и у моих бойцов появилась бы ещё одна задача — защищать меня любой ценой. И даже мой приказ отступить они могли проигнорировать. Увы, такое часто случается в подобных ситуациях.
Только вот не успели мы пройти и десятка шагов, как пол под нами вновь затрещал, а затем пошёл большими трещинами.
— Берегись! — крикнул мне Гиневард, но я действовал на опережение.
Я стал прогонять ману по ногам, усиливая тело, после чего сделал рывок и оказался возле друга. После этого я схватил его за подмышку и крепко прижал к телу, несмотря на недовольный возглас. Пол под нами окончательно обвалился, и мы полетели далеко вниз.
— Держись! — говорю я Гиневарду и создаю перед собой воздушный поток, снижающий скорость нашего падения.
Увы, из-за отсутствия времени я не смог полноценно использовать это заклинание, из-за чего приземление выдалось неудачным. Броня поглотила большую часть удара, но по всему телу всё равно растеклась боль.
— Мне считать, что ты спас мою жизнь? — спросил Гиневард, не без труда поднимаясь с пола и снимая шлем.
Судя по разбитому на нём стеклу, приземлился он так себе. Повезло хоть, что зрения не лишился. Как и мне, учитывая, что от удара шлем почти перестал функционировать. Что и следовало ожидать от средне-лёгкой брони. Всё-таки она не рассчитана на повреждения такого рода.
— Считай, мы квиты за Хищника, — ответил я, также сняв шлем и создав рядом с собой световой шарик, чтобы он освещал пространство. — Без приборов ночного видения будет непросто.
— Думаю, нам двоим не привыкать к сложностям, — улыбнулся мой друг и тоже создал огненный шарик. Света он давал меньше, но своё дело выполнял. — Не похоже, что на нас химеры собираются нападать.
— Согласен, — кивнул я и на всякий случай ещё раз огляделся.
Практически ничего. Лишь голые стены с небольшими сетками паутин, да какие-то странные царапины на стене. Непонятно, откуда они там вообще взялись. Разве арахны такие оставляют? Непохоже.
Демоны, я будто что-то упускаю из виду.
— Будем держаться вместе и пойдём наугад? — слегка похлопал меня по плечу Рязанский.
— Не похоже, чтобы оно просто так обвалилось, — сказал я парню и достал меч. — Впереди нас ждёт засада. Или же…
В этот момент я сверху слышу едва уловимый звук, словно кто-то очень быстро передвигает лапками. Я пальцем тыкаю вверх, после чего на опережение посылаю в ту сторону ударную волну.
Моя внутренняя тревога не обманывает, и заклинание летит точно в цель. Только вот эта тварь безо всяких проблем отбивает заклинание своей когтистой лапой и спрыгивает на землю. Или, точнее, приземляется, благодаря своим крыльям.
Я быстро окидываю химеру взглядом и понимаю, что мы с Гиневардом в полной заднице. Эта гуманоидная тварь выглядит как двухметровый муравей. Только вот у него ещё за спиной растет пара крыльев и шиповидные лапы, защищённые крепким хитином, как и всё остальное тело.
Из слабых мест, скорее всего, только странные глаза и усики. Если их порезать, то химере это явно не понравится. Только вот для этого нужно сначала попасть по ним, что монстр не позволит сделать.
И что-то мне подсказывает, что это тварь во много раз опаснее встреченного ранее мной змееголова. Уж чересчур быстро он отбил удар, не говоря о том, что муравьи во много раз превосходят в силе людей. Ему даже не нужно усиливать тело или иметь острые когти, чтобы ударом пробить сразу барьер и броню.
— Какой неудобный противник, — вслух говорит Гиневард, вставая в боевую стойку. — Если это муравей, то издалека он ничего не увидит. Должно быть, его предельная видимость около десяти метров. К тому же он нас с тобой не слышит. Не знаю, почему он не нападает, но это наш шанс. Бей дальнобойной магией, а я отвлеку его на себя. Меня задеть не бойся, я переживу.
Я не понимаю, почему эта химера не торопится атаковать. Вряд ли она реагирует только на движения тела. Хочется верить, что перед нами не очень умная тварь, но надеяться на это глупо. Может, она ощущает ещё чьё-то присутствие и поэтому не спешит нападать? Демоны его знают…
— Повезёт, если эта тварь не почувствует изменения в магическом фоне, — говорю я и вернув меч в ножны, начинаю собирать ману в руках.
В этот самый момент муравей перестаёт стоять на месте и решает напасть. Я замечаю, как противник с огромной скоростью начинает махать крыльями, после чего несётся не на Гиневарда, а прямо на меня. И почему я вообще не удивлён?
Глава 37
Тварь взмывает в воздух и стремительно летит прямо на меня. Я рефлекторно отпрыгиваю вбок, после чего создаю перед собой магический конструкт. Муравей на лету меняет траекторию полёта, но закончить начатое ему мешает Гиневард.
В один момент оба его кинжала загораются алым огнём. Впервые он при мне использует стихийную магию, и я подмечаю странный цвет его пламени. Похоже на какое-то секретное заклинание его рода.
Не проходит и секунды, как Гиневард оказывается ко мне спиной и ставит блок обоими кинжалами. Муравей замечает это и, мне кажется, что собирается пролететь над Гиневардом, чтобы атаковать меня. Однако это не так. Муравей оказывается хитрее.
Он не использует лапки, чтобы открыться и дать Гиневарду шанс провести контратаку. Вместо этого муравей меняет положение тела в воздухе и, оказавшись рядом, со всей силы бьёт Гиневарда плечом.
К сожалению, Рязанский не успевает убрать блок и атаковать первым. Удар приходится на клинки и Гиневарда отбрасывает на десяток метров назад. Я на лету ловлю парня левой рукой и кладу на землю, а правой заканчиваю создавать плетение и посылаю в противника сразу семь ледяных копий. Жалеть ману сейчас не имеет никакого смысла.
Шесть копий даже не задевают монстра. Тот без проблем рубит заклинание своими когтями, но последнее копьё оказывается для него сюрпризом. Стоит ему разрубить его, как я дроблю копьё на десятки ледяных осколков.
