук прошмыгнувшей из угла в угол мыши.
Махнув рукой, Рауль указал на приоткрытую дверь одной из комнат, расположенной чуть дальше от нас по коридору. Я и Жульен без дополнительных объяснений догадались, что он предлагает нам спрятаться, дабы избежать встречи с тем или теми, кто направлялся в данный момент в нашу сторону.
Я и Рауль проскользнули в щель двери первыми, Жульен, как и обычно вслед за нами, затирая наши следы. Гриф, который висел у него за спиной, из последних сил запечатал дверь.
— Ну и где же они? — уже в следующее же мгновения донёсся до нас голос. — Я определенно кого-то слышал…
— Я тоже! — подтвердил собеседник и подёргал ручку именно той двери, за которой мы спрятались. — Закрыто!
— Закрытая дверь не значит, что за ней никто не притаился, — заметил второй. — Нам нужен ключ!
— Не ключ, а ключи! — наставительно возразил первый голос второму. — Нам нужны ключи от всех дверей в этом коридоре!
— Ну тогда нам нужны не ключи, а гончие! — со столь же наставительными интонациями в голосе, что и у собеседника парировал второй голос.
— Ты прав, с гончими и быстрее и надёжнее! — миролюбиво согласился первый. — Ибо в нашей работе всегда лучше перебдеть, чем недобдеть!
— Фуу-ууух! Пронесло… — облегченно выдохнул Жульен, как только затихли удаляющиеся шаги охранников. — Гончие нас не учуют, — объяснил он нам и дабы совсем уже нас успокоить, добавил. — Слово даю!
Агенты службы безопасности сказали. Агенты службы безопасности сделали. Прошло всего несколько коротких мгновений и в ноздри ударила знакомая серная вонь, ясно различимая даже сквозь плотно закрытую и опечатанную защитными заклинаниями дверь.
— Адские гончие уже здесь, — констатировала я обеспокоенно, несмотря на заверения Жульена.
— Адские гончие ни разу не проблема! — ещё раз уверенно заверил он. — Проблема вот эта паника, которая поднялась. Слышите, что творится? — спросил воин света, имея в виду, по-видимому, топот за дверью. — Они теперь пока не прочешут все коридоры, не успокоятся!
— Прооостиии… друг! — вздохнул за его спиной гриф.
— Да ладно, — махнул рукой Жульен. — Не бери в голову!
— Я бы и рад, — вздохнул пернатый. — Но, понимаешь ли, сложно не брать в голову, когда висишь вниз головой!
— Ну ты и язва, РДАДО! — Маркиз снял грифа с плеча. — Так лучше?!
— Намного! — блаженно протянул гриф.
Спустя некоторое время после того как топот за дверями оккупированной нами комнаты окончательно затих, Рауль нетерпеливо метавшийся всё это время взад-вперед, как лев в клетке, внёс предложение: — Может, сделаем попытку прорваться?
— Если тебе надоело жить, то можешь, конечно, попытаться! — проворчал гриф. — Неужели тебе не ясно, глупое Высочество, что гончие учуют тебя, едва только ты нос высунешь из этой комнаты! — фыркнул пернатый.
Рауль испепелил ехидную птицу взглядом, но ничего не возразил.
— Да уж, если нас поймают с тремя контрактами, да ещё и грифом РДАДО,
