отошел на шаг.
- Дайте мне одну минуту, - проговорила Анна, уходя в комнату отдыха. - Мне нужно переодеться. И дайте господину Батурову что-то сухое, иначе он простудится.
Уже у двери обернулась:
- Доставить все записи с камер. Закрыть здание. Никто отсюда не уходит.
Но, к сожалению, она понимала, что приказ перекрыть выходы мог опоздать. Тот, кто заклинил двери, возможно, уже ушел. Или не ушел и находится где-то поблизости прямо сейчас. Это было отвратительное чувство - знать, что кто-то пытается навредить тебе уже второй раз за каких-то несколько дней. Невольно вспомнился старый разговор с Ильей, который она тогда не восприняла всерьез:
«Тебе понадобится защита, когда или если ты останешься одна. Молодая, красивая женщина, найдется много мерзавцев, желающих воспользоваться твоей уязвимостью...»
Не думала, что все может исполниться так буквально.
Но сейчас Анна быстро переоделась в сухое, вышла и направилась к столу. Обратила внимание, что Вадим не переоделся, только скинул мокрый пиджак. Он так и стоял у стеклянной стены кабинета. Мокрая рубашка облепила плечи, рукава засучены, ей в какой-то момент показалось, что от него исходят волны жара. Она сразу отвела взгляд и села за стол.
Села и уставилась на Макашова:
- Где записи с камер?
***
Сейчас Вадим испытывал дикую досаду. Его крыло откатом. Какой-то маленький миг единения, ради которого он готов был жизнь отдать. Ощущение ее тела в руках не оставляло, но его снова отрезало от нее стеной. И это страшно выматывало душу. Но больше всего бесил ее зам, Макашов, тот с первой секунды вызывал в нем неприятие.
Однако сейчас надо было отвлечься от личного. Случай из ряда вон. Анна могла сильно пострадать, куда смотрела ее хваленая охрана? Уже два случая, и оба раза никто из ее телохранителей не шелохнулся. Нахрена таскать с собой четверых псов, если они бесполезны?! Про начбеза, мрачно слонявшегося по кабинету, Вадим даже говорить не хотел.
Он собирался поднять эти вопросы, но прежде хотел дождаться записей с камер.
И пока ждал, не ощущал почти ничего. Да, мокрая одежда доставляла дискомфорт, но он бы ни на секунду не покинул кабинет, потому что здесь Анна.
Наконец подключили записи с камер.
И вот тут был сюрприз. По всему этажу небольшой кусок, восемнадцать секунд, оказался испорчен. Вадим смотрел и зверел просто. Вот Анна стоит у витража и смотрит на город, потом она идет к двери на террасу… Дальше помехи. И следующие кадры - как он метался по кабинету и пытался высадить витраж стулом. Но кадры нечеткие.
- Кхм, помехи, - начбез прокашлялся в кулак. - В-возможно, произошел сбой из-за сильной грозы.
- Что это значит? - спросил Вадим, оглядывая присутствующих и чувствуя, как в нем закипает злость.
- Это значит, господин Батуров, - проговорил Макашов, пристально на него глядя, - что вы были в кабинете последним. И у вас было достаточно времени, чтобы испортить замки.
Взгляды тут же обратились на него. Повисло звенящее молчание. Но не такой человек был Вадим Батуров, чтобы его так просто можно было высадить.
Он холодно произнес, глядя на Макашова:
- Вы слишком увлекаетесь в своем желании устранить меня.
Вмешался начбез.
- П-прошу прощения, - мужчина слегка заикался. - Сбой произошел во всем з-здании. Сейчас мы занимаемся выяснением причин. И были ли еще случаи подобных сбоев в соседних зданиях. В-возможен вирус в системе. Последствия устраняются.
Вадим понимал, о чем этот высокий бледный мужик с военной выправкой говорит. Начальник безопасности сейчас в отчаянном положении, у него полный провал во всем, однако он не пытается прикрыть свой зад и валить на других.
Да, случившееся - из ряда вон. Такое, казалось бы, в принципе невозможно. Столько степеней защиты, везде охрана. Но после того, как оборвался лифт в супермегазащищенном офисе Алишера, Вадим уже в невозможное не верил.
Вирус в системе. В этом почти не было сомнений.
Тот, кто это провернул, очень хорошо знал привычки Анны. И хорошо подготовился. А в нужный момент воспользовался погодными условиями, действовал очень быстро и точно. И у него должны быть помощники. Временной промежуток очень маленький, кто-то должен был следить за кабинетом и за картинкой на мониторах, а некто третий в этот момент заклинил двери.
Как минимум трое исполнителей.
- Где секретарь? - резко спросил Вадим. - Когда я вошел, секретаря в приемной не было.
- Тогда почему вы не подождали? Почему ворвались в кабинет, господин Батуров? - Павел Макашов прищурился и подался вперед.
Вадим не повернул головы в его сторону, он смотрел на начбеза. А тот досадливо поморщился, кусая губы, и поднял на него глаза:
- Ее нет на месте. Нет в здании.
- Вы понимаете, что это значит? – напрягся Вадим.
Вполне возможно, что двух исполнителей они упустили, а третий… Третий может прямо сейчас находиться здесь, в этом кабинете.
Мужчина кивнул.
- Понимаю. Я приму меры и готов понести ответственность.
Весь подобрался, кулаки сжались. Начбез показался Вадиму нормальным мужиком, велика вероятность, что его подставили. Что до остальных, то он прогнал бы на полиграфе всю ее охрану. И не только.
- А я не понимаю, почему мы должны вам верить? - продолжал гнуть свое Макашов. - Вы могли быть в сговоре. У вас был мотив…
- Довольно, - оборвала его Анна. - Вы перегибаете, Павел Андреевич. Господин Батуров представляет здесь наших ближайших партнеров. Я ему доверяю.
Вадим не ожидал, обернулся и залип на ней взглядом. А она казалась холодной, словно высеченной из льда.
- Если вы считаете себя обязанной за то, что он спас вас от дождя… - ее заместитель усмехнулся, скривив губы.
***
Анна долго молча наблюдала за всеми, но сейчас просто наступил предел. Ее чуть
