— Милорд, — обратилась она к лорду Селкерку, — разумеется, я не могу одобрить эти розовые ленты. Полагаю, мистер Милторп скоро обнаружит, что они перепутываются с его брелоками. У него ведь их великое множество, не так ли?
Это точное наблюдение вызвало настоящую бурю хохота. Провожая взглядом удаляющегося экстравагантного денди из числа своих почитателей, Ленор задумчиво нахмурилась. Странно, ей не показалось, что она сказала что-то не то. Она полагала, мистер Милторп примет данное замечание как должное. Неужели они все думают только о бантах и шелковых лентах?
Ленор тяжко вздохнула, надеясь, что ей хватит сил выносить светскую жизнь еще несколько недель. Агата, леди Экингтон и все остальные хором твердили ей, что не стоит устраивать собственные приемы раньше следующего сезона. А значит, ей придется и дальше ходить на чужие балы и рауты, улыбаться и танцевать, посвящать все свое время фривольностям. У нее тоскливо засосало под ложечкой. К счастью, ее устойчивость к недомоганиям сильно повысилась. По крайней мере, по вечерам. Она не сомневалась, если и дальше будет придерживаться своего плана, вполне дотянет до конца сезона. Сейчас ее больше беспокоило собственное душевное равновесие. Она всегда с трудом переносила общество дураков.
— Дорогая герцогиня! Позвольте выразить восхищение вашим нарядом!
Мысленно запасаясь терпением, Ленор обернулась и вежливо кивнула леди Хартвел.
— Как поживаете, леди Хартвел? Мадам Лафарж будет приятно узнать, что вы одобряете ее работу. Как вам вечер? Правда, приятный?
Слегка озадаченная такой прямолинейностью, леди Хартвел быстро овладела собой:
— Разве, дорогая? По-моему, здесь ужасное столпотворение. Я просто хотела убедиться, что вы получили приглашение на тот небольшой прием, что я устраиваю завтра. Смею ли я надеяться, что вы почтите его своим присутствием?
Ленор с натренированной непринужденностью улыбнулась и придала взгляду правильное соотношение уклончивости и сожаления.
— Да, я действительно получила ваше приглашение, но, боюсь, завтра меня ждут уже в другом месте. Возможно, в следующий раз?
Словно прося о понимании, Ленор быстро накрыла ее руку своей перчаткой и не удивилась, когда раздражение на лице леди уступило место смирению. Она уже до виртуозности отточила свои навыки.
Пообещав посетить званый вечер леди Хартвел в этом месяце, Ленор с ней рассталась и вернулась в безопасность своего круга. Это было шестое приглашение кряду. Тетя Гарриет уже хихикала над тем, сколько леди желают пригласить ее к себе на чай.
Ленор мимолетно кивнула леди Аргайл и разом прогнала скуку, настраиваясь броситься с самую гущу гламурного мира.
Наконец вечер закончился. С помощью мужа она поднялась в карету, сонно улыбнулась ему, а затем погрузилась в молчание, радуясь, что темнота скрывает усталость. Так приятно, что он каждый день сопровождает ее с балов до самого дома. Время от времени — как, например, сейчас — приемы высасывали все душевные силы, и она вынуждена была признаться своему «я», которое всегда знало все ее сокровенные тайны, что ни с каким другим джентльменом она бы не чувствовала себя в такой безопасности и защищенности. Когда он сидел рядом вот так, касаясь бедром шелковых юбок, она остро ощущала его живительную энергию.
Ленор сморгнула подступившие слезы и уставилась в темное окно кареты. Ощутила вкус рая, и у нее остались воспоминания, которые согревали теплом.
Сидевший рядом Джейсон чувствовал лишь ледяной холод, как приговоренный к казни. Карета легко катила по булыжной мостовой. Он смотрел на проносившиеся мимо дома и до боли стискивал кулаки, исчерпав все варианты еще задолго до окончания бала. Ленор не была с визитом у леди Аргайл, ни на каких других приемах, где могла бы появиться леди ее положения.
И это оставляло без ответа самый животрепещущий вопрос, сгущавшийся над ним черным облаком, от которого становилось трудно дышать и еще тяжелее думать.
Где Ленор проводила послеполуденные часы и с кем?
Глава 13
В следующие несколько дней Джейсон безоговорочно убедился, что жена не присутствует ни на каких дневных развлечениях. Его разум колебался между холодным цинизмом и пучиной глубочайшего отчаяния. Он мог убеждать себя, что нечего интересоваться, с кем она развлекается, а через секунду его накрывало примитивнейшее желание отыскать этого джентльмена и всю оставшуюся жизнь сдирать с него кожу. В более спокойные минуты он размышлял, как же все к этому пришло и почему он это допустил.
Это все тетя Агата.
В то серое октябрьское утро Джейсон беспокойно вышагивал в библиотеке перед зажженным камином и уже в двадцатый раз перечитывал тетушкино официальное послание. Почему она назначила встречу на одиннадцать утра, если сама не вставала раньше полудня? Тайна, покрытая мраком. Кроме того, он ощущал некую значительность ее визита, раньше она всегда вызывала его к себе. К сожалению, он не мог понять, чего она хочет. Однако, без сомнений, она собиралась сообщить нечто, что он едва ли желал услышать. По всей видимости, тетушке удалось обнаружить то, что не удалось ему: с кем у Ленор свидания.
У входной двери позвонили, и он замер. Поднял голову и прислушался, в холле зазвучал непривычно приглушенный голос тетушки. Джейсон выпрямил плечи, готовясь услышать неприятную правду.
Дворецкий придержал дверь, и в библиотеку торжественно вплыла леди Агата.
— Доброе утро, тетя. — Джейсон пошел ей навстречу и подвел к кушетке со спинкой.
— Рада, что ты нашел время меня принять. — Агата опустилась на кушетку, расправила тяжелое дорожное платье и положила рядом муфту. Когда за дворецким закрылась дверь, подняла обеспокоенный взгляд на племянника. Тот стоял у камина, облокотившись на каминную полку. — Все дело в Ленор. Не знаю, какие у тебя планы, но ты должен как можно скорее отвезти ее обратно в аббатство.
Он, конечно, ожидал чего-то в этом роде, ее слова приблизили надвигающуюся беду. Чувствуя, что сердце обращается в ледяную глыбу, Джейсон весь подобрался. Сейчас он узнает, что за мерзавец украл у него Ленор.
Агата лишь увидела, как окаменело его лицо. И без того суровый взгляд стал угрожающим. Но пожилая леди продемонстрировала свой упрямый нрав и погрозила племянницу пальцем:
— О, ее маленькая хитрость весьма искусна, но твоя жена не может скрываться вечно.
Джейсон больше не мог этого выносить.
— Ради бога, Агата, можно покороче? Кто, к дьяволу, этот пройдоха? — с трудом выговорил он, потом развернулся на каблуках и беспокойно зашагал по каминному коврику. — Меня интересует только его имя, ничего больше. Я, разумеется, вызову его на дуэль. — Последнее он произнес с облегчением, если не сказать, с предвкушением. Наконец-то он сможет хоть что-то сделать, излить на кого-то свое горькое разочарование.
