пари какое дело? Что-то эта революционерка Присцилла темнит и скрывает!
— Я… не знаю, — отчего-то соврала Екатерина, опуская глаза. Такой стремительный натиск Правительницы в ее расспросах, ее откровенность и незаслуженные комплименты — все это было неожиданным и вызывало ощущение какой-то неискренности и фальши. — Магистр умеет оберегать секреты.
— Да, что есть, то есть, — Присцилла тяжело вздохнула. — Хорошо бы, если Злот поставил на карту бессмертие, ну, или свои магические способности. Ваша сделка была бы таким уникальным случаем раздавить его разом и навсегда! Но это лишь предположение, Катя. Все в округе говорят, что Злот слишком мало ценит то, что имеет. А значит, он мог поставить на кон сделки абсолютно любую вещь. Даже то, что для нас может не иметь никакой цены.
— Может быть.
— Я не удивлюсь, — было заметно, как Присцилла непритворно переживает по этому поводу. — Но ты не падай духом, Катя. Мы все, я имею в виду — силы сопротивления, мы готовы помочь тебе в этом пари. Обращайся с любым вопросом. Платья там, драгоценности, советы — все к твоим услугам. Держать связь можем через этого крестьянина — Родиона. Он надежный человек, и я ему доверяю. По мере возможности, конечно, старайся оказывать влияние на Злота. Пусть там еще каких-нибудь послаблений для жителей Теппы или для других крестьян организует. Это было бы чудесно. Но если не получится, не огорчайся. У черного Магистра каменное сердце. Еще никому не удалось его растопить.
— А Злота здесь, действительно, очень любят, — подковырнул Даниил, комментируя слова Присциллы. — Каждый второй, если не первый, желает помочь тебе выиграть заключенное пари. Только загнала ты себя, Катя, в ловушку. Как будешь влюблять в свою персону каменное сердце, которое, как выясняется, «еще никому не удалось растопить»?
— А многие пытались покорить Злота до меня? — пытливо спросила Екатерина.
— О! Не спрашивай. Желающие всегда найдутся. Конечно, не так смело, как ты — на спор, рискуя подарить Амалии свои ценности. Но это очень благородно, Катерина. Белые Магистры и вся группа сопротивления тебе бесконечно благодарны. Твоя жертва не будет напрасной.
— Вы думаете, — Екатерина побоялась переходить на «ты» с Правительницей и по-прежнему старалась оставаться в границах вежливости, — у меня нет шансов на победу?
— Разве я так сказала? Проигрыш Злота — это уже победа. Главное — сама сумей устоять перед его чарами обольщения. Тебе влюбляться в него нельзя. Его выигрыш для нас всех может обернуться катастрофой. Ну, и помни основную заповедь, конечно: если притворяешься в чем-то в его присутствии, не забывай притворяться в этом же — и когда Злота рядом нет.
— Притворяться, даже когда Правителя нет рядом? Но… Зачем? Почему?
— Из-за его волшебных минералов, конечно. Ты ведь не хочешь, чтобы Злот тебя несвоевременно разоблачил? Магическая Звезда очень многих сгубила, — Присцилла испытывающее посмотрела на молодую женщину, а затем, догадавшись, что Катерина не ведает, о чем именно идет речь, лишь руками всплеснула от возмущения. — Катя, ты на самом деле не понимаешь, что я сейчас тебе говорю? Ты проживаешь в Ардалионе уже почти месяц, и никто, ровным счетом никто не рассказал тебе о магических камнях Злота?
— Нет, — Катерина искренне растерялась. — Что еще за магические камни?
— О-о! Сколь многого ты не знаешь, милая моя! Я даже не сразу прикину, с чего и начать тебе объяснение? — Правительница замолчала на мгновение, собираясь с мыслями. — История появления первых волшебных камней восходит к периоду правления Великих Магов. Легенда гласит, что ученики Ардалиона, боясь позабыть огромное количество заклинаний, стали делать наговоры на различные вещи. Заколдовывали воду, деревянные палочки, камни. Это было очень удобно. К чему, например, каждый раз произносить заклинание здоровья, если можно один раз заговорить бочку с водой и каждый день делать из нее по глотку? Зачем помнить заклинание веселья, если можно сотворить веселый камень? И всякий раз, когда тебе грустно, достаточно будет взять его в руки! Ученики Великого Мага создавали такие волшебные предметы сотнями. Неплохое наследство для потомков, верно? Только вода и эликсиры со временем истратились, деревянные брусочки истлели. А вот камни… Они бережно передаются от отца к сыну, от матери к дочери и служат нам по своему назначению до сих пор. Так вот у Злота, Катенька, в его подземном замке есть целая галерея таких волшебных камней.
— Правда? Я не знала этого. Мне следует их бояться?
— Нет, Катя, бояться их не надо. Лишь одного из них. Камня, который называется Звездой. Однажды с неба на нашу землю упала звезда. Она была гигантской и раскаленной, так что до нее нельзя было дотронуться. Несколько полей было выжжено при ее падении. Местные жители в страхе разбежались. А Великий Маг Ардалион сумел не только до нее дотронуться, но и заколдовать. Чародей разделил упавший минерал на десять кусков самой разной причудливой формы, вложил в них могущественную силу и раздал по куску каждому из своих учеников. Разумеется, с подробными инструкциями, где хранить, как пользоваться, ну, и так далее. Много лет прошло с тех пор. И до наших дней сохранилось всего шесть осколков от той Звезды.
— Шесть осколков? И где они все?
— Где-где? Один есть у Верховного Судьи. По одному у каждого Высшего Советника: у Амалии, у Митродоры, у Хроноса и у Ореста. А еще один сумел сберечь отец Злота и Георгины, также в прошлом Высший Советник Климентия.
— Отец у Злота и Георгины был когда-то Высшим Советником Климентия? — изумилась Катерина. — Они мне об этом ничего не рассказывали. А где сейчас их отец?
— Меня тоже это настораживает, — добавил Даниил. — Почему Злот не общается со своим отцом?
Присцилла неопределенно повела плечами:
— Так это же всем известно. Отец Злота и Георгины давным-давно умер. Проклятие бессмертия сработало. А разве в вашем мире не так?
Катерина бросила вопросительный взгляд на Ангела, а затем, желая вытянуть из Присциллы максимум информации, предельно уклончиво ответила:
— У нас от проклятий и порчи вообще-то лечить пытаются.
— Неужели? Ах, нам бы лекарство от этой заразы! Что мы только не пытаемся придумать, а все бестолку! В Ардалионе, Катенька, бессмертный Магистр остается таковым, пока он не захочет продолжить свой род. Когда у Магистра рождается ребенок, волшебник становится обыкновенным смертным. Амалия дает ему не больше восемнадцати лет жизни. Только чтоб сумел ребенка на ноги поставить и передать кое-какие знания. И все. Забирает душу. Именно поэтому нам, Правителям темных и светлых земель, приходится жить в отдалении друг от друга. А если и встречаемся с кем-нибудь, то чтобы без последствий. Сама понимаешь. К чему создавать семью, если
