Это был последний удар по репутации армии и спецслужб. Страна требовала прекратить войну. 10 августа 1996 Ельцин, вновь избранный президентом, объявил траур в связи с потерями в Чечне и назначил секретаря Совета безопасности Александра Лебедя своим представителем в Чечне. Лебедь предложил Ельцину прекратить боевые действия и вывести федеральные войска из Чечни. Как выразился Александр Иванович, нам «некем, нечем и незачем воевать». Ельцин согласился с планом Лебедя.
Лебедь прилетел в Дагестан, оттуда добрался до Чечни. Это была опасная поездка, но мужества и храбрости Александру Ивановичу не занимать. В ночь с 11 на 12 августа в районе селения Старые Атаги Лебедь вел переговоры с начальником штаба чеченских войск Асланом Масхадовым. Они договорились о прекращении боевых действий.
14 августа Ельцин принял Лебедя и одобрил его мирный план. На следующий день Лебедь в районе села Старые Атаги встретился с Масхадовым и президентом Чечни Яндарбиевым.
17 августа командующий федеральными силами генерал Константин Пуликовский подписал приказ о прекращении боевых действий на территории Чечни. Но военные и министр внутренних дел Анатолий Куликов считали, что боевиков нужно добить.
20 августа Пуликовский неожиданно для Лебедя заявил, что дает всем жителям Грозного сорок восемь часов, чтобы покинуть город, потому что в четверг, 22 августа, начнется операция по очистке города. Генерал предупредил, что пустит в ход бомбардировочную и штурмовую авиацию, реактивные системы залпового огня и артиллерию.
Но Ельцин дал указание Лебедю немедленно закончить боевые действия. 21 августа Александр Иванович прилетел в Чечню.
Сам Пуликовский рассказывал потом журналистам:
— Мы готовили в Грозном «котел». И тут появился Лебедь. С полномочиями от имени президента «решать все вопросы по урегулированию положения дел в Чечне». Считаю, что единственная моя ошибка была в том, что я его принял. Загнал бы на взлетную полосу танк, и самолет ушел бы на другой аэродром. Пока бы Лебедь сюда добирался, мы бы запланированную операцию провели. Лебедь сказал, что вот-вот «взорвется» вся страна, что Ельцину предстоит очень серьезная операция, а после операции минимум восемь месяцев он будет недееспособным. И что в октябре 1996 года планируются досрочные выборы президента. Он был уверен, что президентом выберут его. Ему нужен был ореол миротворца, и он отменил операцию.
В ночь на 22 августа Лебедь в Чечне подписал вместе с Масхадовым документ об отводе войск и прекращении боевых действий. Лебедь говорил о том, что усталые, равнодушные солдаты не могут и не хотят продолжать войну:
— Война будет прекращена, а те, кто намерен мешать этому, будут отстранены.
30 августа в Хасавюрте Лебедь и Масхадов подписали совместный документ «Принципы определения основ взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой». В этом документе был заложен принцип «отложенного статуса» Чечни, смысл которого — отложить решение этого болезненного вопроса на будущее, а пока что попытаться наладить какое-то сотрудничество. Договорились, что политическое соглашение о Чечне будет подписано до 31 декабря 2001 года.
Глава правительства Виктор Черномырдин одобрил действия Лебедя. Военные считали это предательством. В аппарате правительства и президентской администрации говорили, что Лебедь вышел за рамки своих полномочий и подписал то, что не имел права подписывать.
Тогдашний глава Чеченской Республики Доку Завгаев сказал, что Лебедь совершил государственный переворот в Чечне и сдал Грозный бандитским формированиям. Его заместитель Николай Кошман вспоминал позднее:
— В Грозном боевики сразу стали ездить на бэтээрах и кричать «Аллах акбар!». Хасавюртское соглашение превратилось в нашу капитуляцию. Нас оттуда выгнали.
1 октября начальник главного штаба вооруженных формирований чеченской оппозиции Масхадов заявил по телевидению:
— Как только российские войска уйдут, мы построим исламское государство.
2 октября в Государственной думе министр внутренних дел генерал Анатолий Куликов назвал хасавюртские соглашения лживыми — они выгодны только тем силам, которые стремятся уничтожить Россию.
В конце 1996 года закончился вывод федеральных войск из республики.
Ельцин сказал, что Чечне не будет предоставлена независимость. Новый министр иностранных дел Евгений Примаков предупредил иностранных послов, что признание независимости Чечни повлечет за собой разрыв дипломатических отношений. Но фактически российское руководство не собиралось предъявлять права на Чечню и вмешиваться в ее дела. Чеченцы сами не смогли использовать этот шанс самостоятельно организовать свою жизнь.
В мае 1997 года Ельцин и Масхадов подписали договор о мире и принципах взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой Ичкерия. Ельцин поручил все чеченские дела Ивану Рыбкину, который стал секретарем Совета безопасности, и его заместителю Борису Березовскому. Договор стал пустой бумажкой. Федеральные власти не захотели или не смогли изменить ситуацию в Чечне…
Олигархи, Чубайс и Татьяна Дьяченко
Сергей Филатов рассказывал, как 4 января 1996 года он пришел к президенту с очередным докладом. Страна в новогодние праздники еще отдыхала, но в администрации все работали, и Борис Николаевич приехал в Кремль. Филатов начал докладывать. Ельцин неожиданно сказал:
— Отложите все это. Может быть, вам это все не понадобится.
Филатов вопросительно посмотрел на президента. Ельцин сообщил ему:»
— Во-первых, я решил идти на выборы. Филатов:
— Поздравляю вас, это очень правильный шаг. Президент сказал:
— Вот в Государственную думу выборы мы проиграли, коммунисты пришли, поэтому я считаю своим долгом еще четыре года быть президентом. Во-вторых, я хочу, чтобы вы вместе с Сосковцом возглавили предвыборную кампанию. Сосковец — начальник штаба, вы — его заместитель, будете работать с общественностью и интеллигенцией.
Это была вежливая форма отставки. Но Борис Николаевич действительно нуждался в сильном предвыборном штабе. Он не сразу решился идти на второй срок. Осенью 1995 года, по свидетельству его помощника Георгия Сатарова, сказал одному из самых близких людей:
— Я пойду на следующие выборы, только если не увижу кого-то, кто может меня сменить.
Георгий Александрович Сатаров склонен считать, что Ельцин говорил искренне — не нашел сменщика-единомышленника, сам пошел на выборы и надорвался… Мне кажется, Ельцин — пока был относительно здоров — по природе своей не мог отказаться от власти и покинуть Кремль. Он сделает это в конце 1999 года, чувствуя, что силы его покидают. И тогда он передаст страну человеку, которого никак нельзя считать его единомышленником.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
