букв J, U и W, поэтому дизайнер Перси Тиффин нарисовал эти буквы заново, а также версии венецианских оригиналов, выпущенные издательством Doves Press. Пунктуация была основана на рисунках Дженсона и аналогичных прецедентах пятнадцатого века. После того как рисунки Тиффина были перенесены на фотографии, пуансоны вырезал Эдвард Принс (1846-1923) в Эдинбурге - человек с большой репутацией, а также последний представитель вымирающей породы: после своей смерти в 1923 году Принс остался последним живым независимым резчиком пуансонов в Англии.
Как мы видели на примере букв Джона Баскервиля в главе 4, пуансоностроение - это ремесло создания пуансонов на конце стального прута в форме глифа (буквы, цифры или знака препинания), сначала путем прорисовки контура буквы на конце стального прута, а затем путем вырезания; Затем эти пуансоны штампуются в мягкой меди, чтобы получить полости, или матрицы; и эти матрицы затем фиксируются в форме, и металл для шрифта (сплав свинца, сурьмы и олова) заливается в матрицу, чтобы отлить шрифт и получить желаемую букву, цифру или символ. Это была сложная, кропотливая работа; на каждый пуансон уходило в среднем около дня труда. Самые первые печатники конца XV века часто занимались металлообработкой, развивая навыки резки, которые легко переносились на изготовление шрифта: так было с Николасом Йенсоном, а также с самим Гутенбергом. Ощущение того, что в пятнадцатом веке типография работала в более широком ремесленном контексте, также перекликается с движением Морриса "Искусство и ремесла", где внимание к печати книг уделялось в рамках гораздо более широкой концепции дизайна.
Именно этот шрифт оказался на дне Темзы, но это уже история для конца этой главы. Пока же стоит отметить, насколько чистые и разборчивые страницы, изготовленные в типографии Doves Type, целенаправленно контрастировали с книгами Морриса из Келмскотта. Эдвард Принс обрезал три типа, разработанные Моррисом: Golden (римский шрифт), Troy (готический шрифт, созданный по образцу The Recuyell of the Historyes of Troye, первой печатной книги Кэкстона и первой книги, напечатанной на английском языке) и Chaucer (уменьшенная версия Troy).
Мы можем получить четкое представление об эстетической разнице, сравнив издание Морриса с изданием Doves Press. Какая разница для вас? Для меня это разница между задержкой дыхания и выдохом. Для британского дизайнера-шрифтовика Руари Маклина (1917-2006) воздушные страницы книг Doves Press были самой уничтожающей критикой плотной работы Морриса. Для историка Родерика Кейва книги Кобдена-Сандерсона - "холодные и стерильные в своем совершенстве; автоматы книжного мира... Мы можем восхищаться, но невозможно любить". Более экстравагантно и довольно удивительно, что поэт и соучредитель издательства Nonesuch Press Фрэнсис Мейнелл (1891-1975) считал книги Doves Press "прекрасными, безупречными, упругими и шелковистыми, как молодые мускулы в игре". Возможно. Но каково бы ни было наше мнение, эти две книги наглядно показывают , как художественное выражение происходит в ответ на то, что было раньше: Doves Press - ответ на Келмскотт, а сам Келмскотт - отталкивание от своего индустриального современника.
Кобден-Сандерсон хотел, чтобы история издательства Doves Press была описана через его книги, а не через его персоналии. Большую часть 1917 года он потратил на уничтожение старых писем, связанных с издательством: "Я твердо решил, что, насколько я смогу уничтожить, не должно остаться никаких обломков, никакой истории мелких деталей, а только сами книги". Сами книги: с 1900 по 1916 год издательство Doves Press выпустило сорок изданий, каждое из которых насчитывало от 225 до 500 экземпляров (стандартный тираж составлял 300), большинство из которых было напечатано на бумаге, но несколько - на пергаменте. Бывало ли так, что пресса начинала с менее коммерчески перспективного дебюта? Первой работой Кобдена-Сандерсона стала работа римского историка на латыни, написанная около 98 года н. э. и описывающая жизнь Гнея Юлия Агриколы, правителя Британии в I веке: Publicus Cornelius Tacitus's Agricola, напечатанная в октябре 1900 года. Это не было приманкой для кликов. Последующие названия были более традиционно каноническими и свидетельствовали о стремлении Кобдена-Сандерсона придать красивое печатное выражение тому, что он считал важнейшими произведениями культуры. "Так я должен медленно развивать идею монументальной мысли, - писал он в своем дневнике в 1908 году, - и постепенно возникнет Видение... посвященное... величию Вселенной, роли человека в ее образном творении". Кобден-Сандерсон питал слабость к оговоркам типа "величие Вселенной", и с определенного уровня трудно понять, о чем именно он говорит, но мы получаем более целенаправленное представление о проекте Doves Press через список названий: поэзия Уильяма Вордсворта, Роберта Браунинга, Перси Байша Шелли, Джона Китса и Альфреда, лорда Теннисона; пьесы и поэзия Шекспира; "Потерянный рай" Джона Мильтона; Библия. Это чувство канона простиралось за пределы Англии - "Эссе" Ральфа Уолдо Эмерсона, "Фауст" Гете - и дополнялось книгами, представлявшими более локальный или личный интерес для Кобдена-Сандерсона, такими как эссе Джона Раскина о политической экономии "До последнего" и его собственный труд по библиографической философии "Идеальная книга или книга прекрасная" (1900), о котором подробнее позже.
20 марта 1901 года Кобден-Сандерсон пригласил каллиграфа Эдварда Джонстона на ужин на Хаммерсмит-террас, 1, и попросил его принести свои перья и тростинки. Он назвал Джонстона "мой дорогой писец" в манере, которая вполне могла вызвать раздражение. Кобден-Сандерсон не всегда умел понять, что чувствуют другие люди. Он хотел обсудить оформление "Потерянного рая" Джона Мильтона: первое крупное начинание издательства Doves Press и том, который, как надеялся Кобден-Сандерсон, создаст репутацию издательства.
Джонстон (1872-1944) - британский дизайнер уругвайского происхождения, которого часто называют отцом современной каллиграфии. Наиболее известен благодаря шрифту sans-serif, использовавшемуся в лондонском метро до 1980-х годов, - "Johnston" или "Johnston Sans" - и культовому символу "хоровод", который используется до сих пор. В 1901 году ему было двадцать девять лет - более чем на тридцать лет младше Кобдена-Сандерсона - и он преподавал шрифт в Королевском колледже искусств и Центральной школе искусств и ремесел на Саутгемптон-Роу, где среди его учеников были Эрик Гилл и недолгое время сам Кобден-Сандерсон. Кобден-Сандерсон говорил, что наблюдать за демонстрацией Джонстона "все равно что наблюдать за диковинной птицей". Многие из успехов Джонстона, включая его учебник "Writing & Illuminating & Lettering" (1906) - дистилляция вечерних занятий, которые он проводил, - и заказ лондонского метро (1913), были еще впереди, но Кобден-Сандерсон наслаждался перспективой того, что превосходные рукописные буквы займут видное место в его печатных книгах Doves Press.
Джонстону потребовалось некоторое время, чтобы довести до совершенства шрифт, которым будет открываться "Потерянный рай": около тридцати пробных страниц сохранились до наших дней в библиотеке Ньюберри в Чикаго, а другие разбросаны по библиотекам и архивам. Эта медлительность отчасти
