Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

— Кости Императора! Как мы мчимся!

Кейра помахала, успокоившись, и указала немного влево, прямо к посадочной площадке, которую она выбрала. Кирлок кивнул и подстроил свой курс, немного неуклюже, но с растущей уверенностью.

Оставив его с этим, Кейра опять полетела вперед, намереваясь проследить за безопасной посадкой Элиры. Видимо дурные предчувствия Гвардейца были забыты под тожественностью момента, но потенциально опасная часть спуска все еще продолжалась.

Айсенхольм, Сеферис Секундус 096.993.М41

— Леди Кейра? — спросил Дрейк, облокотившись на перила кабельной станции, к которой они вышли вскоре после того как оставили забегаловку.

Был уже поздний вечер, и платформа была почти пуста, представляя сплошной мягкий блеск, который всегда сопровождал Айсенхольм по ночам. Везде, куда смотрели мужчины, проникал свет стеклянного города, превращая дневную драгоценность в что-то более напоминающее галактику, которую постоянно закрывали несущиеся облака, подсвеченную изнутри неисчислимыми личными фонарями, которые вместе создавали мягкое, безмятежное свечение стекловидного пейзажа.

Хорст пожал плечами, чувствуя себя несколько смущенным.

— Это просто первое имя, которое пришло мне в голову, — признался он.

Вряд ли это было удивительным, учитывая как часто его мысли возвращались к девушке, после его сбивающего с толку разговора с Элирой этим утром. Если псайкерша была права и молодая ассассинка влюбилась в него, он совершенно не представлял что делать с этим. О понятном и бесчестном поведении не могло быть и речи. Даже если, милостью Императора, им удастся это сделать, это приведет к расколу команды, разделит верность и поставит под угрозу операцию. И даже если нет, что было намного более вероятно, последствия окажутся смертельными.

Кроме того, он не чувствовал к ней того же, к этому маленькому, раздражающему и надоедливому ребенку, или чувствовал? Он не мог отрицать, что находит ее привлекательной, чисто с физической точки зрения, но у них не было ничего общего, кроме преданности Инквизиции.

Физическая сторона вопроса могла быть великолепной, не надолго, но рано или поздно нужно будет разговаривать, проводить время вместе, заботиться друг о друге, а это просто не произойдет. Они просто слишком разные.

— Я не могу понять этого, — осторожно сказал Дрейк, забывая о внутреннем беспорядке своего товарища. — Она не производит большого впечатления, не так ли?

Затем он пожал плечами.

— Мы возвращаемся назад?

Хорст хотел кивнуть, но в голову пришла лучшая мысль.

— Не совсем, — ответил он.

Ему нужен был совет из источника, намного авторитетнее, чем чисто человеческий.

— Ты не знаешь по пути вниз никаких храмов?

Горы Горгонид, Сеферис Секундус 096.993.М41

Земля приближалась слишком быстро, пятном движения, у Элиры едва хватило времени отметить это. Было почти полностью темно, слабый водоворот снега, переносимого ветром ударил ее в лицо, и чувство отрешенности, которое она испытывала летя над миром полностью исчезло. С шокирующей внезапностью, горы под ней выросли, гладкие снежные поля, покрывавшие ее склоны, быстро пролетали мимо.

Незначительными пятнами в их гладком белом совершенстве торчали потенциально смертельные скалы из мрачного серого камня, которые, кажется, были готовы выхватить ее с неба. Она отчаянно покачала ногами, опуская концовки крыльев, как учила ее Кейра, и к ее облегчению, снаряжение сразу же отреагировало, поворачиваясь за едва различимым силуэтом ассассинки впереди нее. Вторая тень шла параллельно ей, освещенная искусственным светом города над головой, и она взглянула вверх, увидев Кирлока в паре метров выше и почти на пару корпусов впереди, его огромная физическая сила даровала ему удивительный контроль над своими крыльями.

Они направлялись в узкую долину, где деревья казались тоньше и Элира осознала, что цитирует один из катехезисов, выученных в детстве, упрашивая защиты Императора. Кейра немного приблизилась, легко взлетев почти на корпус над ними и Кирлок сделал тоже самое, кажется, он обретал уверенность с каждой прошедшей секундой.

