Читаем без скачивания Странник поневоле - Борис Долинго

Богдана никто не учил специально ходить по лесу бесшумно. Однако он много читал об охотниках и следопытах – например, те же книги Фенимора Купера. Поэтому у него имелось некоторое теоретическое представление о том, как «не вспугнуть врага раньше времени». Живя значительную часть жизни на Урале, он с отцом часто бывал в лесу и там, ещё в детстве, бродя в поисках грибов, невольно начинал примерять свои теоретические навыки «следопыта», стараясь двигаться так, чтобы не треснул сучок под ногой, и не выдала качанием и звуком ломаемая на ходу ветка.

Надо отдать должное, некоторые навыки далёкого детства, которые сохраняются в памяти лучше всего, сейчас были как нельзя кстати. Сильно мешал мешок за спиной, но Богдан не собирался возвращаться к покинутой баронессе Диане и слуге Давиду, и поэтому не оставил своё снаряжение там. Теперь постоянный контроль за тем, как и куда поставить ногу и как бы не выдать себя, зацепив «сидором» за ветки, замедлял движение, но шёл Богдан довольно тихо.

В лесу посвистывали вечерние птицы, и ещё только ветерок создавал некие фоновые звуки. Именно это позволило ему услышать негромкие голоса впереди. Голоса раздавались из-за продолговатого холмика, образовавшегося на месте давным-давно упавшего толстого дерева, которое уже давно забросало опавшей листвой, занесло землёй, в результате чего поверх вырос дёрн и даже молодые деревца. Только остатки могучей корневой системы ещё выступали с одного конца этого вала.

Богдан затаился – голоса продолжали доноситься, несколько раз что-то негромко звякнуло.

Решив проверить, кто скрывается за холмиком, он сбросил мешок и пристроил самые громоздкие части своей поклажи в кустах, и почти ползком двинулся вперёд.

Голоса стали слышны отчётливее. Осторожно раздвинув ветки шиповника, Богдан чуть не издал возглас, в котором одновременно бы отразилась радость и некоторая досада. Радость заключалась в том, что среди группы спешившихся всадников, стоявших среди лошадей, он увидел графа Конрада, то есть человека, который являлся в данной ситуации скорее другом, чем врагом. Досада была связана с этим же обстоятельством: друга не совсем удобно просто так бросить.

Некоторое время Богдан наблюдал из кустов за маленьким отрядом. Среди всадников имелись две женщины, сидевшие явно не в дамских сёдлах. Мужчины – их было пятеро, включая графа, – что-то обсуждали. Разговоры велись о том, как лучше всего ускользнуть от отрядов герцога Карла.

Прикинув, Богдан решил, что ему всё-таки повезло. Во-первых, это были не враги. Во-вторых, для него в данной ситуации было бы хуже, если бы он натолкнулся на того же Тассилона и короля, вкупе с баронессой Феофаной: этих людей он уже точно не смог бы оставить. Перед графом Конрадом Богдан не имел каких-либо обязательств, следовательно, мог расстаться ним в любой момент. Поэтому он решительно позвал из-за кустов.

В маленьком отряде встрепенулись, оборачиваясь в сторону голоса, прозвучавшего из леса. Мужчины схватились за мечи, а женщины испуганно начали озираться.

Увидев, что это не кто иной, как «барон Богдан», граф вложил оружие в ножны и сделал успокаивающий знак свои людям. Богдан спустился с холмика и подошёл к графу.

Выяснилось, что граф и его отряд пробились через вторые ворота. О судьбе короля Конрад знал лишь то, что Хруодланд был в самом начале нападения легко ранен стрелой и Тассилон тайно сумел вывести его за пределы замка, пока все силы защитников сдерживали нападавших, которым предатели открыли главные ворота. Насколько можно было судить, нападавшие не поняли, что Хруодланда увезли, и, как рассчитывал граф, вряд ли пока начали погоню. Как сказал граф, с королём уехало несколько дам, в том числе сама королева, принцесса и баронесса Феофана.

На замок напал сравнительно небольшой отряд новофранков, и если бы не вероломная неожиданная атака, они вряд ли сумели бы овладеть резиденцией короля, несмотря на то, что у Хруодланда здесь имелся лишь крохотный отряд рыцарей-вассалов. Однако и время для атаки было выбрано удачное: рыцари, участники турнира, находились без доспехов и почти без оружия.

У Богдана немного отлегло от сердца, когда он услышал, что король и главные придворные покинули замок – значит, можно ещё ожидать серьёзного сопротивления войскам Карла, вторгнувшимся в Астерию. Богдан очень подивился неведению Тассилона, считавшего, что пока ждать прямого нападения со стороны герцогства Новофранкия не стоит. Впрочем, подобные вещи имели место и в родной стране Богдана, где при куда более развитой системе оповещения нападение Германии в 1941 году явилось катастрофической неожиданностью.

