Читаем без скачивания Клинок выковывается - Дмитрий Дмитрий

Нубиец и шаман побагровели и сдавленно закашлялись, стараясь удержаться от смеха, паладины же направились к своему «командиру».

— Барон, почему мы не трогаемся? — со злостью прошипел он, подъехав ко мне.

— Так вы командир, вот и ведите отряд, — я был спокоен, это его и взбесило.

— Как я поведу их, если не знаю дороги?! — забрызгал он слюнями.

— Ну, а мне-то что за дело, вы же командир, вот и командуйте — я показательно зевнул, показывая свои зубы.

— Барон, это уже саботаж! — всё больше распалялся священник. — Я сейчас отправлю весть брату Антонию, и вам не поздоровится!

— И что вы ему напишете? — поинтересовался я. — Что я не еду туда, куда вы меня ведёте, потому что я не знаю, куда вы хотите попасть?

— Вы едете к себе в имение, мы следуем за вами!! Что может быть в этом непонятного?? — взорвался он.

— Вот! — я выставил указательный палец и воздел его к небу. — Вот вы сами всё и сказали, преподобный. Я еду к себе в имении, а вы всего лишь следуете за мной. И советую вам не забывать об этом.

Оставив взбешённого священника, который принялся грозить моей спине различными карами, я кивнул друзьям и направил лошадь по дороге к воротам. Оглянувшись, минут через десять, я увидел, как отряд Ордена потянулся за мной.

«Стоило сбить с них немного спеси, — удовлетворённо хмыкнул я про себя, — да и держаться теперь будут в отдалении, запрезирают меня, а для осуществления нашего плана это главное».

План, предложенный Валенса, был прост: добраться до определённого места, находящегося уже на территории гномов, и завести отряд в засаду. Лучники и арбалетчики сделают своё дело, нам же останется добить тех, кто избежит стрел, а также спрятать тела.

Всю дорогу до места засады отряд Ордена портил мне нервы, капризы и претензии священников так надоели, что из головы давно вылетели всякие мысли о том, что веду невиновных на смерть. К своему несчастью, брат Антоний отправил со мной настолько злобных и самоуверенных своих подчинённых, что убивать их мне стало нисколько не жаль, сопровождавшие меня наглые морды сомнений в верности выбранного решения не оставляли. Вот окажись в этой группе такой священник, как, например, тот, что жил неподалёку от моего замка, в соседнем селе, то рука бы точно не поднялась, настолько искренним человеком, распространявшим веру добрым словом и личным примером, он был.

Я и телохранители несколько раз обсуждали своё поведение во время нападения, поэтому я не замешкался, когда увидел впереди оговорённую примету — ряд высоких скал с узкой горловиной прохода между ними. Отряд втянулся в него, и буквально через секунду в воздухе загудело множество стрел. Я ехал впереди отряда, Рон и Загиял замыкали его, и мы, как и было многократно обговорено, дружно свалились с лошадей и заползли за камни. Нашему примеру успели последовать самые опытные и внимательные паладины, все же остальные, хоть и тоже через мгновение попадали с сёдел, но, в отличие от нас, уже мёртвыми.

Обстрел закончился так же внезапно, как и начался, и из-за поворота на нас вылетели конники в одеждах кочевников. То, что это был маскарад, стало ясно, когда они приблизились, лица под тяжёлыми тюрбанами с металлическими навершиями не были смуглыми и узкоглазыми.

Сразу же закипела драка, и тут я понял, каким образом паладины ухитрились победить магов и так запугать остальных людей. Выжившая пятёрка, соскочившая с коней сразу вслед за нами, встретила атаку с обнажёнными мечами, а когда всадники попытались смять их с наскоку, вокруг паладинов начал сгущаться воздух и образовался медленно колышущийся полог, видимый невооружённым глазом.

Все, кто пытался прорубить её, ни с чем отскакивали назад, а вот паладины уже несколько раз весьма успешно контратаковали, задев двух лошадей.

— Пора и нам вмешаться, — похрустел пальцами шаман, тихо поднимаясь на ноги, — причём побыстрее, пока наёмники не перепугались и не сбежали.

— За мной, — Рон расчехлил копьё и скользнул к пятёрке, я присоединился к нему, прихватив с собой новенькое копьё, подаренное мне перед отъездом гвардейцами.

«Офигеть, — мелькнуло у меня в голове, пока я пялился на защитный купол паладинов, — первый раз вижу в этом мире магию». Впрочем, обдумывать это явление мне стало некогда, поскольку я ввязался в бой и все посторонние мысли были из головы выкинуты.

