«Тебе так нравится?» — спросила она мысленно.
«Господи, да. Ты такая милая. Ты…»
— Постой! — Он попытался сесть.
Она отпустила его и причмокнула.
— Хм, вкус как у цыпленка.
— Это не смешно. Ты в облике вампира сексом не занималась, нет? И даже не знаешь, чего ожидать?
Она потерлась о него щекой и поцеловала.
— Я надеюсь хорошо провести время. Я буду нежна.
— Но ты не в состоянии контролировать свои глаза. Или свою силу. Что, если не сможешь контролировать клыки, и они вылезут наружу?
Дарси замерла с поднесенным к нему ртом.
Остин оттолкнул ее от себя и распластал на спине.
Ее разбирал смех, и, чтобы не рассмеяться, она прикусила губу.
— Ничего смешного, — пригвоздил он ее суровым взглядом.
— Я бы тебя не укусила.
Типичный самец. Так боится за сохранность своего достояния.
— Я уже это слышал.
Продолжая крепко удерживать ее за запястье, он оглядел Дарси с головы до ног.
Она подумала, что ей хватит силы, чтобы сбросить его с себя. Если захочет.
Вскинув брови, он посмотрел на нее.
— Но ты ведь этого не хочешь.
Она медленно улыбнулась.
— О Боже, я всецело в твоей власти. Что будешь делать?
Он ответил улыбкой.
— Отныне кусаться буду только я.
Она вздохнула:
— Надеюсь, что переживу это.
Особенно если он потеребит зубами всё те места на теле, которые перечислил ранее.
«Без проблем». Он потерся носом о ее шею и слегка прикусил в том месте, где шея переходит в плечи. Стало щекотно, и Дарси заерзала. Покусывая, он проложил тропинку к груди и заключил одну в ладонь, отпустив ее руки. Провел пальцем по соску. Увидев, что он затвердел, взял в рот.
Дарси от взрыва удовольствия выгнула спину. Когда ос трота ощущения достигла апогея, она почувствовала, что балансирует на грани здравомыслия, и еще крепче обхватила его голову.
— Не бросай меня.
«Я все еще с тобой». Он оторвал голову от ее груди.
— Ты так восхитительно реагируешь, что я просто лопну, если не прервусь.
— О, Остин. — Она поцеловала его в лоб. — Я так люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя.
Он поцеловал ее под грудью, потом в изгиб бедра и приспустил шортики, чтобы потеребить зубами живот.
Она снова беспокойно задвигалась под ним. Все это хорошо, но она ждала продолжения.
Остин стянул с нее шорты.
Дарси ахнула. Телепатия в конечном итоге удобная вещь.
Сев на колени у ее ног, он окинул ее взглядом.
— Ты такая красивая, Дарси.
Подняв ее ногу, он потеребил зубами пальчики стопы. Согнув колено, Дарси передним открылась. Его взгляд застыл на ее интимном месте. От прилива возбуждения у нее заныло и паху. Покусывая икру, он двинулся вверх по ее ноге. Она согнула в колене и вторую ногу. Он замер, пожирая ее глазами.
Истекая соком, она застонала.
На губах у него заиграла тень улыбки.
— Какая ты сексуальная.
«Возьми меня, пожалуйста».
«Что я и собираюсь сделать. Наберись терпения». Он поцеловал внутреннюю сторону ее бедра.
«Давай!»
«Какая ты нетерпеливая». Когда, заняв положение между ее ног, он прикоснулся к ней, она взбрыкнула. «Ого. Это тебе не родео, дорогая».
— Прости. — Прижимая ладонь к груди, она ловила ртом воздух. — Я просто переволновалась. Слишком долго тебя хотела.
«Ш-ш. Расслабься». Он лизнул ее.
Она вскрикнула.
Остин посмотрел на дверь и поморщился.
— Рядом оперативник ЦРУ. Давай попробуем вести себя потише.
— Хорошо. — Сжав в кулаках одеяло, она твердо поставила ноги на постели. — Я готова.
— Конечно, — улыбнулся он уголком губ.
Почувствовав прикосновение его рта, Дарси снова ахнула и, вцепившись в одеяло, закрыла глаза. Господи правый. Он был такой милый, такой любящий, такой обстоятельный и чертовски медлительный! Он ускорил темп, и сквозь чувственный туман она поняла, что он услышал ее. «О, прости». Она сгорала от нетерпения. Желая усилить ощущения, она приподняла таз. Он тотчас отреагировал, обхватив ее бедра. Боже правый, какая классная вещь телепатия!
«Чуть правее. Нет, это с другой стороны. Быстрее. Быстро…» Потеряв над собой контроль, она больше не могла указывать направление. Но ему, похоже, и не нужно было. Она взлетала все выше и выше, паря и балансируя на краю, а он продолжал толкать ее, пока она пронзительно не вскрикнула. Ее тело забилось в конвульсиях, и ноги захлопнулись, как створки раковины.
— А-а!.. — Он резко дернулся, вырываясь из объятий ее ног. — Какая ты сильная!
Со стоном она повернулась на бок. Ее тело продолжали сотрясать сладкие спазмы.
Остин рухнул рядом и притянул ее в свои объятия.
— Ты в порядке, милая?
— Да, — выдохнула она.
От громкого стука в дверь они оба застыли.
— Эй, Остин! — крикнул Гарретт. — Что происходит? Тебе нужна помощь?
— Я пригласил подружку, — гаркнул Остин. — Проваливай.
Возникла пауза.
— Ты уверен, что не нуждаешься в поддержке?
Услышав сдержанный смешок по другую сторону двери, Дарси закатила глаза.
— Сгинь, сукин сын, — ругнулся Остин. Когда всё стихло, повернул ее на спину. — Так, на чем мы остановились?
Она обвила его шею руками.
— Я только что испытала самый фантастический, самый грандиозный оргазм в жизни.
— Хоть это и трудная задача, давай проверим, не сможем ли мы превзойти результат.
Он склонил голову к ее груди.
Когда все ощущения обрушились на нее с прежней силой, у Дарси перехватило дыхание, и она снова распахнулась перед ним.
— Мне нужен кондом? — спросил он шепотом.
— Нет, — покачала она головой, не разжимая век. Он дразнил ее, описывая на ее груди маленькие окружности. — Я абсолютно здорова.
Его рука застыла.
— А дети?
Ее глаза открылись. От его участливого взгляда у нее защемило сердце.
— Я не могу их иметь.
У него на лице промелькнула гримаса боли.
— Я не подумал. Прости.
Проглотив вставший в горле ком, она мысленно запретила себе плакать. Из Остина мог получиться такой прекрасный отец. Это была еще одна причина, по которой не следовало позволять ему оставаться с ней.
— Я все равно люблю тебя. — Он устроился между ее ног. — И буду любить, что бы ни случилось.
Она вскрикнула и обвила его руками и ногами, когда почувствовала, как он вошел в нее.
«Я люблю тебя», — повторил он мысленно, владея ее телом. Они слились в мыслях и физически, и испытываемые ими ощущения, растворяясь друг в друге, возносили их все выше и выше.
Вот он содрогнулся всем телом, и его стон, прозвучав в ее ушах, отозвался эхом в голове. Ее собственное тело тоже откликнулось чувственным потрясением. Превосходило ли оно первое, она не знала, но точно было слаще, потому что теперь они испытали экстаз вместе.
