невинно смотрел на меня.
- Ну что тебе станцевать? - сжалилась я.
- Стриптиз умеешь?
Да уж, про детскую невинность я погорячилась.
- Ты бы притормозил. У тебя девушка вообще-то есть, - я присела в кресло напротив него.
- Кирюха не особо любит танцевать, - пожал он плечами.
- Ах, ну раз Кирюха не любит, то тогда конечно, уже раздеваюсь, - съязвила я.
- Да не будь ты занудой, я ради тебя стрелял номерок, заикаясь, забыла?
- Ты это не ради меня делал, просто исполнял свою часть уговора.
- Ладно, так и скажи, что стриптиз не умеешь. Станцуй тогда что угодно, для души.
- Все я умею! Что ты вообще ко мне пристал?
- Почему сразу пристал? По-дружески же попросил, - он приподнялся на локтях, пытаясь сесть.
- По-дружески стриптиз не танцую. Если очень надо, иди в бар, там для этого специальные девушки есть.
- Да на кой они мне сдались? Я же тебя попросил. Мне нравится, как ТЫ танцуешь.
- А мне не нравится быть запасным вариантом на случай, если твоя девушка чего-то не любит делать.
- Да при чем тут моя девушка? - Влад вскинул брови.
- А ты не понимаешь?
- Нет, не понимаю. Я что, тебе сексом заняться предложил?
Услышав такую фразу из его уст, я покраснела и поморщилась:
- Фу. Прекрати. Не переношу этого.
- Не переносишь чего? Слова секс?
- Ты так пошло это преподносишь.
- Ой, ну простите. Я же не предлагал тебе заняться любовью, вступить в половую связь, познать друг друга в библейском смысле. Так лучше? - издевался Влад.
- Да пошел ты, - огрызнулась я.
- О, показываешь зубки, мне это нравится! - его мое смущение только забавляло.
- Чего ты добиваешься? - я встала, уперев руки в бока, и сердито уставилась на него.
- Ну, правда, Златовалска, чего ты все время такая серьезная? Я же шучу, понимаешь? Просто шутка. А ты злишься, как маленький хомячок. Иногда надо просто снизить важность, чтобы жизнь стала лучше.
- И давно ты стал таким умным? - с иронией поинтересовалась я.
- Да я с рождения такой, - самоуверенно ответил Влад, запустив руку в небрежно лежащие волосы.
- Рада за тебя. Может, для кого-то нормально танцевать стриптиз чужому парню, для меня - нет, - отрезала я.
Влад закатил глаза и оторвался от спинки дивана:
- Слушай, я в курсе, что ты вся такая недотрога. Мне все равно, почему ты такая принципиальная. Я ни на что не претендую. Просто я вспомнил, как ты зажигательно танцуешь, а мне от этого всегда становится весело и тепло на душе. Я просто захотел повеселиться. А про стриптиз... Извини, я пошутил. Тупая шутка вышла. Видимо, ты боишься, что раз я пьяный, то могу слететь с катушек и между нами может что-то произойти. Хотя у меня есть девушка, как ты неустанно повторяешь. Но ты можешь расслабиться, я не собираюсь набрасываться на тебя и тащить в койку. Давай просто врубим чертов музон и потанцуем.
Он подошел к колонке и прибавил громкость. Из динамиков раздалась старая, но зажигательная песня Джастина Тимберлейка. Влад присвистнул и начал в такт двигать бедрами. Затем он поднял вверх обе руки и, запрокинув голову, стал подпевать Джастину.
Поймав мой взгляд, он беззаботно подмигнул мне. Сердиться на него было невозможно. Этот танцующий парень вызывал во мне кучу смешанных эмоций: умиление, раздражение, желание и волнение. Когда он поднимал руки, белая футболка поднималась, оголяя ремень, полоску смуглой кожи живота и пистолет, изображенный на ней. Влад был чертовски хорош собой. Меня это бесило и возбуждало одновременно.
Он приблизился ко мне и потянул за руку, приглашая на импровизированный танцпол. Сопротивляться его обаянию было выше моих сил. Мы вместе начали пританцовывать в такт музыке. Влад взял меня за руку и заставил покружиться вокруг своей оси.
Я показывала ему базовые танцевальные движения, он хохотал и немного неуклюже повторял за мной. Когда я исполнила шаги крис-крос, Влад потерял равновесие и снова повалился на диван, потянув меня за собой. Мы смеялись, танцевали, падали и снова танцевали. Трек сменялся треком, нам было легко и радостно.
Наконец, выбившись из сил, я села на диван, а Влад прилег, положив голову мне на колени.
- Златовласка, мне сейчас так хорошо, что тоже хочется остановить мгновенье, - сонно улыбаясь, произнес Влад.
Затем он зевнул и прикрыл глаза, очевидно, засыпая. А я так и сидела, разглядывая его прекрасное расслабленное лицо. Впервые я могла видеть его так отчетливо. Шоколадные, слегка кучерявые волосы. На подбородке и щеках двухдневная щетина. Густые темные брови немного спутаны. Пухлые губы приоткрыты. В его внешности все было нарочито небрежно, но в этой небрежности была невероятная притягательность. По тому, как Влад убирал волосы с лица, как говорил и одевался, как держался с окружающими, создавалось впечатление, что ему все равно. Все равно, что о нем подумают, что скажут.
Казалось, что если он вдруг решит уделять внешнему виду больше внимания, начнет сбривать бороду, острижет и аккуратно уложит непослушные волосы, то к нему идеально подойдет определение "смазливый", которым одарил его Булаткин. Но сейчас, лежа на диване в белой футболке и рваных джинсах, он выглядел непринужденно и по-мужски привлекательно.
Постепенно мои мысли стали прерывистыми, и незаметно для себя я тоже провалилась в сон.
К счастью, на День рождения лучшей подруги мама отпустила меня с ночевой, поэтому я могла не торопиться вставать утром. Эта мысль прочно сидела в моей голове, когда я почувствовала рядом с собой шевеление. Я развернулась на другой бок, намереваясь продолжить сон, но чья-то рука легонько потрясла меня за плечо.
- Ого, вы вместе спали на диване, как это мило! - весело сказала Ада.
Я разлепила глаза и увидела лежащего рядом с собой Ревкова, который, скрываясь от ярких солнечных
