Оборачиваюсь. Оппа…
— Мэм, простите, меня похоже контузило сильно, вы не могли бы отключить сайбер, или хотя бы не направлять его в мою сторону? Кажется, мне нужна медицинская помощь, — как мне кажется, говорю и спиной сползаю по стене на пол, в кучу чего-то когда-то недавно бывшего дроидом КНС. Все мои движения твилечка сопровождала взглядом и кончиком вытянутой в мою сторону светошашки. И чего это она так?
— Мэм, с вами всё в порядке? Что случилось? Я не понимаю и плохо помню последние несколько… какое-то время… вы уже вызвали медбригаду? Прошу меня простить, я не слышу, — себя, кстати тоже не слышу, просто чувствую, как горло дрожит. Поэтому сознание послушно достраивает еле слышный шум в голове под ассоциативный ряд собственного голоса.
Смотрю, как джедайка осторожно кивнула, пошевелила губами и всё же отключила сайбер, держа рукоятку в руке. Интересное кино. Судя по показанной пантомиме, она жестами приказала мне сидеть тут, а сама обратно пошла по коридору, опасливо поглядывая в мою сторону. Я же просто выбрал точку на стене, положил карабин стволом в коридор на колени и постарался сосредоточиться.
Мутит, голова кружится и звенит. И соображайка работает плохо. Если взглядом рыскать по сторонам — тошнит сильнее. Сотряс обыкновенный, с контузией ещё разбираться надо — что именно контузило и как сильно. А куда делся слух? Инспекция валявшегося под ногами шлема привела к выводу, что шлем тупо лопнул, что само по себе странно. Не на такие нагрузки он рассчитан, хотя удар у этих демоновых железяк очень и очень чувствителен. Из ушей, по крайней мере из левого — кровянка текла, если это вообще моя кровянка на пальцах корочкой осталась. Только бы не перепонки. Что, мать твою, случилось? Блин, не помню. Так, надо бы собраться и…
— Движение! — кричу, предупреждая джедайку, реагируя на тени в коридоре, и вскидываю дроидовский карабин к плечу. Тень замирает, а из-за поворота показывается рука в характерной клоновской перчатке. На плечо мне же опускается рука твилечки. Она напугана и напряжена. Понять бы ещё, как я это понял, или всё же почувствовал? Опускаю ствол, и из-за поворота в наш коридорчик заходит смешанная медбригада в сопровождении, в том числе, и того самого одноногого сержанта на костыле, с которым мы отжигали на Лукрехалке недавно.
Потрёпан, но жив, и видно, что жизнью своей он в общем-то доволен. В правой руке карабин, в левой костыль. Коммандос прям!
Говорят все чего-то, куда-то пальцами тыкают. Встать, что ли? Ну да. Так, я не один живой в коридоре — джедайка вон командует. Народ потихоньку переворачивают, осматривают, перевязывают и вытаскивать начинают. Чего ты от меня хочешь, боец?
— Доктор, я ни черта не слышу. Точнее, слышу, но как-то очень-очень отдалённо и как через воду.
Судя по пантомиме, последовавшей за этим, мне предлагали лечь или куда-то пройти.
— Ходить могу, но не далеко и недолго. Тошнит, голова кружится. Слуха нет, улучшений нет. Взгляд сфокусировать на неподвижных объектах могу, но тяжело.
А, понятно. За собой приглашают. Опираюсь на подставленное плечо медбрата, или кто он тут, и потихоньку ковыляем внутрь комплекса. Логично, что ковылять придется до развёрнутого тут где-то прямо на месте госпиталя. А картинка в процессе ковыляния мне совсем не понравилась.
Шел и не узнавал. Когда-то белые, красивые коридоры были испещрены следами осколков, подпалинами и брызгами крови и машинного масла, ну или что там у этих шайтан-машин вместо смазки? И если трупы клонов и раненых потихоньку утаскивали, то мехов никто не трогал, отпинывая их более мелкие запчасти в углы широких коридоров. Стены местами стали чёрными от копоти и сажи. В воздухе отчётливо чувствовался запах перегретого железа и гари с непередаваемым оттенком пара солёной морской воды.
