что же, Ульрон на это тоже рассчитывал. Все-таки сообразительный малый.
С этими мыслями я шмыгнул в дом, где рядом с входом у стены лежало крест-накрест две полусгнивших доски. А грязь на двери обозначала, что открывать дверь полностью нельзя. Открыв дверь на минимальную длину, я прошмыгнул внутрь. Краем глаза заметив, как метрах в десяти уже приближались первые торопыги. Не теряя времени, я побежал на второй этаж. На лестнице схватив кресало и аккуратно перепрыгивая помеченные ступени рванул вверх. Уже приближаясь к нужному окну, чуть свернул к куче мусора. Сухого мусора. Ульрон долго сушил его и таскал сюда все, что может гореть и хорошо дымить. Даже высушил какие-то сухие листья. Приблизившись к куче, я начал очень быстро чиркать кресалом. Не умел я им работать, и не догадался поучиться. И тут мне пришли мыслеобразы как именно надо бить по нему и как лучше направлять искры. Чуть исправившись, сразу добился результата, отправляя мысленное спасибо Альфреду. А кто еще мог в этом помочь? Выручил, чертяка. Парой движений раздул огонек, который разгорелся в полноценный дымящий костер. Сигнал подали. С нижнего этажа послышался шум и чей-то вой. Видимо приветствие в виде заточенной деревяшки не пришлось им по вкусу.
— Он где-то здесь, ищите тварину! И помогите ему отойти, — раздался хриплый голос снизу, и крики несчастного прекратились. Видимо помогли добрые люди закончить его бренный путь.
— Он на втором этаже, тут пожар! Он нас сжечь хочет! — а это уже какой-то пискляво-панический голос. Тут же послышался звук удара и неразборчивая команда. И скрипы лестницы. Шум, хруст досок и чей-то болезненный крик. Я же подбежав к лестнице, дернул за шнур веревку и все собранные, подвешенные и перевязанные под потолком обломки с хорошим таким хрустом обрушились вниз. Снова крики, маты, паника.
— Уууууу! — раздался чей-то вой. Видимо того несчастного что изначально проломил те самые подгнившие доски, которые были еще и заранее подпилены. А под ними вместо пустоты находились ржавые гвозди, образуя елочку с двух сторон. Наступишь на такую прелесть и нога как в капкане. Чем сильнее пытаешься вытащить, тем тебе становится хуже.
Не дожидаясь, когда они очухаются, рванул к окну и выбрался на крышу. Затем аккуратно ступая по крыше, пошел к сторону ближайшего дома, где была протянута веревка на соседнее одноэтажное здание. Там же было что-то вроде ремешка для спуска. Взявшись за него правой рукой, начал съезжать. Но видимо ребята что-то не рассчитали. Когда уже подъезжал к концу пути, что-то в начальной точке то ли лопнуло, то ли надломилось, и я резко рухнул вниз. Только и успел, что замедлить время, и благодаря этому сгруппироваться. Даже сделал перекат. Но крыша не выдержала моего падения, и я просто провалился внутрь. Грохот, пыль и прочие радости жизни. А главное кусок дерева впился в ногу. Не критично, не столь болезненный, но… «Добегался», — таков был вывод, когда вытащив деревянный обломок и наскоро перевязав, я попытался встать на ноги. А нога решила, что она не готова держать вес Ульрона из-за чего подломилась. Это, похоже, был конец. Кое-как добравшись до выхода, я приготовился принять последний бой. В этот неудачный момент, похоже очнулся и Ульрон. Который быстро оценил состояние своего тела, и от него повеяло такой тоской вперемешку с сожалением, что мне самому тошно стало. Сжав посильнее зубы, я вышел во двор, и удивился, увидев Лиру, что подпирала дверь дома. Окна были заранее подготовлены к закрытию. В идеале мне нужно было их запереть, и возможно кто-то из преследователей сгорел бы или надышался дымом. Но что-то я слишком задержался… а еще это падение… Но Лира? Как она оказалась здесь так быстро? А работала она уверенно. Подперев дверь, стала поджигать разложенный возле дома мусор. Благо навалил эти кучки Горх с Ульроном заранее. Правда, не много, не было на них сильной надежды. Как оказалось зря. Второй этаж уже вовсю дымил и, похоже, весело горел. Повезло, что в последние дни не было осадков. Снизу дым и огонь тоже активно расползался. Оглядевшись, я понял, что тут был и Горх. Он стоял с двумя тесаками, перевязанный тряпками, на которых проступала кровь в окружении десятка людей. Многие из них были искалечены или убиты. Похоже, из числа тех, кто следовал по другой улице. Или остался снаружи? И победителем вышел бугай.
Бандиты, запертые в доме, похоже, вконец потеряли всякую надежду на выживание и просто прыгали со второго этажа. Лире оставалось лишь ударить им по голове копьем как дубиной. И те после парочки хороших ударов теряли сознание. Один даже в падении умудрился сам сломать себе шею. Остальным же везло больше. Лишь несколько сломали ноги и руки. Когда последние прыгуны закончились, а в доме всё ещё раздавались крики и мольбы о помощи, дверь открыли. Оттуда тут же вырвалось трое. И один из них был мой старый знакомый, тот самый Бывалый. Он, как мне показалось, единственный представлял хоть какую-то опасность. Но нападать они не спешили. Здраво оценив ситуацию, глянув на меня и Горха, ощетинились. Но был один фактор, который все портил. Каждая секунда, каждая минута управлением тела стоила мне личной энергии. А энергии у меня не так уж много. Мне было жаль каждой потерянной капли силы. Оглядевшись еще раз, Я понял, что Горх справится и без переломанного калеки, которым представлялся сейчас Ульрон. Помочь я ему… А хотя? Энергии практика уже достаточно накопилось, и я чуть хромая двинулся вперед. Меня, точнее Ульрона увидели.
Горх лишь нахмурился, но повернулся обратно к бандитам. А вот Лира вскрикнула и побежала в мою сторону. Что уже меня заставило нахмуриться. Ладно, не буду мешать молодым. С этой мыслью я связался с Ульроном и чуть его взбодрил, отдавая ему управление. Тот видимо не ожидал, что у его тела не лучшее состояние. Так что стоило ему взять контроль над телом и почувствовать весь спектр ощущений, как он тихо вскрикнул и рухнул на землю, что явно не прибавило ему здоровья. По крайней мере, от него пошли такие эмоции, словно бедолага хочет заорать во весь голос. Но пацан держался, молодец. Помню, когда мне впервые проткнули ногу ножом и прокрутили его там, мне тоже хотелось орать. Да я тогда и орал благим матом. Но сейчас ощущения, возможно из-за того, что я управлял все-таки телом дистанционно, были чуть более блеклыми. Или я привык
