— Недавно она занялась изучением принципа работы ключей для прислуги, открывающих двери в личные комнаты, но об успехах в этой области мне пока не известно.
— Неужели ты считаешь её настолько гениальной, что допускаешь положительный результат?
— Всё может быть, мой император, — уклонился от ответа Лев.
— Мой император! — в помещение влетел, в прямом смысле этого слова, начальник стражи.
— Что случилось?
— Последний раз её видели вчера вечером. А утром мы недосчитались одной платформы!
— Так, — правитель опять встал. — Вы нашли платформу?
— Да, мой император. На побережье.
— Ближайшем к границе с соседним материком?
Демон кивнул:
— Предполагаем…
— Тут нечего предполагать, — стукнув кулаком по подлокотнику, отрезал император. — Мы все проглядели шпиона!
— Скорее всего, она погибла при попытке перебраться через пролив, — осторожно намекнул стражник.
— Это будет наилучшим раскладом, — согласился император. — И всё же… Виктиандр! Ей известно что-либо, способное принести нам вред?
Вик побледнел:
— Ключи…
— От двери? Левушист утверждает, что она не успела в них разобраться. Проверьте, остались ли они в её покоях, — обратился к начальнику стражи правитель.
Демон выбежал прочь.
— Устройство платформы, — заговорила смуглая фрейлина.
— Леди Арнидисль, это не такая важная тайна, — отмахнулся император, вновь принимая сидячее положение. — Со временем люди бы сами до них додумались. Меня интересует информация, опасная для нас.
— Она знает о метеоритах, — внезапно вспомнила Ника.
— И я ей сам рассказал, зачем они нам нужны! Мой император, мне нет прощения! — пал ниц бескрылый демон.
— Левушист, ты не совершил ничего смертельного. Привезённого Виктиандром материала вполне хватает, чтобы закончить ремонт и покинуть эту планету. Боюсь только, что придётся ускорить этот процесс.
— Мой император прав, — Вик тоже опустился на колени перед братом. — Она в любой момент может понять принцип размыкания полога. И люди смогут проникнуть на нашу территорию.
— Не смогут. У неё нет возможности проверить свои догадки на дверях.
— Ей это не нужно, мой император. Она умеет открывать двери.
— Как?! — снова вскочил с места правитель.
— Она заглядывала ко мне в кабинет, когда дверь была закрыта.
— Когда ты показался ей в маске! — догадался император.
Вик покаянно кивнул.
— И ты намеренно скрыл от меня эту информацию! — продолжал возмущаться его брат.
— Мой император, я знаю, что не заслуживаю прощения.
Правитель неуловимо помрачнел.
— За предательство полагается казнь, — отчётливо произнёс он.
Не удержав вскрика, вдовствующая императрица схватила сына за руку, развернув к себе лицом. Её глаза умоляли, но в них ещё теплилась надежда.
— Как прикажет мой император, — Вик не сдвинулся с места.
— Я не могу пролить кровь брата. Пусть даже ты отказался от привилегий, данных тебе по праву рождения. Потому я предоставлю тебе выбор. Ты можешь стать либо заключённым, либо изгнанником.
Зал ахнул.
— Я люблю свободу, мой император, — глухо обронил Вик.
— Выбор принят. Ты лишишься имени рода и опустишься туда, где по нашим законам должен был находиться с самого начала.
Императрица потянула сына на себя, но он резко вырвал руку, даже не посмотрев на мать.
— Если император позволит мне покинуть материк, чтобы приносить пользу за его пределами… — снова заговорил Вик.
— Нет. Ты должен остаться в одиночестве.
— Я готов отправиться на поиски человечки.
— Чтобы предотвратить распространение потенциально опасной информации? — Император на минуту задумался. — Хорошо. Я дам своё согласие, если сейчас в зале найдётся демориат, готовый обрубить тебе крылья.
— Сынок… — Из глаз императрицы потекли слёзы.
И она их не скрывала, глядя на Вика с выражением великой потери. Однако никого не интересовали её чувства.
— Ты понимаешь, что в таком случае останешься на этой планете навсегда? — продолжал допытываться правитель.
