Я с любопытством и вниманием уставилась на обеих леди Талейв, которых мы просто чудом тогда вытащили из подвала. Они обе погибли бы там! И похоронили с собой мрачную тайную бургомистра и короля… “Быть может, так было бы и к лучшему”, – мрачно пришло мне в голову, пока я смотрела, как обе аристократки пытаются сохранять спокойствие в окружении слуг, разбойников и людей короля – напарников Дареса.
И если Этель для меня оставалась непонятной, то к Агнессе Талейв теперь мои чувства были весьма определенные! Предательница, не только заказавшая убийство своего мужа, но и едва не угробившая свою дочь, а потом и всех нас. Неужто ради власти и этой проклятой коробочки с черной магией?
В последний момент в доме появился и тот самый жених, который внес свою немалую долю в случившийся хаос. Юный Джереон не глядел по сторонам, смотрел только на Этель, которая делала вид, что не замечает ничего вокруг. А может в самом деле не замечала – погруженная опять в свои какие-то далекие и неясные мысли.
– Прошу всех подняться наверх, – Дарес играл теперь роль то ли распорядителя на внезапном празднике, то ли радушного хозяина, который счастлив прибытию дорогих гостей.
Я поглядела на него. Неубиваемый, вот же правда! Или колдун.
Хотя кто его знает… Я дернула уголками губ. Если бы я не уговорила Ройса, если бы мы не пришли ему на выручку, что смог бы сделать этот наемный убийца, дознаватель и настырная заноза в заднице с тем, что его вот-вот казнили бы на площади?
Но стоило представить, как ему бы и впрямь отрубили голову, как меня передернуло от злости и негодования. Дарес явно услышал мои мысли, спустился и взял меня за руку, обхватив так неожиданно нежно и приятно. И все же цепко. Ищейка…
– Ты мне тоже очень нужна, – проговорил он.
– Угу. Как и всегда, – фыркнула я.
Взглянула в его глаза и снова пропала. Боги, куда же подевался мой разум. Попалась в лапы дознавателю так крепко, что теперь и не выпутаться.
– А я и не отрицаю, – улыбнулся он. – Сейчас нужна и всегда… тоже. Идем!
Дарес обхватил под талию и плавно повел за собой, и у меня не осталось доводов этому сопротивляться. Спорить. Драться. Или бежать. Все то, что я делала раньше, когда глупое сердце начинало биться чаще. Впервые за долгие годы я вдруг доверилась кому-то так… целиком и полностью. И пошла вперед со странной легкостью в глубине души.
В огромной гостиной – Святая Матерь, таких больших я еще никогда не видела, даже дом бургомистра уступал этому по размерам – собрались самые разные представители, так сказать, этого города. Настолько разные, что захотелось опять рассмеяться. Наверное, это усталость. Кажется. Я не спала толком пару ночей…
До рассвета мы с Ройсом и остальными безумцами готовили наше “вторжение”, пробирались в город – каждый своим путем, раздобыли одежду – я даже умудрилась снова вторгнуться к Йоханну. И на этот раз втянуть в дело его, а не как всегда наоборот. Бывший напарник помог пройти через охрану, успев подкупить уже расположенных к нему стражей. Подобрал снова удобный наряд, на сей раз из изящного платья принцессы-леди обратно в разбойницу, хоть и высокого качества. Позже Йохан шепнул кому-то из своих, чтобы тоже пошли на встречу. Так или иначе, а этой ночью мы действовали так сплоченно, как никогда прежде. Как в последний раз.
Рисковали просто всем. Свободой. Своими жизнями!..
Дарес, только попробуй нас подвести! Я тряхнула головой и уставилась на своего названного “мужа”, который остался стоять возле широкого окна и о чем-то думать.
Глава 45
– Говорите же, ваша милость, – резко и суховато попросил его судья.
Ройс хмыкнул, услышав обращение к “Эрвину” – разбойнику, которого едва не прибили в банде в первую же встречу.
