Михаил Ключник выложил на капот машины лист писчей бумаги с небрежно набросанным планом какого-то здания.
— Объект остановился в меблированных комнатах неподалёку отсюда. По словам управляющего, вместе с ним заехали ещё трое молодых людей неопределённого рода деятельности. Третий этаж, вот парадная лестница, вот чёрный ход.
— Окна их комнат куда выходят? — спросил Дмитрий.
— Во двор, с этим порядок, — подсказал Ключник.
— А как у них с операторами? Могут ведь быть?
— Могут, — признал Михаил Ключник, — но нам есть что им противопоставить, не лаптем щи хлебаем. Смотрите сюда… — Он повёл пальцем с неровно обстриженным ногтем по плану. — Коридор тянется через всё крыло, как проскочите его, сразу выбивайте дверь и давите всех, кто внутри. Стриж, Дедок, это на вас. Задача ясна?
Вопрос был обращён к парочке операторов, и молодые люди синхронно кивнули.
— Яснее некуда! — ответил один.
— Сделаем в лучшем виде, патрон, — подтвердил другой.
Лично мне в этих словах почудился намёк на усмешку, но оперативник и бровью не повёл, продолжил инструктаж:
— Огнестрельное оружие используйте только в случае крайней необходимости. Савелий, отвечаешь за это головой. Бери с собой розыскников, у них опыта в таких делах хватает. Короста, тебе персональное задание… — Ключник перевёл взгляд на моего товарища. — В случае столкновения с операторами обеспечишь защиту от атакующих воздействий. Студент… Ты на подстраховке. Главное под ногами не путайся.
Я решил, будто ослышался и уточнил:
— А мне точно нужно туда идти?
— Точно, студент. Точно.
Это заявление убедительным отнюдь не показалось, не переменил я своего мнения, даже когда особый уполномоченный секретарь Зак веско добавил:
— Леонид Варламович лично порекомендовал привлечь тебя к операции. Учили ведь этому, так?
— Так, — нехотя признал я, хоть все наставления по захвату правонарушителей давно успели позабыться. Как ни крути, устраивать диверсии и даже штурмовать вражеские укрепления — это совсем не то же самое, что врываться на бандитские малины. Принципиально иная специфика, кардинально другие задачи и образ действий.
По уму следовало предложение — именно предложение, а не приказ! — поучаствовать в задержании иностранных агентов отклонить, и для этого даже благовидный предлог искать не требовалось, ибо каждый должен заниматься своим делом, но после недолгих колебаний я сказал:
— Можете на меня рассчитывать.
Нет, я отнюдь не побоялся предстать в глазах сотрудников республиканского комиссариата трусом, меня их мнение не очень-то и заботило, просто и Василю подстраховка не помешает, и прищучить заманившего нас в засаду усатого деятеля хотелось до невозможности.
Места же себе не найду, если в стороне останусь!
Ключник кивнул и тут же обо мне позабыл.
— Я перекрою чёрный ход, — заявил он и оставил при себе двух прикативших с нами в одной машине парней, а ещё паре бойцов велел разместиться на чердаке соседнего здания, после махнул рукой: — Всё, расчехляйтесь!
Эта команда была адресована расчёту крупнокалиберного пулемёта, который как я верно угадал, и оказался установлен в кузове полуторки.
Началась суета; два бойца, чьи винтовки были снабжены оптическими прицелами, убежали вдаль по улице, полицейским поручили отгонять зевак, буде штурмовой группе случится нашуметь, а грузовик с водителем, пулемётчиками и приданными тем в усиление бойцами оставили в резерве. Им надлежало вмешаться лишь в самом крайнем случае, брать же срединских агентов предстояло нам семерым.
К доходному дому выдвинулись хмурый мордоворот из иностранного департамента, два пижона-оператора, три сотрудника секции-пятнадцать и я.
Вот удружил Миша Ключник, так удружил. На опознание он меня отвезти взялся…
Часть вторая. Глава 5
Глава 5
Доходный дом оказался средней паршивости заведением в соседнем квартале. Трёхэтажное кирпичное здание было выстроено буквой «П», внутренний двор прятался за высоким глухим забором, под прикрытием которого к воротам и должна была подобраться команда Ключника. Мы же по истечении оговоренных десяти минут спокойно вошли через парадный вход.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дверь каморки здешнего домоуправа немедленно приоткрылась, наружу выглянул невзрачный плюгавый мужичок в заношенном сером пальто — точно не боевик, простой филер.
