гильзы, восклицает:
— Но ведь это, азбучно прелестно!
Осталось еще четыре жертвы… Их нужно потопить как-то, чтобы не явилось это слишком уж заурядным делом. Придумать что-то особенное, неповторимое. И ребята не сговариваясь, поступают следующим образом. А именно, захватывают рули управления… Ведь корабли благо и так идут полным ходом, а значит, с ними справиться не столь уж и сложно. А так, захватываешь рули управления, и идешь на таран… Линейные крейсеры, корабли новые, но есть немало в японском флоте посудин устаревших, у которых нет шансов уйти от прямолинейного тарана.
А если на большой скорости сталкиваются в море корабли, да еще и из металла?
Тогда происходит следующее: страшный грохот, скрежет брони, лопаются стальные листы у обеих посудин. Десятки и сотни матросов, с перекошенными желтыми лицами, носятся по изломанным палубам, их узкие глаза вылезают на лоб, а из пастей с выбитыми зубами вылетают потоки крови.
И падают японские бойцы за борт, попадают в пенящиеся потоки, которые разом пожирают их. А корабли начинают быстро тонуть, увлекая в глубины множество жизней.
Маргарита, продолжая без жалости и церемоний истреблять матросов, с улыбкой заявила:
— Это еще хорошо, что японцы не берут на борт женщин и детей.
Калигула, рассекая акулу, что на него полезла, с этим охотно согласился:
— Да, у самураев не прижился культ амазонок. Правда, женщины-ниндзя у них, кажется, есть!
Юная воительница-богиня и, одновременно, девочка-партизанка подвела итог:
— Двенадцать ноль в нашу пользу… Но еще остались два последних лилейника. Что с ними делать?
Жирная дичь
Калигула-сорванец разрубил на части очередную акулу, просто предложил:
— Давай их отведем в порт Дальний. Он сейчас под контролем русских, а два великолепных, новейших крейсера значительно украсят наш флот!
Маргарита, круша мечами хищниц морей, с этим самым охотно согласилась:
— Да, и это лучшее решение!
Хотя о японцах и идет слава, как о несгибаемых бойцах, но моральный эффект от яростных ударов двух суперангелов, превысил самые смелые ожидания. Действительно, если тебе приходится драться не с людьми, а с существами, подобными самым реальным богам, а может даже и демиургам, то мужество даже бойцам Страны Восходящего Солнца может отказать.
Поэтому, после того, как Маргарита на одном крейсере, а Калигула на другом, срезали самых ретивых офицеров, а часть забили ногами, прочие матросы и механики сочли за благо подчиниться этим сверхсуществам. И оба линейных крейсера направились в порт Дальний, который японцы отдали, после своего недавнего разгрома, без боя русской армии.
Калигула Дельфинов подумал, что все-таки авторитет разящей силы, это и есть авторитет. Вот, например, в ходе битвы под Халхин-Голом сколько грозная советская армия смогла взять в плен японцев? По советским данным 476 человек, по другим более поздним расчетам около 200, а в результате взаимного обмена, японцам вернули всего 88, то есть, так мало возвратились на Родину.
То есть, самураи проявили твердость. Потеряв, по советским данным, убитыми около двадцати тысяч человек.
Для сравнения, советская армия потеряла убитыми (не считая умершими в плену) в ходе второй мировой войны почти столько сколько и пленными.
И это при том, что НКВД жестоко расправлялось с семьями тех, кто сдался в плен.
Так что стойкость японских солдат не преувеличена. В ходе русско-японской войны, военнопленными японцы потеряли в сто раз меньше солдат, чем русские!
Но, правда, отчасти это вызвано тем, что российская армия не выиграла ни одного крупного сражения. А без побед нет и пленных.
Впрочем, бывает, что и у наступающей армии много солдат оказываются в плену.
Воитель-пацан Калигула через примитивную рацию сказал Маргарите:
— Может, все-таки белый флаг поднимем, а то нас потопят?
Маргарита возразила:
— Под белым флагом плавать позор. Лучше давай трехцветный Российский над головой!
Юный воитель запустил босой, проворной ногой мальчика-терминатора иглу, и пробив очередного по счету самурая в лоб, заметил:
— А по-моему, Андреевский с крестиком будет удачнее!
Со счетом четырнадцать ноль морской мачт с Японией завершен и теперь можно не только увести трофейные корабли к себе, но и спеть. Калигула Дельфинов во всю глотку погнал победную песню:
Морей, океанов большие просторы –
Мы их бороздили под флагом трехцветным!
Бойцы покоряли ввысь прущие горы,
Орлы оглашали раскатом победным!
Воителей русских признала планета,
Мечами, штыками врагов поразили!
Смогли сбросить иго фашизма с полсвета,
Закончили поступь с победой в Берлине!
Приперлись нацисты на танках горбатых,
Грозят уничтожить все русские нивы!
Но крепко молотят уродов проклятых,
Чтоб жить нашим детям без ига счастливо!
Мы дети Отчизны, что в мире всех выше,
Родились, босыми ногам кумач разминая!
За нас заступался, на брань посылая, Всевышний,
И Боже довел до цветущего в радости мая!
Нет доли бойца и возвышенней сердца,
Что дарит мечту и рождение свыше!
Откройте к бессмертию славному дверцу,
Но если в засаде сидите, базарьте по тише!
Есть волки и овцы, но вы пастухи мирозданья,
И доля у вас донести до потомков приказ!
Чтоб дело вести до конца созиданья,
Чтоб вечный огонь в твоем сердце любви не погас!
Кто знает, где пуля врага остановит солдата,
Но все же в бою смерть по лучше болезней гнилых!
А если погиб, то твой друг сокрушит супостата,
Не будет терпеть, в плен ведь гонят девчонок босых!
О, русская доля, война и пожар за войною,
Кто хочет на отдых, тем места нет, знайте, в раю!
Вот в сговор вступил адский Сэм с Сатаною,
Грозится: — Я атом обрушу и град разобью!
Но против ракет, тоже будет защита,
И ядерной бомбе не грохнуть Москву…
Мы сможем на танках достать паразита,
А нудные песни о павших вгоняют в тоску!
Продаться за грошик, не русская доля,
Ведь каждый из нас, это воин большой!
Не верьте, что Бог уж расставил нас в роли,
На деле, ты сам вой решаешь насколько крутой!
Бывали провалы, бывали разгромы,
Случалось, как зайцам от страшных волков отступать!
Но если начнется война — будем снова,
Громить в адском ритме жестокую извергов рать!
Не ради войны, мы, поверьте, игру затеваем,
У нас нет призванья иного, как мило дружить!
Мы братский народ, а не Авель и Каин,
Для нас птица — песня, а вовсе не жирная дичь!
Эпилог
После того как Доминика блеснула остроумием, дети долго вопили и хлопали в ладоши. Да, это здорово, можно сказать у нее получилось — сыпать афоризмами и напевать себе.
После чего, Маргарита и Доминика объявили пир на весь мир, чтобы было весело и мажорно на душе.
Они взмахнули волшебными палочками,
