Как можно отправляться в Южную Америку именно сейчас? Но может ли он отступить? Ведь он дал Боливару слово, и тысячи людей могут погибнуть, если он передумает.
А вдруг что-нибудь задержит его возвращение? Дурная погода? Нападение испанского флота? Тогда Джек опоздает к родам, а такие вещи не всегда проходят гладко.
Он нужен и самой Иден. Вчера ночью она призналась, что после отъезда из Ирландии старалась не любить его так сильно не только из-за ссоры, но и по причине предстоящей разлуки. Эти слова жены отозвались в душе Джека. Он вспомнил, каким был до того мгновения, когда она влетела в его судьбу на стебле какой-то дурацкой лианы. Джек мотался из одного порта в другой, никогда и никого не подпускал близко, намеренно сторонясь окружающих, чтобы защититься от потерь. На собственном опыте он знал, как тяжела такая жизнь, а теперь собирается обречь на это жену.
«Может быть, мне все же остаться? Доверить дело Трайерну?» Доверить такую важную миссию человеку двадцати шести лет от роду? Да это безумие! Тысячи людей погибнут, если он потерпит неудачу. Надежда на освобождение рухнет. Джек нужен жене и будущему ребенку, но разве он может поставить личные интересы выше того дела, которое считает правым?
Джек невольно вспомнил о лорде Артуре. Что бы тот посоветовал? Кстати, где этот старый бродяга? Возможно, «Валианту» потребовалось больше ремонта, чем ожидал дядя.
Джек тряхнул головой, вернулся к действительности и сразу заметил, что их появление на балу произвело заметный эффект.
Ему с улыбкой кивали люди, которых он прежде никогда не видел, – должно быть, их пара выглядела на редкость гармонично, а может быть, его жена вызывала такое всеобщее одобрение, которого сам бы он никогда не сумел возбудить в окружающих.
Иден, так долго лишенная общества, искренне радовалась каждому человеку и как следствие становилась неотразимой. Джеку казалось, он слышит шепот множества прикрытых веерами губ, но в обществе Иден они были ему не страшны. Этим пустоголовым созданиям постоянно нужны новые темы для сплетен. И Бог с ними!
– Дорогая, что ты сотворила с этими людьми? – шепнул он жене. – Наложила на них заклятие? Или бросила в чашу с пуншем какую-нибудь волшебную травку?
– Ты о чем?
– Они улыбаются мне.
– Это легко объяснить. – Иден тихонечко рассмеялась. – Я не только тратила время на пустые визиты. Я вела кампанию. Везде, куда я ездила, я рассказывала, какой ты замечательный.
– Замечательный? – повторил Джек. – Ты пыталась уничтожить мою репутацию?
– Репутацию грозы Вест-Индии? Думаю, да, – ответила Иден и поздоровалась с двумя солидными матронами в тюрбанах и множестве драгоценностей, которых знала по «Садовому клубу».
– Дитя мое, – вскричала одна из них, – у нас чудесные новости!
– Какие же? – Улыбка Иден была ярче тропического солнца.
– Мы говорили о вас с леди Джерси и графиней Ливен. И угадайте, что они ответили? Они согласились!
Тут вмешалась вторая:
– Вас позовут к одной из них для получения приглашения в «Олмак»! Да-да, это так! Вас обоих принимают.
– Они принимают в «Олмак» меня? – с насмешкой в голосе протянул Джек.
– О да, милорд! Не так-то легко было убедить патронессу.
– Но я не… – начал было Джек, но замолчал, когда пальцы Иден предупреждающе впились ему в локоть. Джек покорно улыбнулся. – Благодарю вас, – ответил он своим восторженным собеседницам. – Вы очень добры.
Садовые дамы призвали их к молчанию.
– Вы пока ничего не знаете, изобразите удивление.
– Обязательно, – пообещала Иден. – Правда, Джек?
– Хм-м-м…
– Дорогие леди, очень благодарна вам за поддержку. Я понятия не имела, что вы на моей стороне.
– Ну что вы, дорогая! Нам нужны разумные женщины. Кроме того, ваши советы оказались бесценны. Я абсолютно избавилась от тли на розах. Я так вам обязана!
– О, это придумал мой отец, – скромно отвечала Иден.
– Ах, что там? – Дама в белом бросила взгляд на распорядителя, который наконец объявил первый танец. – Танцы, начинаются танцы!
– Вы составите такую чудесную пару, – улыбаясь, заметила одна из матрон. – Идите же! Новобрачные должны танцевать.
Иден выжидающе посмотрела на мужа:
– Джек?
Джек растерялся:
– Угу, Иден.
Дамы раскланялись и удалились.
Черт возьми! Он забыл про все эти танцы и сейчас смотрел на жену в явном затруднении.
– Дорогая, может быть, в твоем положении не стоит?
– Не говори глупостей, – прошептала Иден. – Мы будем танцевать, а не бежать марафон.
Да… Марафон был бы предпочтительнее, во всяком случае для него.
У каждого человека есть недостатки. Джек Найт не танцевал.
Он приехал на этот чертов бал. Разве мало? Он добросовестно ездил на рауты, карточные вечера, приемы. Он выполнил свой долг. Ужасно, что придется разочаровать жену, особенно сейчас, но он ни слова не говорил о том, что собирается участвовать в этой клоунаде. Он достаточно сделал, чтобы завоевать снисходительность света, и не собирается изображать из себя осла.
Даже ради Иден.
Он не умеет танцевать, никогда не танцевал и никогда не будет танцевать. Он скорее вырвет себе глаз, чем станет в цепочку этих кривляющихся идиотов и будет выделывать разные антраша. Танцы – глупое занятие. Джек был уверен, что большинство его братьев придерживаются такого же мнения. Разумеется, за исключением Алека, этого баловня общества, который всегда умудрялся оставаться здешним принцем.
Алек был тут же, и Джек решил сдать Иден на руки брату, – в конце концов, жена Алека, Бекки, была беременна на большом сроке, не могла танцевать и сидела у стены.
– Ну, Джек… – настойчиво позвала мужа Иден.
– Видишь ли, дорогая…
– Ты не танцуешь? – вскричала она.
Слава Богу, это ее скорее позабавило, чем расстроило. Сначала.
– Я не могу, – промямлил он, молясь, чтобы она, как истинный ангел, поняла.
– Ах ты, медведь! Ты просто боишься! – Иден погладила его по щеке. – Пойдем, не будь букой.
– Алек! – окликнул брата Джек.
Самый младший из Найтов, золотоволосый Алек, немедленно предстал перед ними с солнечной улыбкой на лице.
– Добрый вечер, дорогие, добрый вечер! Дорогая леди, вы ослепительны! Какое чудесное платье. Позвольте, я вас рассмотрю. – Он схватил Иден за руку и заставил покружиться. – Сестрица, могу заявить, что вы у нас – бриллиант чистейшей воды.
Иден с улыбкой сделала книксен.
– Благодарю вас, лорд Алек. Пожалуйста, уговорите этого бирюка, вашего брата, чтобы он потанцевал со мной! Он не хочет!
– В чем дело? – с шутливым гневом вскричал Алек. – Трусишь? Вредничаешь? Как это – не хочет танцевать? Что за бессердечность! Это же ее первый бал!