— Поднимайтесь на третий, — сказал он нам. — Левое крыло, по коридору до конца. Упрётесь прямо в нужную дверь, не промахнётесь.
— В курсе, — буркнул Савелий, вытянул из кобуры ТТ и, дослав патрон, спросил: — Никто не уходил?
— Все на месте.
— А…
— За чёрным ходом тоже присматривают.
Сослуживцы Василя по секции-пятнадцать взвели пистолеты-пулемёты, а сам он хрустнул костяшками пальцев и принялся набирать потенциал.
— Аккуратней! — попросил я товарища, когда мы двинулись вверх по лестнице, потом снял кепку, вытер вспотевший лоб и возвращать её на голову не стал, сунул в карман. — Выравнивай плотность! И заземление поставь, а то фонишь как не знаю кто…
Василь последовал моему совету, и создаваемые им помехи заметно ослабли, но близость сразу трёх операторов порождала столь мощную энергетическую аномалию, что её искажения забили моё ясновидение целиком и полностью. Попытался отрешиться от них, но нет — ни черташеньки не чувствую. Досадно.
Мы поднялись на третий этаж и под скрип рассохшихся половиц двинулись мимо одинаковых дверей со штампованными циферками-номерками, а только подошли к повороту в коридор левого крыла, и шагавший первым оператор выставил руку, призывая всех остановиться.
— Ждите! — объявил он, и тут же колыхнулся воздух, после чего проход перегородили сразу два кинетических экрана — один в непосредственной близости от другого. По отдельности они ничего особенного собой не представляли, в совокупности же могли остановить даже винтовочную пулю.
Савелий явственно напрягся.
— Вы чего ещё удумали, умники? — прошипел он, не рискуя повысить голос. — Сказано же было: без фокусов!
Взявшиеся восполнять израсходованный потенциал операторы глянули на него с нескрываемым презрением.
— Мы тебя задержанных по почкам лупцевать не учим, вот и ты к нам с советами не лезь, — выдал в ответ один из пижонов.
— Всё Заку доложу!
— Ой, да угомонись ты! — презрительно бросил второй. — У нас свой протокол, и отклоняться от него мы не собираемся. Так можешь своему ненаглядному Заку и доложить!
Операторы и обычные работники комиссариата определённо не слишком жаловали друг друга, не всё было гладко и в отношениях между представителями разных подразделений. Савелий развернулся к сотрудникам секции-пятнадцать и зло прошипел:
— Чего там встали? Ты — сюда, руль и студент — замыкающими! Умники, долго вы ещё?
К себе наш командир подозвал Дмитрия, а рядом со мной оставил Степана, числившегося в секции-пятнадцать шофёром. Так и двинулись — оперативники, операторы, балласт, а впереди, едва ли не полностью перегораживая проход, летел чуть мерцавший из-за утечки энергии сдвоенный кинетический экран.
Как по мне — совершенно обоснованная мера предосторожности, ибо коридор тянулся через всё левое крыло, и один-единственный стрелок был способен положить здесь из винтовки половину штурмовой группы. А так — нет, так уже не выгорит.
Опять же не уголовников брать идём, и даже не операторов с криминальными наклонностями, а вражеских агентов. С подобной публикой ухо надо держать востро.
Примерно на середине пути мы миновали лестничную клетку чёрного хода, и один из операторов негромко шепнул:
— Как подойдём, дверь не загораживайте. Короста, вынесешь её по команде!
Голос пижона прозвучал с заметной хрипотцой, а внутренние потенциалы — и его собственный, и его напарника, — явственно пульсировали в такт учащённому сердцебиению. Василь с непривычно заострившимся лицом выглядел ещё даже более напряжённым, по щеке шагавшего рядом со мной с ППС наизготовку Степана скатилась крупная капля пота, а вот меня — нет, меня не проняло. Не проникся серьёзностью момента. Да и с чего бы проникнуться, если уж на то пошло? И не в таких переделках побывать доводилось, и операция чужая.
