и боевиков, решивших до времени, залечь на дно. Впрочем, далеко не все. Некоторые, обнаглев от безнаказанности и продажности местной власти и особенно, правоохранительных органов, чуть не открыто прессовали местных жителей отжимая у них землю и скот.
Рейд проводили, словно находились на вражеской территории. В операции участвовало шестеро венедов, по двое в каждой четвёрке. Ещё шесть человек из собранной группы контролировали периметр.
К горскому хутору, или кишлаку, Иван не знал как правильнее это было назвать. По виду, скопление бог весть как слепленных саманных домиков, сараев и загонов для скота облепивших по периметру основную хозяйскую усадьбу добротно выстроенную из кирпича. Подобрались ночью, пешком. Каждый был снаряжён не хуже самого продвинутого спецназовца. Иван и не подозревал, что такое снаряжение бывает. Удобнейший комбез, броник идеально подогнанный под фигуру, разгрузка, каска с очками ночного видения и тепловиком, гарнитура с маленькой рацией и таблеткой динамика в ухе и ещё куча разных мелочей, создающих ощущение, что ты в попал в какое то будущее. Оружие, тоже было под стать. Компактное, удобное и бесшумное. Где то в небе, тихо парил беспилотник контролируя обстановку ещё и сверху. Чего бы так не воевать? Оставалось только горько сожалеть, что ничего такого у них, в Чечне не было. Хрен бы боевики смогли устраивать свои засады, если бы, хотя бы беспилотные птички, смогли российским войскам помогать сверху.
Развед данные, говорили, что на точке находится не менее пятнадцати человек. Пленными, решено было особо не заморачиваться, слишком рискованно, разве что в конце.
Первым, досталось собакам, как обычно, почувствовавшим первыми угрозу. Кое где, это оказалось даже удобно, хозяева домов выходили успокоить своих псов и получали пулю. Потом, быстрый врыв внутрь дома и стремительная зачистка. Благо, женщин, почти не было, а тех, что были, сочли соучастниками и заранее приговорили. Это была война, не до сантиментов. Хоть и с трудом, но Иван вынужден был признать эту аксиому. Он уже навидался таких баб, крикливых, наглых, уверенных в своей безнаказанности. Ну как же, всем было известно, русские не трогают женщин и детей, чего не скажешь о них самих, всегда готовых устроить подлость и ударить в спину, задержать неверных, встав живым щитом перед бронированной колонной, пока их соплеменники зажали в засаде и перемалывают русский отряд, к которому они, не дают вовремя подойти подкреплению. А укрывательство боевиков и рабов из славян? Сотни тысяч русских, изгнанных и убитых в Чечне! Их дагестанские подельники, мало чем отличались от своих чеченских собратьев. Только теперь, они уже сами пришли на русские земли, вытесняя прежних хозяев с насиженных мест, пользуясь всеобщим хаосом и продажностью властей.
Но, тем не менее, женщин, старались всё же щадить, да и остальных, если была возможность, тоже не планировалось сразу убивать. Требовались языки и желательно, больше одного. Таких, смогли тоже взять. Аж четверых, включая одну молодую женщину.
Однако, как ни старались, а всё же нашумели. Штурм центральной усадьбы, происходил словно в реальной боевой обстановке. У хозяина дома, нашлись автоматы и даже гранаты. Один раз, шмальнул даже из Мухи, ручного одноразового гранатомёта, хорошо хоть мимо. Но один раненый и один контуженый всё же появились.
Самого хозяина, взять живьём не удалось. Оказался упёртым и отчаянным боевиком, даже по виду — вылитый ваххабит. Бородатый, кряжистый, чернявый и горбоносый, хоть сейчас на карикатуру, типичный образчик!
Допрос пленных, выявил ещё один примечательный момент — наличие заложников на точке. Пять человек, среди них, трое военных. За них, как выяснилось, требовали выкуп. Найти, в таком неприметном, глухом углу Ставрополья потерявшихся людей, было нереально, если не знать точно. А даже обыск, без точных сведений, где находится зиндан, не помог бы найти несчастных.
Временно, всех определили в отдельный дом, дали вымыться, накормили и оставили под наблюдением. Подробно демонстрировать себя, никому не стали. Мало ли. Пострадавших, наверняка, будет крутить ФСБ и прочие службы, на предмет связи с нападавшими на хутор, ни к чему им знать лица и прочие детали о своих спасителях.
Из прочих обитателей хутора, в живых, оставили только девушку. Хорошо хоть детей там не было. А впрочем и на их счёт, существовали продуманные методики.
Девушку, забрал дружинный мозгоправ. Как объяснили венеды, заблокирует ей память и отпустит где нибудь посреди города. А там, уж как ей повезёт.
- Крови на ней не обнаружено. Красивая, не наглая, крикливая баба, как многие из ей подобных. Ни к чему лить лишнюю кровь, если можно без этого обойтись! - Пояснил командир группы.
Все согласились с таким доводом. Убивать девушку, было жалко, в отличии от жены хозяина усадьбы, как раз, типичной крикливой и наглой бабищи полезшей в драку с штурмовиками. Толи попутала, привычно посчитав что ей за это ничего не будет, то ли крови на ней было достаточно, что не рассчитывала остаться в живых. Но эту, пристрелили без всякой жалости.
- Ну а теперь, приступаем к самому приятному! Дерибану добычи! - Провозгласил командир штурмовой группы. - Война сама себя должна кормить, по мере возможности. Не врагам же оставлять такое богатство!
Следующие пару дней, группа нагло резала и разделывала туши многочисленных овец, коз и коров имевшихся в изобилии на захваченной территории. Естественно, всё делалось под зоркой охраной, на случай, если кто посторонний заглянет на затерянную в степи ферму.
На третий день, измученные, забив доверху несколько своевременно прибывавших рефрижераторов мясными тушами, растворились в степи. А на счёт, всем участвовавшим в операции, капнуло несколько лишних десятков тысяч.
Сейчас же, Иван просто блаженствовал. Приятно осознавать, что делаешь трудную, опасную, но очень нужную людям и стране работу и за это, платят хорошие деньги. Такая жизнь, ему определённо нравилась. Куда как больше, нежели прежняя служба в армии. Здесь, он ощущал себя нужным и уважаемым человеком, а не серой армейской скотинкой, на которую высшее армейское начальство и штабные, посматривают с презрением и пренебрежением.
Единственное что удручало, это то, что приходилось таиться, от вроде бы как и своих. Хотя, чем дальше, тем больше, Иван начинал сомневаться, а кто теперь свои? Высшее армейское и политическое руководство страны, ведущее какие то мутные махинации, в том числе и с бывшими боевиками, внезапно, начавшими пролезать во власть на вроде бы как освобождённой от террористов территории? Прокурорские, которые больше защищают боевиков и их пособников, нежели своих солдат, защищающих существующую власть и порядок в стране? Милиция, крышующая бандитов и этнокриминал? Судьи, отмазывающие богатеньких мажоров и преступников имеющих высокие должности? Чиновники, превратившиеся в
