да. Я понял, что вы все благодарны, но на это нет времени. Возвращайтесь в машины и гоните в город. Если вас будут про меня спрашивать, то лица вы не видели и не запомнили.
— Почему? Герой не хочет славы? — спросила рыжая девушка, судя по наряду и поведению, так она точно продавала своё тело и жила в гетто.
— Со славой приходит много проблем, — я отшутился, — всё, некогда. Нужно ехать, нашу машину не ждите.
— Спасибо тебе ещё раз! Буду за тебя молиться, — сказал старик и сел в машину.
Под овации и бесконечные слова благодарности я вернулся в наш внедорожник.
— Хотел бы я быть таким же крутым, как ты, — улыбнулся Жёлудь.
— Хех. Ты будешь крут, если поможешь найти дорогу к убежищу. И ты, Джеф, тоже включайся.
***
Через пару часов мы всё-таки смогли пробраться через лес на внедорожнике. Оставили его всего в минуте ходьбы от убежища, хотелось бы ближе, но густые заросли и деревья не позволяли.
Джеф и Цапля поддерживали Жёлудя, а я шёл впереди. Вряд ли на нас кто-то мог напасть в лесу, но после сегодняшней ночи возмездия сложно почувствовать себя в безопасности, даже в убежище.
— Жёлудь, ты жди здесь. Мы всё равно скоро поедем, нечего тебе лишний раз туда-сюда лазить. Цапля, останься с ним, Джеф со мной.
Мы пролезли через секретный лаз, затем разгребли ветки и листья с люка убежища. Я открыл его, и мы спустились вниз.
— Азур? — из комнаты мальчиков вышли Дино и Рыжий.
Они смотрели на меня с совершенно каменными лицами, ждали, что я скажу.
— Старьёвщик мёртв.
— Да! — Рыжий пустился в пляс. — Справедливость восторжествовала! Да!
В этот момент по лестнице спустился Джеф.
— Джеф, друган!
Дино подскочил к нему, но вместо улыбки увидел грустное лицо, слишком грустное. Посмотрел на меня, нахмурив брови:
— Азур?..
— Я не смог спасти всех.
— Ты всё равно для нас герой, — без особого желания высказался Джеф.
Открылась тяжёлая дверь, и в коридоре появился Фрэнк. Он посмотрел на меня и сразу всё понял.
— Не бери вину на себя, — сказал старик, — это я их не смог остановить. Уж если кто и виноват, то это я! Я! — он тыкал себя пальцем в грудь и всё повторял.
— Но и я виноват, Фрэнк, — Дино опустил голову, пару секунд молчал, а потом закричал, — чем я только думал!
— Не будем искать виноватых, у нас сегодня ещё дел по горло.
Вышли и девочки, все заспанные и не понимающие: им радоваться победе над Старьёвщиком или грустить об уходе из жизни Ромы и Майка.
— Похороним наших друзей? — спросил я. — У вас есть лопаты?
— Есть, — кивнул Фрэнк, — всё сделаем, как положено. В землю, с крестами… Всё так, как завещали праотцы…
***
Сырая земля скоро покроется травой, а пока она чёрная и лишь напоминает о двух жутких смертях, о ранах, что остались в душе остальных детей. Два креста, на одном боксёрские перчатки — символ того, о чём мечтал Рома. На втором — деревянный брелок, его Майк сделал собственными руками, но так и не успел к чему-то прицепить.
— Может вы хотите что-нибудь сказать? — спросил я и посмотрел на остальных.
— Майк был послушным, не обманывал и всегда следовал своему внутреннему кодексу чести, — Фрэнк грустил, это было видно по тому, как его брови поднялись домиком. — Рома на всё имел свои взгляды, спорил, если считал, что поступают неправильно или плохо. Он хотел стать боксёром, и это достойная мечта.
Пара минут мы молчали и смотрели на землю.
— Можно и мне сказать пару слов? — скромно спросил Джеф, стесняясь, что все обратят на него внимание.
— Конечно, — ответил я.
— Майк, он был моим лучшим другом, — у пацана срывается голос, но он всё равно продолжает, — он всегда меня поддерживал, помогал… Нам было с ним о чём помолчать…
Даша внимательно смотрела на Джефа и сама чуть не плакала. Вдруг дёрнулась и крепко его обняла. Джеф ответил ей тем же и вроде бы немного успокоился.
Высказались и остальные, все вместе погрустили. Постояли ещё немного возле крестов, а затем начали по одному идти в убежище. Первыми ушли Рыжий с Цаплей, никто им ничего не сказал, они и так отнеслись к процессу с большим уважением.
Интересное наблюдение — Рыжий совсем не злился на Цаплю, хотя говорил, что ненавидит всех мусорщиков. Только позже понял, что лишь Цапля пытался хоть как-то помочь Рыжему. Всё-таки я не прогадал: Цапля — хороший пацан и достоин лучшей жизни, чем работать на Старьёвщика.
Вскоре все мы вернулись в убежище, Жёлудь тоже, ведь ему стало лучше. Свою правую биомеханическую руку он не скрывал, но все старались на эту его новую особенность внимания не обращать.
Технологии этого мира не позволят пацану стать инвалидом. Я видел различные протезы в логове, видел, как сам Старьёвщик мастерски орудует своими. И, если Жёлудь поймёт, что его биомеханический протез не справляется, куплю ему новый, благо, теперь возможности есть.
— Берите с собой только то, что сможете унести. Машину мы бросим далеко от убежища, и место в ней тоже не бесконечное, самим бы влезть.
Пришлось очень много оставить в убежище, особенно, что касается запасов воды, еды, огнестрельного и пневматического оружия, одежды.
Каждый взял с собой по одной сумке или рюкзаку. Дино закрыл убежище и засыпал люк ветками и листьями.
— Тщательно делай, — сказал Фрэнк.
Затем они придумали, что и потайной лаз можно закопать. Собственно, это и сделали, а сверху свежую рыхлую землю засыпали прошлогодней травой и листвой.
— Сюда ещё можно будет вернуться, если понадобится, — сказал Фрэнк с грустью, всё-таки убежище для него родной и любимый дом.
— Да, — ответил я, — а теперь идём к машине.
Чёрный внедорожник ждал нас неподалёку за кустами и деревьями. Мы пришли к нему, и я нажал кнопку на брелоке. Машина пикнула, и замки разблокировались.
— Дино, сосчитай, сколько нас, — сказал я и открыл багажник, — давайте мне сумки.
— Ты, я, Вики, Даша, Мэри, Фрэнк, Жёлудь, Джеф, Рыжий и Цапля. То есть всего, блин, десять человек.
— Многовато, — пробурчал Рыжий.
— Да Азур что-нибудь придумает, —