Мимо несколько раз пробежали клоны в свежей броне — видно что не из боя, значит, свежие силы. Пару раз останавливались, потому что мне становилось уж очень нехорошо. В глазах темнело, но собрав стальные яйца в кулак — упорно продолжал тащиться в ту же сторону, куда мимо нас, бредущих своим ходом, пару раз пробегали бригады с носилками. Неужели всё веселье закончилось? Не похоже. Но, значит, скоро.
За следующим, каким-то там по счёту поворотом — не считал, мы внезапно вышли на Цитадель! Удивляло даже не то, что её перестроили под временный госпиталь, а то, что я её узнал. Нет, то, что этаж был тот же, от уровня моря минус второй, я помнил, но не думал, что мы буквально отвоёвываем собственную "Альма-матер"!
Вот я, блин, и вернулся туда, откуда всё дерьмо в моей жизни началось. Третий уровень минус второго этажа производственно-тренировочного комплекса "Альфа А-01".
Меня куда-то усадили, потом кто-то подходил, пытался что-то узнать. Я по-русски то ещё как-то мог бы по губам читать, а бэйсик в этом плане язык чутка посложнее будет — много языковых и гортанных звуков — особо не почитаешь. Поэтому следующему, подошедшему с вопросами, просто ткнул под нос такт. дэку с набранным текстом. Помогло. Путём обеспечения доступа к моей портативной пишущей машинке удалось наладить диалог.
Спустя десяток минут я уже сидел с капельницей в руке, раздетый по пояс, скинув расстёгнутый комбез поддоспешника вниз и глубоко дышал. С капельницы стало хуже. В какой-то момент я просто не выдержал, опять блеванул, и кажется, всё-таки вырубился.
***
Глаза открывались неохотно, и, наверное, целую вечность. Самое смешное в том, что я всё так же сидел, облокотившись на стенку, судя по всему, сортировочного бокса. И сидел, если судить по затёкшим мышцам, довольно долго. Минимум часа четыре, потому что на попытку пошевелиться — в теле отдало непередаваемым набором болевых ощущений от всего, что только могло болеть и болело. А ещё в руке торчало уже две капельницы, на груди была достаточно добротная перевязка, морда была заклеена почти по самый глаз справа, и я уже что-то слышал даже.
С удивлением обнаружил обыкновенный слуховой аппарат, точнее его местный аналог, воткнутый в левое ухо, включенный, но не настроенный. Пипец. Ну, перепонки не порвало и ладно, только нахрена вот он мне сейчас? Наручи с такт. дэкой обнаружились прямо там же, где я их жопой задницы и придавил. На комлинке около сотни пропущенных вызовов от всех, кого только можно. Так, теперь самое важное — подоткнуть деку и посмотреть, что там наприсылали хозяева жизни в лице командования, а главное — понять, какой у меня сейчас статус, и что мне со всем этим делать? Ввожу свой шестнадцатизначный айдишник за отключенным доспехом и листаю. Нихрена я поспал — шесть часов в отключке, однако.
Та-ак, директивы, директивы, это листаем, это по боям сводочки, направления, это не моё, это тоже — потом посмотрю, о, вот! Ага. Так. Клон Альфа 134 временно приписан в подчинение генералу Дженг до особого распоряжения высшего генерала Шаак Ти. Так, а вот на следующем сообщении глаза резко собрались в кучу, а по телу мурашками пробежала волна адреналина.
"Клону TU 01–34, позывной "Кэп", по получению сего предписывается незамедлительно доложить о своём местонахождении высшему генералу Шаак Ти.", и дэка предательски пискнула о подтверждении прочтения. Ссука. Ладно, это терпит пару минут. Следующее сообщение от Скара.
"Кэп, чёрный прим два. Беги!"
Не понял? Черный прим — директива предписывающая арест предателя или шпиона. Двойка — кодировка обязательного захвата живъём.
Ещё одно сообщение пришло минут десять назад от Арлигана Зэя.
"Коммандер, не привлекая внимания доберись до Корусанта. Ждём в ЦСО. С советом джедаев не контактируй. Приказы игнорируй. На контакт не выходи, личность не раскрывай. Сейчас мы не можем тебя защитить. Отвечу на все вопросы позже в месте, где у тебя была гостья. Да пребудет с тобой Сила." И вместо подписи рисунок странной, похожей на руну "феху", закорючки.
Не мудрствуя лукаво набираю Скару короткий текст: "Чё за хрень?" И буквально через пару секунд ответ, короткий как приговор. Всего три слова. Три имени. "Бур-Заур-Винду".
