Читаем без скачивания Темный страж - Кристин Фихан

Руки Барри были все в порезах, словно он пытался отразить удары. На его правом бицепсе виднелась ярко-красная полоска, а на правой стороне рубашки — размытое подсохшее пятно.

Как раз в тот момент, когда Люциан направился к Дрейку, что-то отвлекло Джексон — не звук, а скорее движение воздуха. Она развернулась, автоматически поднимая пистолет. Недалеко от нее, почти возвышаясь над нею, стоял Дрейк, в его глазах горело злорадство и безумие. В руке он сжимал нож, на котором Джексон увидела следы крови, капавшей и с его рук. Девушка сделала три быстрых выстрела, прямо ему в сердце и, не медля, отскочила в сторону, прокатившись под столом и встав позади него на ноги.

Все три пули попали точно в цель. Дрейк замер, слегка покачнувшись, потом отвратительная, едкая усмешка расползлась по его лицу. И он снова двинулся в ее сторону. Она выстрелила еще два раза, на этот раз целясь в лоб, в мертвую точку, боясь, что на нем был надет бронежилет. Два красных круглых отверстия расцвели в центре его лба. Он снова замер. Кровь потекла вниз, затем брызнула непрерывным потоком, заливая его лицо, попадая ему в глаза. Но он продолжал ей улыбаться, выражение его лица ни капельки не изменилось, и он опять начал двигаться в ее сторону.

— Киттер? Ты здесь? Это Джексон Монтгомери. Халибу мертв. Дрейк убил его. Отзовись, если ты жив, — прокричала Джексон. Она двигалась, стараясь держаться так, чтобы между ней и Дрейком находилась мебель. Девушка пыталась увести его от камер, в которых содержались заключенные.

— Я прикрываю тебя, — прокричал в ответ Киттер. — Замри, Дрейк! Еще один шаг в ее сторону, и я стреляю.

Дрейк даже не подал вида, что слышал. Его глаза, не отрываясь, смотрели на Джексон. Он не мигал и не делал попыток стереть с лица кровь. Он продолжал двигаться вперед. Киттер выстрелил, выстрелы раздались так быстро, что прозвучали как один. Полицейский готов был поклясться, что спина Дрейка распалась на части, но мужчина продолжал двигаться вперед.

— Что за черт? Джекс? Что происходит?

— Выведи заключенных отсюда, Киттер. В первую очередь позаботься о Стивенсе. Я думаю, он в большей опасности, чем все остальные. Давай же, торопись.

— Он должно быть «под мухой»… — озадаченно пробормотал сам себе Киттер.

— Делай, как я сказала. Выведи заключенных, — Джексон отдала приказ своим самым строгим голосом, возвращая Киттера к их насущным проблемам. Действительно, заниматься перемещением заключенных было проще, чем иметь дело с нереальностью существования человека с наполовину отстреленной головой и преследующего другого офицера.

— Люциан, скажи, что мне делать, — она даже не осмелилась «посмотреть» глазами Люциана. Было слишком проблематично иметь дело с двумя Дрейками в двух разных местах. Она и так была достаточно сбита с толку.

Он вновь был с нею. Его дыхание объединилось с ее, замедляя его так, что она смогла расслабиться и взять себя в руки. Его сердце вернуло ее к нормальному устойчивому ритму. Его тепло наполнило ее тело уверенностью и полнейшей верой.

— Сосредоточься, ангел. Смотри прямо на него. Он не сможет причинить тебе вред на расстоянии. Не отрывай от него взгляда, что бы ни случилось. Помни, ты больше не человек с их ограничениями. Ты — карпатка, со всеми способностями карпатской расы. Ты можешь превратиться в туман, если возникнет такая необходимость.

Джексон скользила с непринужденностью карпатцев, даже не осознавая этого. Она быстро и молчаливо передвигалась по комнате с картотекой, в то время как существо, которое, как предполагалось, было Дрейком, не переставая преследовало ее. Девушка, не отрывая взгляда от окровавленной мерзости, почувствовала, как в нее начала вливаться сила Люциана, наполняя ее уверенностью и властью.

По мере того, как она смотрела на Дрейка, пламя начало танцевать на его коже, лизать его руки и плечи, грудь и даже голову, так что его волосы почернели и истлели. И сразу же по воздуху поплыл запах горелой плоти. Напуганная, Джексон постаралась отвернуться.

— Оставайся спокойной, Джексон. Оставайся сосредоточенной. Ты должна уничтожить это. Он инструмент немертвого, ничто не остановит его от поставленной перед ним цели.

Девушка обнаружила, что не может отвести глаз.

— Люциан, пожалуйста. Я не могу никого убить, особенно таким образом.

Крик вырвался из самой глубины ее души. Дрейк не боролся, он просто зашелся в высоком, непрерывном, почти неземном вопле. Этот звук резал ей по ушам, рвал на части сердце. Дрейк же продолжал приближаться к ней, и с каждым его шагом пламя поднималось все выше и выше, пока полностью не поглотило его.

— Я знаю, что ты не можешь, любимая. Ты — свет в моей жизни. И это не ты убила его, Джексон, а я. Это я уничтожил то, что уже было мертво. Я — темный ангел смерти, и был им на протяжении двух тысяч лет. Всю ответственность за это несу я.

Джексон не могла не смотреть на внушающее ужас зрелище. Страшное создание горело в огне, но, тем не менее, продолжало преследовать ее. Поскольку пламя сжигало его дотла, некоторые части его тела начали в виде пепла опадать на пол. Она обратила внимание, что огонь не перекинулся ни на пол, ни на полки, на которые натыкался Дрейк, кружа вслед за ней по подвалу. Девушка знала, что у основания лестницы столпились офицеры, которым, казалось, что-то мешало войти в комнату. Она могла слышать их отчаянные попытки прийти ей на помощь.

Слезы заструились по ее лицу, когда на ее глазах почерневшие остатки, некогда бывшие человеком, наконец-то рухнули в вихре пламени. Но, даже очутившись на полу, тварь пыталась дотянуться до нее, рассыпаясь по пути.

— Люциан, пожалуйста, остановись. Оно уже не сможет выжить, — прокричала она, страшно боясь, что никогда не сможет забыть этого.

— Оно должно быть уничтожено полностью, любовь моя, или будет снова и снова восставать, чтобы служить своему создателю. Мне жаль, поскольку я понимаю, как это для тебя трудно.

Джексон чувствовала его глубокое сожаление из-за того, что он был вынужден использовать ее для такого неприятного дела — убийства на расстоянии, использования ее глаз, — но он не смягчился, продолжая удерживать ее на месте, пока тварь, буквально не превратилась в груду пепла. И как только он отпустил ее из-под своего влияния, она сразу же рухнула на пол. Ее волосы были влажными от пота и прилипали к лицу. Дрожь сотрясала ее тело. На краткий миг она закрыла глаза, испытывая счастье, что может сделать это. Как Люциан мог проживать день за днем, месяц за месяцем, год за годом, терпя такие мучения? Ее сердце потянулось к нему, точно так же, как оно тянулось к уничтоженному им созданию.