старался не смотреть: ну кому, скажите на милость, кому понадобилась его геройская выходка! Лайза тоже делала вид, что с ним незнакома, и вполголоса общалась по-английски со старушкой. Кое-что из сказанного Саша понял и сумел сделать выводы.
Грот подвел итоги первой части операции. По его словам, несмотря на провал основного варианта плана, дела складываются не так уж и плохо. Заложники-иностранцы подвернулись как нельзя кстати. Теперь осталось очень аккуратно обменять их на какое-нибудь приличное средство передвижения. Бандиты сели к столу и начали обсуждать список требований для предъявления тюремной администрации в обмен на жизнь заложников. Настроение у них улучшилось, особенно после того, как они пустили по кругу бутылку коньяку.
Саша, опираясь о стенку, с трудом поднялся на ноги и в сердцах так грязно выругался, что Лайза посмотрела на него с осуждением. Гоблин тоже завозился на полу, медленно приходя в себя.
— Слушай, Грот, — обратился Белов к авторитету— Ты плохо понимаешь ситуацию. Ты попал, на самом деле. Знаешь, кто эти люди? Комиссия Евросоюза по правам человека!
— Тем лучше. Выходит, эта сиреневая миссис Хадсон, покруче будет любого бронежилета. Правда, божий одуванчик? — спросил Грот ничего не понимавшую старушку.
— Бабулю, Грот, точно придется отпустить. И раненого тоже. Ты же никогда не был беспредельщиком!
Грот немного обиделся: кажется, Белов держит его за слабака? В этот момент Билли, до тех пор неподвижно лежавший в углу, начал шарить по полу в поисках очков, его лицо было залито кровью.
— Не двигаться, сука! — авторитет с явным намерением доказать свою крутизну, направился к раненому.
Саша снова не выдержал, встал между ними: в итоге удар достался не заложнику, а Гроту — от Белова, по печени. На этот раз никто не стал вмешиваться в их взаимоотношения.
— Опять ты, Белый, ссышь против ветра, — сказал Грот, отдышавшись. — Не будь банальным. Заика, дай мне букет, — велел он своему убогому ассистенту и снова обратился к Белову — Думаешь, я дебил и ничего не вижу? Дураку понятно, что ты к этой кондолизе неровно дышишь! — он выхватил тюльпаны из рук Заики и подошел к американке.
Саша внутренне сжался и приготовился к атаке, но, как оказалось, напрасно. Грот пригладил ладонью ежик волос на макушке и с ловкостью старого морского волка поклонился удивленной девушке.
— Мисс, — сказал ей он с достоинством, кося глазом на Белова, — разрешите мне от имени российского криминалитета поднести вам этот скромный букет в знак Признательности за вашу, так нужную всем нам, правозащитную деятельность. Ура, товарищи, — он с удовольствием присоединился к гоготу своих шестерок, оценивших, наконец-то, весь смак его издевательской шутки.
Затем последовал короткий, но впечатляющий рассказ о том, как именно он и его близкие поступят с Лайзой, если Саша не возьмет себя в руки и не пообещает вести себя тихо. В противном случае для него тоже найдутся браслеты. Белову не оставалось ничего иного, как пойти на мировую. Растерянная американка застыла с букетом цветов в руке, не зная, как реагировать на поведение этого опасного комедианта, Грота.
— Кончай стебаться, ботало, — устало произнес Саша, — и включи мозги. Пора уже…
В этот момент сработал зуммер допотопного телефонного аппарата, стоявшего на столе служебного помещения. Звонил полковник Медведев, предлагавший бунтовщикам немедленно отпустить заложников и сдаться. В отличие от Грота, ему явно не хватало воображения. И, поскольку взамен тюремный босс не предлагал вообще ничего, даже прощения, стало ясно, что переговоры будут долгими и трудными…
XLIII
Прошло два часа, в течение которых состоялись еще два телефонных разговора. От имени бандитов выступал, разумеется. Грот, а на другом конце провода отметились начальник управления внутренних дел и краевой прокурор.
По указанию Грота Гоблин отцепил «миссис Хадсон» от батареи и, прикрываясь ею, как щитом, выбросил из окна во двор маляву с ультиматумом. Бандиты требовали доставить им четыре автомата Калашникова с запасными магазинами и столько же бронежилетов, подогнать автофургон к воротам изолятора и предоставить борт с запасом горючего до Эмиратов. И еще одно условие: — снять снайперов с крыш соседних домов! Прижатый к стенке полковник Медведев обещал выполнить все требования бандитов…
Снова потекли сначала минуты, а затем и часы ожидания. Гоблин, опять же по наущению Грота, контролировал каждое движение Лайзы, сидя рядом с ней на полу Это занятие ему нравилось, и он всячески демонстрировал Белову, что в любую минуту готов применить насилие:
Несмотря на это Саша говорил с Гротом абсолютно спокойно. Ему уже почти удалось уговорить его передать Медведеву англичанина, который снова потерял сознание. Аргументы Белова были очевидны, а потому убедительны. Во-первых, трое заложников — это слишком много для успешного отхода, двух женщин вполне достаточно. Во-вторых, парень серьезно ранен и нуждается в операции. В дальнейшем он будет только путаться под ногами. А то и вовсе двинет кони, между тем как труп на данном, успешном этапе переговоров никому не нужен.
Реальный же план, который Белов все это время держал в голове, был прост и ясен. Необходимо сначала любыми средствами убедить бандитов отпустить заложников, по крайней мере, двоих из трех. А там видно будет. Внезапно Белову пришла в голову хорошая идея. Решив, что пришло время засветить переданный Федором мобильник, он достал его и набрал номер заводоуправления, К телефону подошла Любочка — будто ждала его звонка. Голос у нее был странный, Саше даже показалось, что она пьяна.
— Люба, не удивляйтесь, это я, Белов, — произнес он «директорским голосом», — немедленно позвоните на телевидение и во все красноси- бирские газеты, в том числе в «Колокол». Если журналюги хотят видеть побег заключенных, пусть едут в Воронье гнездо — немедленно! — убедившись, что секретарь правильно поняла задание, он отключился.
— Нормальный ход, — одобрил Грот его действия. — Чем больше свидетелей, тем больше у нас шансов выйти отсюда живыми.
— Только давай договоримся: как только журналисты будут здесь, ты немедленно отдаешь парня. Поверь мне — так надо.
Грот опять согласился, хотя ему и не нравилось, что Белый ведет себя так, будто главный здесь он.
Саша попросил Лайзу передать старушке, что он восхищен ее выдержкой. Мол, она ведет себя очень достойно, ни на минуту ее не оставляет присутствие духа. Выслушав перевод, та расплылась в широкой американской улыбке. Поправив шейный платочек свободной рукой — вторая снова была пристегнута браслетами к батарее, старушка ободряющим жестом потрепала Сашу по щеке…
Через час во дворе тюрьмы появилась стая журналистов. Телевизионщики уже снимали топтавшихся на раскисшем снегу генералов и полковников от МВД и спецназовцев в тяжелом вооружении, в шлемах,