Леди Агнесса Талейв вдруг нахмурилась, продолжая смотреть на Дареса с непониманием и будто бы озадаченностью, в то время как ее дочь изучала ковер на полу. Ах да! Она ведь еще не подозревает, что я подслушала ее разговор и знаю, кто тут на чьей стороне. Наверное ждет, что Дарес обвинит не ее, а главаря банды с оружием в руках или жениха дочери, в чью сторону она успела бросить негодующий взгляд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Мне придется говорить откровенно, ваша честь, – коротко склонил голову Дарес, словно прося извинения. – Не всем присутствующим это придется по нраву, – он обернулся к Вэлтону , который приходил в себя.
– Говорить откровенно – ваша обязанность, – подтвердил судья, – как я и сказал, что выслушаю все стороны этого дела, прежде чем…
– В этой комнате есть и тот, кто заказал убийство бургомистра, господина Талейва, и тот, кто его выполнил.
На этих словах Вэлтон пришел в себя, мотнул головой, хотел было встать, но Инсар, дежуривший рядом, вынудил его остаться на месте.
– Какого… Ваша честь! Что тут происходит?!
– Тишина! – привычно потребовал главный судья. – Сейчас не ваша очередь говорить, Вэлтон .
– Вы будете слушать того, кто принадлежит шайке головорезов и ублюдков?!..
– Прошу вас помолчать, с нами дамы, – резко приказал судья снова.
Вэлтон с ненавистью уставился на Дареса, и я обратила внимание, как Агнесса строго и умоляюще взглянула на него, прося набраться терпения.
И теперь уверилась в том, чей голос слышала за дверью.
Не такой уж он был и незнакомец, выходит!
Не знаю, как к этому пришел Дарес, но Вэлтон тут замешан еще как!
– Обязательно дам тебе рассказать твою версию событий, – пообещал ему Дарес, – но пока, прости, мое время. Которое едва не закончилось этим утром, – хмыкнул он, потерев шею, словно чтобы убедиться, что она еще цела.
– Так вы и впрямь человек короля? – тихо уточнила Агнесса, глядя на него.
Дарес только улыбнулся в ответ, но говорить об этом не стал. И, судя по взгляду судьи, тот был уже в курсе, как и почти все из присутствующих. Только бедолага Джереон, похоже, плохо понимал, что происходит. Но пришел сюда с видом, что после этого его разговора его казнят, поэтому будто и не слушал никого вовсе, только смотрел на Этель – бледный, встревоженный и такой-трагично влюбленный, что я даже начала проникаться к нему симпатией.
– Позвольте я коротко расскажу, как мы дошли до этого момента. Всё началось с одной маленькой вещицы, назначение которой не столь важно, сколько важна ее ценность для его величества Эдварда Второго. Это маленькая шкатулка, – Дарес изобразил размер пальцами, – и еще одна вещица была отправлена им для бургомистра Волдхара, господина Талейва, как старого знакомого и поверенного человека. Однако всё пошло не так почти сразу…
– Что вы имеете ввиду? – встряла вдруг Агнесса. – О чем вы говорите? И имеете ли право раскрывать мою тайну, вернее, – тут же поправилась она, – тайну моего мужа и его величества при таком количестве совершенно лишних здесь людей?
Мне же стало жуть как интересно, сдаст ли она Вэлтона сразу, чтобы спасти свою душу… Или в старой ведьме осталась хоть толика честности?
Дарес сделал жест, призывающий к терпению.
– Суть и вся ирония в том, что убить господина Талейва хотели сразу двое. Один, правда, быстро передумал, но дело было сделано, камень сошел с горы и начался настоящий оползень, последствия которого сложно было вообразить сразу.
– И кто же из этих господ на это решился? – прокашлялся судья.
Дарес смотрел Агнессе в глаза в упор.
– Юный Джереон – столь безнадежно влюбленный в Этель Талейв, что отказ ее отца в женитьбе привел его в ярость. – На этих словах Джереон даже не дрогнул, будто готов был со всем согласиться и понести всю тяжесть наказания. Лишь бы эту жертву оценила его возлюбленная. – Не обдумав, он пошел на встречу с людьми, с которыми лучше не иметь дела.
Дознаватель коротко хмыкнул, обратив свой взгляд на Ройса, но и тот лишь пожал плечами. Лично он к этому и той проклятой встрече никакого отношения не имел.
– Продолжайте, – кивнул судья.