– Я очень рад, что вы с нами, барон! – сообщил граф Конрад.

Богдан задумчиво покивал и, отведя графа в сторону, сказал:

– Вынужден вас огорчить, граф – к глубокому сожалению, мне придётся продолжить свой путь одному. Увы, если я сейчас начну сражаться здесь, то могу никогда не добраться до своей родины. А меня ждут важные дела, поверьте. Возможно, я вернусь к вам позже.

– Ценю вашу скромность, барон, – возразил Конрад, – но если вы думаете, что вас кто-то осудит за то, что вы в этом столпотворении потеряли меч, знайте, что из моих людей никто не посмеет не то что так сказать, но и просто подумать. У нас есть оружие, и я с большим удовольствием предложу вам отличный клинок…

Очевидно, граф, не видя у Богдана привычного оружия, посчитал, что свой меч тот потерял. Принять за серьёзное оружие нож и какую-то штуку, заткнутую за пояс, Конрад, разумеется, не мог.

Землянин слабо улыбнулся:

– Дело не в этом, граф. Поверьте, мне хочется помочь Астерии, королю, вам и барону Тассилону, к которому я питаю самые тёплые чувства, но… Увы, увы! Я должен идти своим путём. Желаю всем удачи и победы над вероломным Карлом. Моё почтение баронессе Феофане, мне жаль, что не увижу её в ближайшее время, но я рад, что она спаслась.

Граф задумчиво пожевал губами:

– Жаль, ей богу жаль, барон, что вы хотите нас покинуть. Славная будет битва, уверяю! Что касается баронессы Феофаны – мне показалось, что она вас заинтересовала. Со своей стороны могу уверить, что вы заинтересовали её неимоверно…

Богдан криво улыбнулся, вспоминая остаток последней ночи, проведённый с Феофаной, – казалось, это случилось уже целую вечность тому назад.

– Поверьте, для вас это могла бы быть отличная партия! Её родители – знатные люди, а ходатайство рыцаря Тассилона и самого короля, безусловно, убедило бы их благословить этот брак.

«Ну да, – с сарказмом подумал Богдан, – мечтал жениться на баронессе и прожить остаток жизни в замке. Хотя, чёрт побери, если бы иметь возможность легко выбираться в тот же дворец, когда приспичит – то чем не приключение? Барон, блин, Богдан – муж баронессы Феофаны».

– Дорогой граф! – ответил он. – Я был бы счастлив подобному повороту событий, но не считайте меня трусом. В ваших боях я плохой помощник – скажу откровенно, что в краях, откуда я родом, не умеют сражаться на мечах, плохо ездят верхом, и так далее…

– Но вы же как-то сражаетесь! – прервал его граф. – Используйте то, что можете!

Богдан внимательно посмотрел на Конрада – неужели ему что-то рассказал Тассилон? Нет, надо скорее уходить!

– Вы считаете, что один воин, почти безоружный, что-то решит? Так, увы, не бывает. В общем, граф, я вынужден вас покинуть. Если сумею вернуться домой, то постараюсь вернуться на помощь к вам. Пока же, честное благородное слово, мне не стоит вмешиваться в местные интриги. У нас с его светлостью Хруодландом и бароном Тассилоном был некий план, и я искренне желал помочь, но всё сорвалось из-за вероломного нападения герцога Карла, и теперь моё вмешательство здесь, увы, может лишь навредить.

Граф Конрад оглянулся на своих людей, взял Богдана под локоть и отвёл в сторону.

– Послушайте, в известной мере я вас понимаю, и я вам, поверьте, не судья… Но не кажется ли вам, что страх за свою жизнь не слишком красит рыцаря…

– Мой дорогой граф! – почти вскричал Богдан, которому изрядно надоели упражнения в светскости и в попытках окончательно сказать «до свидания». – Если вам угодно думать, что я боюсь, что ж, извольте! Но я уже сказал вам, что у меня есть свои… э-э… обязательства у себя на родине.

– Помилуйте, барон!.. – начал Конрад.

– Ох, не надо, дорогой граф! Одним словом – мне пора. Если будет возможность, я приду на помощь Астерии, но не раньше, чем доберусь до своего дома.

«Впрочем, до своего ли? – тотчас подумал Богдан, произнеся эти слова. – И что ещё меня там ждёт? Но надо действовать решительно, А то простою тут, сочиняя оправдания, ещё чёрт знает сколько. Потому их и перерезали в замке – слишком много болтали!»

– Прощайте, граф! Спасибо за всё, и не поминайте лихом!

С этими словами Богдан поклонился, решительно повернулся и двинулся в сторону, в которой, согласно карте, лежала интересовавшая его точка перехода. Однако уже через секунду он, чертыхнувшись про себя, вернулся ведь забыл, что оставил в кустах свой «сидор».