провел рукой по короткой бороде. – Обычно они не посещают столичные приемы.
А потом ее пронзило осознание. Если здесь собирается Сенат Меридиана и Велоры…
«Мои родители».
– Черт, – выдохнула она, оглядывая толпу и пытаясь различить среди них золотистые волосы. – Лукас и Ариадна же тоже могут находиться тут.
Как из ее головы мог вылететь этот факт?
– Они в отъезде.
– В каком отъезде? – удивилась Эстелла.
– Не знаю, куда именно они уехали, но когда прошлой ночью Нэш связывался с разведчиком, тот доложил, что твои родители покинули столицу пару дней назад с одним из подразделений Микаэля. – Дагнар выдержал короткую паузу. – Возможно, они направились за группой Илая.
Только этого им не хватало. Эстелла была рада, что родители не находятся в Меридиане, потому что с легкостью распознали бы родную дочь даже с перекрашенными волосами и карими линзами. Но если они отправились за группой Илая, значит, Сенат знает об их операции и может предпринять серьезные действия.
– Хорошо. – Она приказала легкой панике раствориться и, переведя взгляд на Дагнара, стала вытаскивать его на импровизированный танцпол. – Если что-то пойдет не так, я сожгу этот Стеклянный замок дотла.
* * *
Примерно час они вчетвером кружили по залу, пытались не разговаривать с незнакомыми людьми, чтобы в них не узнали известных повстанцев, и делали вид, что наслаждаются напитками и закусками.
Нэш не делал вид, он и вправду наслаждался.
Падший развалился на небольшом диванчике, потягивая красное вино, и прожигал взглядом танцующую с каким-то мужчиной Клэр. Незнакомец выволок ее на сцену, и даже Нэш не мог отказать ему, не вызвав лишних подозрений. Поэтому Коффман просто наблюдал за ними орлиным взглядом сквозь прорези красной маски, украшенной разноцветными перьями, и пил уже второй бокал вина.
Меридианский сенат все еще не вышел к гостям. Повстанцы не начинали операцию и ждали отмашку от разведчика, который должен был появиться пару минут назад. Дагнар поглядывал на время, стараясь сохранять спокойствие, и осматривал снующих между столов официантов. Они подливали дамам напитки и продолжали заставлять столы сочными южными фруктами.
Эстелла почувствовала, как к ее плечу кто-то прикоснулся. Натянув на лицо дружелюбную улыбку, она медленно развернулась… и замерла.
– Можно пригласить вас на танец, Эйрин?
«Микаэль».
На его лице застыла лукавая усмешка. Он оглядел ее с ног до головы, задержав взгляд на приоткрытом бедре. Быстро взяв себя в руки, Эстелла коротко кивнула и приняла его протянутую ладонь. Серафим ее не узнает.
Микаэль будто не изменился с их последней встречи, только сейчас он больше походил на золотого принца, у ног которого лежит весь мир, а не на главнокомандующего Небесной армии. Золотые доспехи сменились накрахмаленной рубашкой, очерчивающей мышцы груди. Длинные светлые волосы были заплетены в косу, которая доставала до самой поясницы. Плащ исчез, а за спиной не виднелся ангельский меч.
Но даже безоружный Микаэль опасен.
Эстелла оглядела толпу в попытках найти и предупредить Дагнара или Нэша, но не заметила знакомых лиц.
Серафим привлек ее к своему телу, обхватывая ладонями талию. Эстелла внутренне поморщилась и положила руки на его плечи, сжимая их в кулаки, чтобы случайно не ударить Микаэля по лицу. В ее глазах пылал такой огонь ненависти, что ей пришлось отвести взгляд и досчитать до десяти.
– Вы безумно красивы, Эйрин. – Микаэль закружил ее вокруг вытянутой руки и снова привлек к своей груди. – Откуда вы приехали?
Эстелла слегка сжалась и промолчала. Ее голос он точно узнает.
Микаэль хмыкнул, продолжая покачиваться из стороны в сторону и заглядывать в ее карие глаза. Белоснежные крылья мягко скользили по стеклянному полу.
– Вы не разговорчивы.
Она пожала плечами. Ангел наклонился к ее шее, обжигая своим горячим дыханием, и прошептал на ухо:
– Такой цвет волос тебе не подходит, Эстелла.
Она сохранила спокойное выражение лица, хотя сердце на мгновение подскочило к горлу.
– И цвет глаз. Слишком прост для такой, как ты.
Она продолжала молчать. Микаэль скользящим движением опустил руки с талии на поясницу, а потом двинулся ниже. Эстелла заскрежетала зубами.
Он пытался вывести ее из себя. Не получится.
– Черный цвет тебе к лицу, – прошептал Микаэль сладким голосом, проводя носом по шее и вдыхая ее запах.
Эстелла вздрогнула от омерзения и вперилась взглядом в танцующую перед ними пару.
– Огненная королева…
Его рука скользнула с поясницы к бедру. Он прошелся легким движением по ее оголенной коже, и Эстелла не выдержала.
– Убери свои руки. – Она вложила в эти слова всю ненависть к главнокомандующему. – Иначе я их оторву.
– Так прекрасна в гневе, – промурлыкал Микаэль, но вернул руки на талию и чуть отстранился, продолжая кружить ее в танце.
– А ты отвратителен.
– Что привело вашу шайку в столицу? Ты же знаешь, что я могу одним щелчком пальцев снести головы с ваших плеч и наколоть их на пики?
– Ну, попробуй, Микаэль. – Эстелла усмехнулась. – Только перед этим ты заживо сгоришь.
– Не буду совершать поспешных действий. Мне интересно посмотреть на то, как ты будешь просить меня о помощи.
Гости не замечали, что в центре зала стоит потомок Богини, сила которого могла вспыхнуть в любую секунду и унести за собой их жизни. Эстелла чувствовала, как внутри нее стал подниматься огонь.
– Я лучше умру, чем сделаю это.
– Твой черный принц перед смертью говорил то же самое.
Ее сердце пропустило удар.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – произнесла Эстелла холодным тоном.
Он поднял ее левую ладонь и провел пальцем по золотистому символу.
– Нити Судьбы… – прошептал Микаэль, покачивая головой. – Какая трагичная история. Твой возлюбленный так и не рассказал перед смертью свою тайну.
– Он не мой возлюбленный, – равнодушно ответила Эстелла.
В ее голове закрутились сотни мыслей. Он не мог говорить об Илае: она бы почувствовала его смерть. Несмотря на то что ей только предстоит разобраться в силе Нитей Судьбы, Эстелла была уверена, что почувствует боль Илая. Как почувствовал он, когда ее схватил Дьявольский культ.
– Хочу посмотреть на твое лицо, когда ты узнаешь правду. – Из Микаэля вырвался смешок. – Но какая уже разница. Твои дружки все равно навечно остались на стене.
– Я тебе не верю.
«Они не могли погибнуть. Илай не мог погибнуть».
– Дорогие гости!
По залу разнесся голос Захры Корвелл.
Именно в эту секунду левую ладонь Эстеллы пронзила острая боль – она распространилась по всему телу и остановилась на ее обнаженной спине. Она оттолкнула от себя ухмыляющегося Микаэля и коснулась лопаток. Под них будто вонзили сотню кинжалов.
«Илай».
Музыка стихла. Глава Сената Меридиана вышла на постамент, где размещался небольшой оркестр. Женщина