Почти застигнутая врасплох, Элира изменила угол наклона крыльев, почувствовала внезапный подъем, и еле-еле успела, высоко поднимающиеся ветки цепляли ее волосы и одежду, оставляя жгучие царапины на ее лице и руках, когда она скользнула над верхушкой древесного препятствия. По крайней мере, ее глаза не пострадали. Сердце остановилось на миг, когда она представила, что ее ремни пострадали или ткань крыльев разорвалась, но снаряжение держалось, и тогда они быстро устремились в направлении открытого заснеженного пространства, окруженного деревьями.

Кейра приземлилась первой, отбросила ногами управляющие стремена, с легкостью встав на ноги, гася инерцию парой шагов вперед. Когда она остановилась и сбросила ремни, она развернулась проследить за приземлением своих протеже.

Кирлок упал тяжело, с потоком снега и ругани, потерял равновесие, запнулся и полетел лицом вперед во впечатляющий дрифт. У Элиры не было времени беспокоится о своем телохранителе в красной бандане, когда земля внезапно появилась из неоткуда, она сильно ударилась. Она кувыркнулась, чувствуя как крепление ее левого крыла поломалось под тяжестью предплечья, она инстинктивно попыталась перекатиться, но ее ремни и стекловолокновый скелет оборудования спеленали ее и не дали двинуться. Что-то ударило ее в голову, и опустилась темнота.

— Грех и проклятье, — сказал голос Кейры, доносившийся откуда-то издалека. — Я говорила Мордехаю, что это дурацкая идея, но кто меня вообще слушает?

— Она в порядке? — спросил Кирлок, его голос звучал еще отдаленней.

— Будет в порядке.

Кто-то схватил Элиру поперек груди и перевернул.

Слабый свет резал ее глаза, и она моргнула, когда лицо Кейры появилось над ней. На мгновение, она подумала, что голову молодой ассассинки окружает нимб, как на иконах святых в часовне ее отца. Затем Кейра шевельнулась, и показалось сияние созвездий города, непостижимо высоко над ними.

— Несколько порезов и царапин и все это будет одним гигантским синяком, но вроде бы ничего не сломано.

— Тогда может быть мы начнем, — сказала Элира, силой заставляя себя сесть, пораженная тем, что болело почти все.

Она выцарапалась из ремней и поняла, что они пришли в полную негодность.

— Позволь мне, — сказал Кирлок, срезая ремни и освобождая ее с помощью чего-то похожего на стандартный Гвардейский боевой нож.

— Спасибо.

Элира приняла протянутую руку, подтянув себя, и постаралась проигнорировать маленькие фейерверки боли, которые охватили ее левую руку, когда она освобождалась от остатков ремней крыльев планирования. Они никогда больше не полетят, это было очевидным. Кирлок выглядел немного помятым, но все еще работоспособным, и Кейра, конечно же, до сих пор была в отличной форме.

— Где мы?

— Нижние склоны, выше главной выработки, — ответила Кейра. — Я была тут раньше, на разведке.

Она начала сворачивать свои крылья, в слабом сиянии света от города над головами и жестом указала Кирлоку заняться тем же. Элира прохромала мимо нее и последовала за ними, но ассассинка остановила ее.

— Нет, оставь их на виду. Я подготовлю легенду, если кто-нибудь вздумает проверить.

— Отлично.

Баюкая свою пульсирующую голову, Элира наблюдала, как остальные пакуют свое оборудование.

— Где ты спрячешь остальные?

— Сразу за линией деревьев.

Кейра указала на окружающий лес, и Кирлок одобрительно кивнул, пара снежинок пронесло мимо них в усиливающемся ветре.

— Хорошая мысль. Скоро будет очень снежно и их не особо засыпет.

— Снежно? Хорошо.

Кейра закончила упаковывать свое оборудование.

— Снег отлично заметет наши следы, — она нажала на комм‑бусину в ухе.

— Хибрис, ты меня слышишь? — ответ был явно положительным, потому что она тут же энергично кивнула.

— Хорошо. Мы сели.

Затем возникла короткая пауза, во время которой она взглянула на Элиру с некоторым весельем.

— Все верно. Никаких проблем.

Глава десятая

Айсенхольм, Сеферис Секундус 096.993.М41

— Хорошо, Адрин определенно был там всякий раз вместе с Тонисом, — сказал Векс, отрывая взгляд от чрезмерно украшенного инфо‑планшета, лежащего перед ним на столе в гостевой комнате виллы.

Он изучал данные в нем уже несколько часов и начал формировать предварительные выводы, несмотря на слабое раздражение от того, что они так бесчувственно украсили бедную машину бесполезной мишурой, вместо того, чтоб выгравировать на ней более подходящую икону Омниссии, которую заслужило это отличное оборудование.