— Заметил, — признался Фрейм. — Да, сильно отличаются — ваши книги скучные и непонятные.
Марвин улыбнулся. Конечно, робот не сумеет оценить глубину чувств автора: «На губах Челленджера играла ангельская улыбка, отчего щеки его вздулись яблочками; желчная гримаса исчезла с лица Саммерли, уступив место выражению благоговейного восторга». Фрейм так и не осилил «Затерянный мир» Артура Конан Дойля.
— В конце концов, никто никого не заставляет читать неинтересное, — сказал Марвин, и робот утих.
Недалеко в бурном потоке спешили по делам роботы, среди них терялись немногочисленные андроиды и совсем не попадались люди. Выходной близился к обеду, и Марвин ощутил одиночество. Родители вот уже четыре года пропадали на всевозможных конференциях и в лабораториях, пытаясь решить проблему черной дыры. Об этом говорили повсюду, но Марвин, как любой другой ребенок, просто не верил, что с ним может что-то случиться. Времени оставалось совсем немного, но он не сомневался — ученые найдут выход. Ведь среди них его мама и папа.
— Ладно, пойдем ко мне? Пока я буду обедать, ты можешь посмотреть какой-нибудь фильм, а потом я присоединюсь к тебе.
Фрейм часто бывал у Марвина и называл квартиры людей свалками. Он не мог понять, зачем держать у себя столько лишних вещей. Роботы хранят в боксе самое необходимое: запчасти, устройство для подзарядки, канистру с машинным маслом, ну и, конечно, визор с парой сотней каналов. Требуемый минимум для работы и проявления творческих способностей, пускай Марвин и считает, что конечный продукт выходит низкого качества. Фрейм еще два столетия назад отвел в боксе специальное место под стеллаж с комиксами и учился их рисовать.
Робот прямиком направился в детскую, а Марвин, оказавшись на кухне, включил визор. На экране возились ученые из главного исследовательского центра. Когда они только узнали о приближении черной дыры, то засыпали Совет предложениями о ядерных боеголовках, чтобы изменить траекторию объекта. Позже люди остыли, отбросили эмоции и прибегли к помощи интеллекта, генерируя просто фантастические идеи.
Группа британских ученых предложила собрать воедино облако Оорта и сделать из него еще одну черную дыру, которая засосет мелкую блуждающую. Но они не знали, что потом делать с новоявленной дырой, хотя уверяли, будто та не будет нести опасности. Даже наоборот — вращаясь по орбите, она сможет «подчищать» космические тела, стремящиеся пересечь границу Солнечной системы. Но идею Совет все равно отклонил, сославшись на то, что столь массивный объект со временем поменяет орбиты тел в системе. Тогда планеты и Солнце будут вращаться вокруг него.
Японские ученые предложили разработать специальную сферу и поместить в нее черную дыру, чтобы нейтрализовать силу притяжения силой отталкивания сферы. Русские же решили эту сферу «вывернуть наизнанку» и «надеть» на Землю с Луной, чтобы рядом проходящая черная дыра не смогла зацепить планету. Совет счел невозможным при нынешнем уровне знаний соорудить подобную защиту в короткие сроки.
Однажды против дыры предложили использовать роботов. Этот вариант до сих пор нравился Фрейму, и он расстроился, когда Совет отверг идею. Два года назад американцы придумали запустить к черной дыре около сотни роботов. Находясь на расстоянии, близком к горизонту событий, они бы специальным устройством разложили ее на газы. Устройство еще предстояло изобрести, а Фрейм был готов к полету хоть сейчас.
— Передачу смотришь? — вошел в комнату Марвин, после того как перекусил. — Мне пора делать домашнее задание. Мама и папа скоро будут звонить…
— Можно я еще побуду здесь? Никто пока не пришел.
— Хорошо. — Марвин уселся на кровати. — Поищи новости, может, расскажут что-то новое о Ковчегах.
Фрейм переключал каналы. Мультфильм «Робот в сапогах» — редкое развлечение в последние годы — сменила реклама розового корпуса со стразами. Даже известие о конце света не оставило мир без гламура для роботов. Через несколько каналов попался андроид, ведущий репортаж из специального дока на Луне.
Позади корреспондента кипела работа. Сотни роботов сновали по палубам, строя Ковчеги. Ни Марвин, ни Фрейм не догадывались, что крылось за этим древним названием. Они только знали, что человечество сможет покинуть Солнечную систему, избежать гибели. Фрейм всегда говорил, что звезды не такие уж и далекие, главное — запастись книгами, фильмами и комиксами, и тогда двести лет полета не покажутся длительным сроком.
Марвин понимал, что со временем на палубе Ковчега прошлая жизнь представится сном, забудутся день и ночь, изменчивость погоды и океан. Но другого выхода может и не оказаться.
Робот-корреспондент поведал о том, что тысячи Ковчегов уже готовы принять всех ученых и более половины роботов. Через год достроят остальные, и тогда все судна запустят с поверхности Луны. Черная дыра как раз приблизится к облаку Оорта. В невесомости Ковчеги соединят в один большой корабль. В длинном перечне полезных вещей, которые обязательно отправятся в полет, произведений искусства, разумеется, не было.
Марвин сглотнул ком в горле и подумал, что слишком легко человечество отвергло историю. Труды искателя закономерностей Леонардо да Винчи используют все ученые до сих пор. А ведь он был сторонником «познавательной живописи»… Размышления Марвина прервал зуд в ухе — имплантированный под кожу передатчик реагировал на импульсы дверного сканера.
Марвин слегка сдавил мочку уха и посмотрел на ладонь. На ней появился экран, и словно из окна другого мира показалась уставшая мама. Откуда-то сбоку послышался раздраженный голос отца. Родители стояли у входной двери и о чем-то спорили.
— Фрейм! Родители вернулись. Быстрее, я выпущу тебя через заднюю дверь! — Марвин посмотрел на робота извиняющимся взглядом.
— Да ладно, я все понимаю. — Фрейм направился в коридор и едва не уперся в живот, входящего в дом отца.
— Марвин! Вместо того чтобы прочесть наше сообщение и разогреть еду, ты торчишь здесь вместе с… роботом?!
Ответить было нечего. Фрейм разогнал колесо на полную мощность и, не попрощавшись с другом, выехал на улицу. Марвин попытался его догнать, но отец схватил за футболку.
— Мы еще не договорили, — строгий тон не предвещал мягкой беседы.
— Я не потерплю в своем доме это колесо!
— Он мой друг. — Марвин едва сдерживал слезы.
— Мало того что рисованием увлекся, так еще и с роботами дружишь! Что ты сделаешь завтра? Бросишь школу?
— Ну, милый, успокойся, — вмешалась мать. — В конце концов, это не смертельно. В отличие от черной дыры — вот куда тебе следует направить агрессию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