Вик кивнул:
— Я готов принять участь бескрылого демориата со всеми вытекающими последствиями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Император обвёл глазами присутствующих:
— Найдутся ли здесь лорды, готовые оказать услугу моему брату?
Никто не шевельнулся.
— Виктиандр, прошу тебя… — еле слышно прошептала императрица.
Её родной сын на секунду повернулся к ней, гневно сверкнув клыками.
— Лев! Пожалуйста… — Вик поднял глаза на бескрылого.
Седой демон неистово замотал головой, отползая к дверям на четвереньках:
— Нет, никогда. И не проси!
— Жаль… — отвернувшись, Вик обратил свой взор на других гостей.
Но они не хотели марать руки. Расслабившись, вдовствующая императрица робко улыбнулась, а Ника шумно выдохнула, отпуская крепко сжатые кулаки.
— Что ж, если желающих не найдётся… Придётся мне лично оказать тебе такую честь.
По залу пронёсся слаженный вздох удивления.
— Да, впервые за всю историю, — подтвердил император. — Но на мой век и так пришлось немало новшеств и нарушений.
И правитель уверенно шагнул вперёд. Одновременно с места вскочила его мать и схватила сына за плечо. Ника же воскликнула:
— Вы же не хотели проливать кровь брата!
— Я имел в виду нежелание убивать родственника, — высвободившись, великодушно пояснил император. — Ради тебя, мама.
— Ты же не хочешь запачкать руки, сын!
— А что делать? Я хочу выполнить желание брата. Ты ведь желаешь именно этого, Виктиандр?
— Да, мой император. И душой, и сердцем.
— Вик, одумайся, прошу тебя! Умоляю! — Императрица сбежала со ступеней и упала на колени рядом с приёмным сыном, заключив его в объятия. — Не губи себя! Пожалей брата!
А правитель уже стоял рядом с коленопреклонённым демоном:
— Он едва не погубил империю, мама! И его стремление всё исправить я поддерживаю.
— Измени решение! Заключи его в тюрьму!
— Разве это для него жизнь? Виктиандр сам выбрал себе наказание. И я рад, что ты вообще понимаешь его необходимость.
— Сынок… — Императрица подняла голову Вику и стала покрывать его лицо поцелуями.
— Похоже, возраст наложил на тебя свой отпечаток, мама. Где самообладание? Где рассудительность?
Женщина с ужасом посмотрела на старшего сына.
— Что с тобой? — шёпотом спросила она.
Однако император проигнорировал вопрос.
— Лазерный меч! — Он протянул руку назад.
И пожилой стражник тотчас вложил в его ладонь требуемое оружие.
При виде таких приготовлений, вдовствующая императрица бросилась на защиту Вика, но тот ловко поймал её и усадил на пол.
— Это мой выбор, — глядя строго в глаза демоницы, сказал он. — Прошу, прими его. Ты же всегда меня поддерживала… мама.
Всхлипнув, женщина пылко обняла приёмного сына.
— Помогите императрице добраться до её места, — выждав минуту, спокойно попросил правитель.
Он не обращался ни к кому конкретно, но в следующую секунду демон в коричневом камзоле подхватил седую демоницу под локти, помог подняться и повёл к возвышению. А наверху, прижав руки к груди, стояла Ника и не могла отвести взгляд от намечающегося зрелища.
Не успела императрица добраться до ступеней, как за её спиной раздался тонкий треск, и по помещению разнёсся едва слышимый стон. А вскоре зал наполнился неприятным запахом горелой плоти и шерсти. Императрица покачнулась, и на пол со стуком упало отрезанное под самый корень крыло.
Лишившись одной конечности, Вик накренился, но мужественно взял себя в руки и выровнялся. Его глаза были зажмурены, челюсти сжаты, но сквозь плотно сомкнутые губы то и дело вырывался протяжный стон.
Упало второе крыло.
Закрыв лицо ладонями, Ника рухнула в кресло и неистово затрясла головой. А тем временем императрица благополучно закончила подъём и схватилась за спинку своего стула… А затем потеряла сознание. Сопровождающий едва успел её поймать.