Уже потом, когда мы, едва переводя дух, сидели с нубийцем на земле, я твёрдо понял, что в книжках, которые я читал о магах, писали правду, хотя и приукрашенную. Одолеть пятерых паладинов без шамана было бы попросту невозможно. Наши атаки из-за странного щита, который они поставили, не наносили им никакого ущерба, они же с лёгкостью отбивались, защита как оказалось, была односторонней, и их мечи вполне нас доставали. Попытка обстрелять паладинов успехом не увенчалась, стрелы тоже отскакивали от щита.

— Это их пять было, — я хрипло закашлялся и сплюнул липкую слюну на землю, — а если бы не полегли остальные?

— Хана была бы, но уже нам, — шаман, устало пошатываясь, упал рядом. — Всё, на что меня хватало, это прорывать ненадолго их коллективный щит, а будь их больше, вряд ли бы даже это получилось.

— Хорошо хоть, наёмники стрел не пожалели, — нубиец покачал головой, косясь на трупы паладинов, лежащие неподалёку и больше похожие теперь на ежей, настолько они были утыканы стрелами.

— Радуйся, что живы остались, — шаман покачал головой, — впервые дрался с таким сильным противником.

— Я вообще впервые сталкиваюсь с магией, да ещё и с такой, которую видеть можно, — я прилёг на землю, мышцы от перенапряжения всё ещё нервно подрагивали. Пока шаман манипулировал с щитом, а наёмники пускали в образующиеся бреши стрелы, мы с нубийцем и ещё пятью воинами старались удерживать паладинов на месте, не давая приблизиться к Загиялу. Далось нам это с огромным трудом, даже неутомимый нубиец был выжат как лимон, что уже говорить про меня и остальных.

Осмотрев тела в поисках недобитков, наёмники, не говоря ни слова, погрузили своих погибших и раненых на лошадей и уехали, оставив работу по сокрытию следов на нас.

— Нужно отдохнуть и начать перетаскивать трупы в тот лесок, — я махнул рукой в сторону леса, зеленевшего неподалёку от скал. — Может, овражек какой найдём, или яму побольше — прикопаем. Да и место боя прибрать бы, пока случайных свидетелей не принесло.

— Ещё минут двадцать, — морщась, простонал Рон, с кряхтением стаскивая с себя побитую в нескольких местах кольчугу. — Такую хорошую вещь испортили, — с сожалением посмотрел он на неё, — придётся гномов просить, чтобы заменили повреждённые кольца.

— Радуйся, что всего лишь кольчугу помяли, а не выпотрошили, как тех, что наёмники с собой забрали.

— Предлагаю начать, пока не стемнело, — шаман тяжело поднялся, — а то и до завтрашнего дня не управимся.

— Тяжеленные-то какие, — Рон подхватил за ноги одного из паладинов и поволок его к пятёрке выживших после нападения лошадей, которые не разбежались, а остались стоять, позволив нам их стреножить. — Соберём их всех в одну кучу, потом привяжем за ноги к лошадям и оттащим в лес, — предложил он, возвращаясь. — Не на своём же горбу этих кабанов таскать.

— Стой, сначала обыщем преподобных, — заявил я и направился к трупам, кряхтя и припадая на ушибленную ногу. Служителей Единого — а вернее, клевретов брата Антония — которые полегли при первом же залпе, наёмники, по моей просьбе, не тронули, но паладинов ободрали чуть не до исподнего, забрав всю броню, оружие и припасы полёгшего отряда.

Ничего интересного в карманах святош мне обнаружить не удалось, поэтому забрал у них только довольно тугие кошели с золотом. «Зачем, интересно, им золото понадобилось, если они собирались смирение и воздержание проповедовать? — хмыкнул я, оттаскивая трупы к куче Рона. — Разве только если подкупать кого-то…».

Слова Загияла оказались пророческими, на то, чтобы найти подходящую яму, образовавшуюся после падения огромного сухого дерева, перетаскать в неё все трупы и засыпать общую могилу, нам понадобилась вся ночь и часть утра. Вымотанные до предела, мы сумели только отойти подальше, повалиться на траву и вырубиться мёртвым сном. Проснулись только к полудню следующего дня.

— Наконец-то можно ехать спокойно, без того, чтобы постоянно следить за своим языком, — облегчённо вздохнул нубиец. — Надоели мне эти святоши — сил нет.

— Надоесть-то они, конечно, надоели, но вот священника в посёлке надо будет завести, — я задумчиво поскрёб подбородок. — Старосты уже достали меня своим нытьём, мол, некому нормально повенчать молодых, новорожденных покрестить, не говоря уже о том, чтобы отпеть умерших. Сами они, видите ли, не успевают всем этим заниматься.

— А гномам как это объяснишь? — удивился Рон после моих слов, он знал моё истинное отношение к религии.