светлой коже.
— Я здесь, господин!
Верная служанка как всегда была готова исполнить любое пожелание целителя.
— Свистни посыльного! — бросил старик раздраженно.
— Сию секунду! — поклонилась молодая еще девчушка вот уже третий год работавшая у целителя.
Да, характер у Торопова был не сладкий. Но и хорошего в работе на приму было немало: он оплачивал все «неудобства», следил за здоровьем своей собственности… Ну а девственность перед увольнением и восстановить можно будет. И, если и не Василий Ярославович этим займется, то скопленных денег вполне хватит на целителя ранга поменьше.
Сам старик подобрал с дивана чашку из-под кофе и взвесил ее в руке, задумчиво глянув на стену. Однако разум возобладал. Дорогова-то выйдет так каждый раз переживать. Потому он аккуратно бросил посуду прямо в центр крупного пятна. Хуже все равно не будет.
Сделав короткую дыхательную гимнастику, он направился к рабочему столу, на ходу прикидывая, что именно хочет написать в своем послании. К тому времени, как прибыл мальчишка-курьер, он уже закончил.
— Доставишь на Лиговский, — коротко бросил он, собственноручно протягивая пацаненку небольшой конверт. — Заведение «Алая Фея».
Мальчишка разом лицом побледнел. Очень уж ему не хотелось отправляться на печально известную Лиговку. Да, не всякий житель северной столицы знал, где находится самая большая скупка краденого и самые злачные заведения города. Однако ни один старожил без веских на то причин не катался на «проклятую Лиговку». Домой можно было легко вернуться без кошелька. А то и без жизни.
Глава 28
Глава 28
— Добрый день! А Илона дома?
Невысокая, но очень ладно сложенная женщина окинула Буровина взглядом Влада с головы до ног. Подозрительным. Парень прекрасно знал, что совсем недавно она справила сорок второй день рождения, но выглядела она не старше двадцати пяти. Да и вряд ли могло быть иначе при всех талантах ее дочурки!
Подозрительность ее тоже была понятна. Семья Ромашкиных который день уже сидела то ли на пороховой бочке, то ли на чемоданах. Простолюдинам тягаться с примой, приравненным к аристократу, очень непросто. Особенно после того, как ублюдочный старик уже раз «намекнул» о последствиях поспешных решений через своих эмиссаров со скверными характерами, извращенными моральными принципами и практически полным отсутствием мозгов.
— Игорь! — крикнула женщина звонким и чистым голосом, не сделав и малейшей попытки распахнуть перед гостями двери.
Впрочем, барон пока не настаивал, Юи, как всегда, сохраняла граничащее с фатализмом безразличие, а с Анечкой молодой человек по пути провел воспитательную беседу. Дважды. В общем, недовольства не испытывал никто.
— В чем дело, Вика? — строго спросил мужской голос откуда-то из недр дома.
Сам глава семейства появился секунд через тридцать. Двигался он как-то грузно и не совсем естественно. Словно каждый шаг давался ему с трудом.
— Кто вы? — хмуро поинтересовался здоровенный бородатый дядька с руками молотобойца, окинув гостей взглядом сверху вниз.
Иначе ему при двухметровом-то росте было сложновато.
— Добрый день, — терпеливо повторил Влад. — Я хотел бы увидеть Илону.
«Хорошо, что парней за Ликой отправил!» — решил он. Девушки за его спиной вид имели весьма мирный, пусть в исполнении Анечки, еще и чуть надменный. Только этот факт не позволил представителя Ромашкиных захлопнуть дверь прямо перед носом названных гостей.
— Это не ответ на вопрос, — констатировал глава семейства, поглядывая в сторону начала улицы. Туда, где только что раздался резкий визг тормозов.
Кажется, кто-то стремился помешать вот уже практически наметившимся переговорам своим внезапным появлением.
— Владимир, — коротко представился парень. — Барон Буровин.
Времени оставалось все меньше. Не они одни прибыли сегодня к небольшому двухэтажному дому на окраине северной столицы, чтобы навестить гостеприимное семейство. Однако молодой человек до сих пор пытался сохранить хотя бы налет вежливости в беседе. Очень не хотелось бы начинать знакомство с грубости. Тем более, парень собирался сделать им предложение и очень надеялся, что Ромашкины примут его по доброй воле.
— Вы, должно быть, Игорь Юрьевич, верно? — продолжил молодой человек, старательно «не замечающий» трех автомобилей, набиравших скорость метрах в двустах от них. Отчего-то он был уверен, что остановятся они совсем неподалеку.
— Верно, — кивнул тот, все еще сомневаясь, стоит ли пускать в дом незваных гостей.
Влад вздохнул и указал пальцем в приближающую кавалькаду.
— Готов биться об заклад, что это по вашу душу, — мирно произнес барон. — Из дома обороняться будет чуть удобнее…
Анечка не позволила себе фыркнуть, зато расстегнула модный дамский пиджачок, демонстрируя револьвер. «Племянница» же привычно происходящему значения не придала. Ей было все равно когда именно вступать в схватку. Ее собственный кодекс чести обязывал быть готовой всегда.
— Проходите! — буркнул мужчина и отступил в сторону.
Неизвестно, что именно сыграло большую роль: тот факт, что с гостями защитников дома становилось ровно в два раза больше или же отсутствие собственного револьвера, что мог бы послужить аргументом для отказа вооруженных гостей.
— Благодарю, — кивнул Влад, делая шаг первым.
За ним привычно шмыгнула Юи.
— Шугани, — попросил он уже готовую шмыгнуть в дом Анечку.
Та неторопливо достала оружия и, ничуть не таясь, вытянула руку в сторону уже затормаживающих авто. Бегло отстреляв три патрона, она переступила порог дома и прикрыла за собой дверь.
— Что… Что происходит⁈ — взвизгнула Вика, прикрывая голову руками.
— Старинная традиция, Вероника Павловна…
Естественно, у Буровина имелось досье на родителей Илоны.
— Это какая? — хмуро поинтересовался хозяин дома.
— Если кто-то, не успев представиться, с размаху бьет в лицо, то он обязательно имеет на это право!
— А ты имеешь? — хмуро поинтересовался Игорь, на некоторое время позабыв, что перед ним, вообще-то, «благородие» с собственной персоной.
Влад на это внимание не обратил. А в ответ на вопрос лишь плечами пожал:
— Ну, пока разберутся… В общем, немного времени у нас есть!
Послышался поспешный топот девичьих ножек по лестнице.
— Мам, пап! — крикнул знакомый голос. — Что происходит⁈
Однако ответ она получила гораздо раньше, чем кто-то из родителей успел рот раскрыть.
— Ой, — воскликнула Илона, замерев и прикрыв ладошкой рот. — Ты!..
— Я, — согласился Буровин, улыбнувшись, но тут же потешно нахмурился. — Ты заставила меня страдать!.. Я пришел мстить!
— Ой, — воскликнула Вика, повторив движение дочери.
— Ох, простите, — повинился Владимир. — Это все мое чувство юмора… не слишком уместное, да…
